Призрак энергокризиса бродит по Европе

Военная компания на Ближнем Востоке, как свидетельствуют об этом мировые СМИ, так и не сломила до сих пор Иран, не достигла главных целей, но зато сильно ударила по мировой экономике, в частности, по энергетическому сектору.

В частности, после ракетных ударов Ирана по заводу Ras Laffan в Катаре, производящему сжиженный природный газ (СПГ), когда был нанесен серьезный ущерб двум из 14 линий сжижения газа, что привело к потере около 12-12,8 млн тонн в год мощностей, или примерно 17% экспортного потенциала СПГ страны. Также пострадала одна линия на комплексе Pearl по переработке газа в жидкие углеводороды (GTL). В результате, как ожидается, экспорт СПГ Катара сократится с 104 млрд кубометров в 2025 году до 83 млрд в 2026 году - снижение более чем на 20%.

Сбои последовали за более ранней атакой 3 марта, после которой QatarEnergy объявила форс-мажор по поставкам СПГ. Последние повреждения, полученные после атак 18 марта, как ожидается, продлят простой мощностей: ремонт пострадавших линий сжижения может занять от трех до пяти лет, тогда как комплекс Pearl GTL может оставаться вне строя не менее года. В итоге, форс-мажор объявлен по долгосрочным контрактам с ключевыми покупателями, включая Китай, Южную Корею, Италию и Бельгию.

При этом, несмотря на резкое снижение экспорта СПГ, компания BMI, являющаяся одним из подразделений Fitch Solutions, ожидает более умеренного сокращения общей добычи природного газа - примерно на 6,7%, поскольку объекты добычи не пострадали, трубопроводные поставки продолжаются, а внутренний спрос необходимо обеспечивать. Развитие проектов расширения месторождения North Field также частично компенсирует падение добычи. В то же время удары могут иметь более широкие последствия для долгосрочных планов по увеличению производственных мощностей Катара.

Повреждения комплекса Ras Laffan, где тесно взаимосвязаны процессы сжижения, хранения и инфраструктуры, могут замедлить ввод новых мощностей в рамках проекта North Field East (NFE). Следствием этого может стать то, что полноценный ввод NFE состоится годом позже, то есть, в 2028 году, а не в 2027-м, поскольку все имеющиеся ресурсы: подрядчики, оборудование и инженерные мощности будут задействованы в восстановительных работах. Это также может отразиться на сроках последующих этапов, включая North Field South (NFS), запуск которого сейчас ожидается около 2029 года. Таким образом, его ввод в строй может быть также сдвинут вправо, то есть, отложен на год-два.

Параллельно с этим BMI повысила прогноз цен на газ в Европе на 2026 год до диапазона 36-40 евро за МВт/ч ($440-490 за тысячу кубометров) по сравнению с прежними 32 евро за МВт/ч ($392 за тысячу кубов) на фоне серьезных перебоев в поставках СПГ из стран Персидского залива. Корректировка прогноза связана как с повреждением заводов, производящих СПГ в Катаре, так и с более широкими рисками для поставок на фоне продолжающегося конфликта на Ближнем Востоке.

Газовые рынки Европы и Азии остаются крайне уязвимыми к перебоям поставок, в то время как американский рынок, ориентированный на индекс Henry Hub, в значительной степени защищен от внешних шоков. В результате, будучи чистыми импортерами СПГ, Европа и Азия будут конкурировать за доступные партии газа на фоне перебоев поставок с Ближнего Востока, особенно из Катара.

Следует напомнить, что цены на TTF превысили 70 евро за МВт/ч ($856 за тысячу кубометров) в третью неделю марта, в то время как азиатский бенчмарк JKM приблизился к отметке $20 за MMBtu (примерно $706 за тысячу кубометров), что означает рост более чем на 200% и 170% соответственно по сравнению со средними значениями до начала конфликта.

В краткосрочной перспективе логистические ограничения, перебои в работе перерабатывающих мощностей и использование стратегических запасов продолжают сдерживать предложение. По данным BMI, в середине марта цены на СПГ в Северо-Западной Европе (NWE LNG Spark) достигли $16,7 за MMBtu ($590 за тысячу кубометров), оставаясь ниже азиатского бенчмарка JKM, что отражает острую конкуренцию со стороны азиатских покупателей.

В этих сложных условиях нарастающего энергетического кризиса, министр энергетики Италии Джильберто Пикетто Фратин недавно заявил, что его страна ведет переговоры с рядом стран, включая США, Азербайджан и Алжир, чтобы обеспечить поставки газа на фоне приостановки его поставок из Катара в связи с ситуацией на Ближнем Востоке. Кстати говоря, в настоящее время Италия является крупнейшим покупателем газа из Азербайджана, который поставляется в Европу по Трансадриатическому газопроводу (TAP).

Свою точку зрения на возникшую проблему и перспективы увеличения поставок азербайджанского газа в Италию в интервью газете «Бакинский рабочий» изложил руководитель Центра нефтяных исследований Ильхам Шабан:

- Начнем с того, что Катар является для Италии системным поставщиком газа. Впервые Италия приступила к импорту катарского газа в августе 2009 года. На сегодняшний день эта арабская страна обеспечивает около 10% потребления газа Италии. По итогам 2025 года поставки катарского СПГ в Италию составили 6,4 млрд кубометров. Разумеется, в сравнении с объемами азербайджанского газа, поставляемого в Италию, Катар явно уступает. Так, по итогам прошлого года Италия импортировала по трубопроводу ТАР 9,5 млрд кубометров газа, что составило чуть более 15% от общего итальянского потребления «голубого топлива».

Италия начала импортировать азербайджанский газ с 31 декабря 2020 года и сегодня занимает первое место среди европейских стран по объемам поставок. Кроме того, по экспорту азербайджанского газа Италия уверенно держит второе место после Турции.

- Сможет ли Азербайджан в текущем году увеличить объемы экспорта своего газа в Италию?

- Однозначно ответ положительный. Предполагаю, что увеличение будет варьироваться 0,5 млрд кубометров до 1,5 млрд. Чтобы понять это, достаточно рассмотреть ресурсную базу газа Азербайджана.

В частности, согласно данным Госкомстата республики, по итогам января-февраля 2026 года объемы добычи товарного газа выросли на 3%, составив 6 млрд 496,8 млн кубов. То есть, только за счет роста добычи у Азербайджана появляются возможности и роста экспорта. При этом, за указанный период, Азербайджан экспортировал 4,381 млрд кубометров природного газа на сумму $1,285 млрд. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года экспорт сократился в стоимостном выражении на $265 млн или на 17,1%, а в объемном выражении вырос на 194 млн кубометров или на 4,6%.

В целом по итогам года рост экспорта только за счет увеличения добычи будет не столь существенным, где-то на 350-400 млн кубометров. Однако в текущем году появится друга возможность для роста экспортных поставок: Азербайджан планирует за счет ввода новых источников «зеленой» энергетики, увеличить производство электроэнергии примерно на 1 млрд кВт/ч. Это позволит сэкономить до 220 млн кубометров природного газа в год.

С учетом климатических факторов (обильные снегопады в зимний период текущего года), ожидаемый в этом году рост производства в гидроэнергетике позволить также сэкономить до 100 млн кубометров газа.

С начала текущего года пропускная способность трубопровода ТАР увеличена на 1,2 млрд кубометров, что позволяет Италии как теоретически, так и практически рассчитывать на импорт дополнительных объемов азербайджанского газа. При этом Азербайджан может перераспределять свои поставки, сокращая объемы в одних странах и направляя высвободившиеся объемы в другие.

Дело в том, что некоторые контракты по купле-продаже азербайджанского газа содержат достаточно «мягкие условия», что позволяет Баку проявлять достаточную гибкость и маневренность в поставках газа за рубеж.