Кто выиграет от реформы рынка скота

Вместо привычных рынков, куда скот доставляют для продажи, в перспективе появятся электронные биржевые площадки. Покупатель сможет заранее ознакомиться с полной информацией о животном, выбрать подходящий вариант через цифровую систему и оформить сделку, не выезжая на рынок.

О таких планах сообщил председатель Агентства продовольственной безопасности Гошгар Тахмазлы в интервью телеканалу «Хазар ТВ». По его словам, переход станет возможен после завершения идентификации животных и реализации второго этапа государственной программы.

Необходимость реформы, по его уточнению, назрела давно. Проверки Агентства показали, что из 28 действовавших рынков скота половина не соответствовала ветеринарно-санитарным требованиям. Их работа была приостановлена. После устранения нарушений возобновили деятельность 14 площадок, на остальных продолжается реконструкция. Часть рынков, которые невозможно привести в соответствие с современными стандартами, больше работать не будет.

Параллельно продолжается цифровизация отрасли. Если в сфере импорта и экспорта она уже достигла 100%, то по остальным направлениям превышает 94%. Следующим этапом должно стать создание современной электронной системы торговли животными.

Насколько готов рынок к столь серьезным переменам, исчезнут ли посредники и приведет ли новая модель к снижению цен на мясо? Об этом корреспондент «Бакинского рабочего» побеседовала с председателем Союза свободных потребителей Эюбом Гусейновым.

- Что происходит на этом рынке и почему вообще возникла необходимость менять существующую систему?

- Местный рынок продажи скота находится в очень плохом состоянии. И главная проблема даже не в санитарии, хотя с этим тоже давно были серьезные сложности. Дело в том, что продажа животных фактически оказалась в руках третьих лиц - спекулянтов. Фермер практически не мог реализовать скот напрямую покупателю. Все должно было проходить через этих людей. Если сельчане пытались продать животное самостоятельно, им сразу начинали создавать препятствия. Одному говорили, что животное больное. Другому заявляли, что не хватает документов. Третьему находили еще какую-нибудь причину. Таких предлогов было множество.

В результате люди были вынуждены продавать скот через перекупщиков, а они уже диктовали свои условия. В результате происходило спекулятивное завышение цен на мясо. При этом сами рынки находились в неудовлетворительном состоянии. Не соблюдались ветеринарные и санитарные требования, не обеспечивалась безопасность животных, да и общая организация торговли давно требовала серьезных изменений.

Сейчас Агентство продовольственной безопасности пытается навести порядок, и это можно только приветствовать.

- Агентство предлагает отказаться от привычных рынков и перейти к биржевой модели торговли. Насколько жизнеспособна такая идея?

- У меня к этому возникают очень серьезные вопросы. Честно говоря, пока совершенно непонятно, что именно подразумевается под «биржей скота». Сначала необходимо подробно объяснить, как будет работать эта система.

Если имеется ввиду создание механизма, который позволит искусственно регулировать стоимость мяса по биржевым ценам, то я с таким подходом категорически не согласен.

Складывается впечатление, что отдельные проблемы сельского хозяйства хотят решать за счет потребителей. Получается, людям будут продавать мясо дороже, объясняя это новой системой торговли.

Нам нужны не биржевые эксперименты, а крупные современные животноводческие комплексы, развитие производства и увеличение объемов собственного мяса. Если новая модель приведет формированию новых ценовых механизмов без увеличения производства, выиграют от этого не покупатели и не фермеры.

- Но что тогда изменит ситуацию на рынке в лучшую сторону?

- Прежде всего необходимо окончательно ликвидировать нелегальный оборот мяса. Несмотря на проделанную работу, мы до сих пор видим случаи незаконного забоя животных. Значит, проблема еще не решена полностью.

Вместе с тем Агентству продовольственной безопасности удалось добиться очень важного результата. Люди постепенно начинают доверять официальной системе контроля и чаще покупают мясо в магазинах, а не у случайных продавцов.

Есть еще один удачный пример, который, на мой взгляд, заслуживает распространения по всей стране. Одна из крупных торговых сетей сама приезжает в села, покупает животных непосредственно у владельцев личных хозяйств, отправляет их на лицензированные бойни, а затем реализует мясо через собственную сеть магазинов. Это очень правильный подход.

Из цепочки исчезают перекупщики и спекулянты, фермер получает возможность продать животное напрямую, а покупатель - приобрести продукцию по более справедливой цене.

Такой опыт, считаю, необходимо расширять. И если к нему подключатся и другие торговые сети, выиграют все: производители избавятся от давления спекулянтов, потребители смогут покупать мясо дешевле, а рынок станет намного более прозрачным и цивилизованным.