Экологические проблемы Армении и их трансграничные последствия

С 19 по 30 октября Иреван примет 17-ю Конференцию сторон Конвенции ООН о биологическом разнообразии (COP17) - международный форум, призванный объединить усилия государств в деле сохранения природных экосистем и устойчивого использования ресурсов. Для Армении это возможность продемонстрировать свою приверженность глобальной экологической повестке. Но одновременно - серьезный повод задуматься о том, насколько международные заявления соответствуют практическим результатам природоохранной политики самой принимающей страны.

В этом контексте неизбежно возникает сравнение с COP29, которую в ноябре 2024 года принимал Баку. Азербайджан предоставил международному сообществу площадку для обсуждения климатических вызовов и достижения договоренностей по одному из ключевых вопросов глобальной повестки - финансированию борьбы с изменением климата. Итогом конференции стало, в частности, согласование новой коллективной количественной цели: увеличить объем климатического финансирования развивающихся стран до $300 млрд ежегодно к 2035 году.

Разумеется, COP29 и COP17 посвящены разным направлениям экологической повестки: первая сосредоточена на климате, вторая - на сохранении биологического разнообразия. Однако обе конференции объединяет принципиально важное требование: международные обязательства должны подкрепляться конкретными действиями. Проведение глобального форума - это не только организационная ответственность и возможность укрепить международный авторитет, но и проверка готовности государства последовательно решать экологические проблемы у себя дома.

Для Армении этот вопрос особенно актуален в силу географических особенностей Южного Кавказа. Природные системы региона не признают государственных границ: горные экосистемы, водоразделы и трансграничные речные бассейны связывают соседние страны в единое экологическое пространство. Поэтому последствия промышленного загрязнения, нерационального использования ресурсов и ненадлежащего обращения с отходами могут выходить далеко за пределы территории, на которой возникают. В конечном счете экологические риски одной страны способны затрагивать интересы всего региона, в том числе Азербайджана.

Предстоящая COP17 должна оцениваться не только по уровню организации и итоговым заявлениям, но и с точки зрения того, насколько последовательно сама Армения придерживается провозглашаемых природоохранных принципов. Насколько эффективно Иреван справляется с внутренними экологическими вызовами? Как хозяйственная деятельность на армянской территории отражается на состоянии природных ресурсов? Учитываются ли возможные трансграничные последствия и интересы соседних государств? Об этом и многом другом - беседа

корреспондента «Бакинского рабочего» с экологом, председателем неправительственной организации «Общество устойчивого развития» Фикретом Джафаровым.

- Каковы, на ваш взгляд, масштабы экологического ущерба, нанесенного лесной экосистеме Карабаха в период его оккупации Арменией? В частности, каковы долгосрочные последствия массовой вырубки лесов для природной среды Южного Кавказа, в том числе приграничных территорий Азербайджана?

- Распад Советского Союза и глубокий экономический кризис во всех постсоветских республиках вызвали тяжелые социальные проблемы. Огромное количество людей оказалось на грани нищеты, лишившись доступа к самым необходимым ресурсам. В Азербайджане и Армении эти проблемы усугублялись карабахским конфликтом, который в итоге перерос в открытое вооруженное противостояние.

Тяжелое социальное положение населения негативно отражается на окружающей среде: усиливается нагрузка на природные ресурсы, что приводит к их истощению и деградации. Азербайджан, располагавший развитой энергетической инфраструктурой, нефтью и природным газом, смог предотвратить хищническое использование и уничтожение лесов. В то же время Армения, испытывавшая дефицит доступных энергоресурсов, оказалась неспособной в полной мере обеспечить потребности населения в топливе. В результате на протяжении более 15 лет дрова оставались одним из основных источников топлива. Все это привело к интенсивной вырубке лесов. До настоящего времени отсутствует достоверная оценка ущерба, нанесенного лесам Армении, и их общего состояния.

Однако, помимо лесов на территории Армении, интенсивно вырубались и лесные массивы Карабаха. На рынках постоянно продавались дрова, уголь и строительная древесина местного производства, в том числе из Карабаха.

Можно с уверенностью говорить о серьезной деградации лесов Армении и утрате ими способности полноценно выполнять свои экосистемные функции: регулировать поверхностный сток, способствовать пополнению запасов подземных вод и защищать почвы в горных районах. Это, в свою очередь, ведет к деградации природных экосистем. Восстановление этих функций потребует значительных финансовых затрат и времени - как минимум десятилетий.

Природная среда Кавказа тесно взаимосвязана, поэтому состояние экосистем Армении влияет и на приграничные территории Азербайджана. Для восстановления экосистем Карабаха и прилегающих районов потребуются масштабные государственные программы и значительные усилия.

- Какой ущерб экосистеме нанесло уничтожение реликтовых восточных платанов, в частности на территории Государственного природного заповедника «Баситчай»?

- Уничтожение рощи восточных платанов - невосполнимая потеря для природной среды не только Азербайджана, но и всего Кавказа. Охраняемый заповедником «Баситчай» реликтовый платановый массив представлял собой уникальную природную экосистему, не имеющую аналогов в мире. Восстановить лес теоретически возможно, однако на это потребуются сотни лет. И даже в таком случае искусственно высаженные деревья не смогут в полной мере воспроизвести естественную экосистему, сложившуюся на протяжении многих столетий.

- Как массовое усыхание деревьев в национальном парке Гейча в 2023 году могло повлиять на состояние экосистем приграничных районов Азербайджана?

- В 2023 году в этом парке действительно погибло большое количество деревьев, что не могло не отразиться на состоянии местной экосистемы. Однако, на мой взгляд, это не оказало существенного влияния на природную среду приграничных Газахского и Гядабейского районов Азербайджана. Для объективной оценки подобных последствий необходимо учитывать масштабы поражения лесных массивов, причины усыхания и особенности взаимосвязи экосистем по обе стороны границы. Сам по себе факт гибели деревьев еще не свидетельствует о серьезном воздействии на природную среду соседних территорий.

- Каковы основные экологические последствия длительного неиспользования более 54 тысяч гектаров сельскохозяйственных земель в период оккупации (1995-2015) и сколько времени потребуется для их возвращения в хозяйственный оборот?

- Длительное неиспользование сельскохозяйственных земель приводит к их зарастанию кустарниками и дикими растениями. При этом почва в большинстве случаев сохраняет плодородие, а иногда ее состояние даже улучшается. Это касается прежде всего пахотных земель, садов и виноградников.

Основная проблема при их восстановлении связана с дополнительными затратами: необходимо расчистить участки от кустарников, провести глубокую вспашку, при необходимости восстановить плодородие почвы и выполнить другие работы. Вместе с тем возвращение земель в оборот дает возможность усовершенствовать систему севооборота, внедрить современные технологии орошения и обработки почвы, использовать более продуктивные сорта и виды сельскохозяйственных культур. Подготовка таких земель к использованию обычно занимает два-три года, а вложенные средства, как правило, окупаются в течение трех лет.

- Отходы промышленных предприятий Армении, в частности горнодобывающих объектов в Алаверди и Сюнике, попадают в Охчучай и другие трансграничные реки, негативно влияя на качество воды и прибрежные экосистемы ниже по течению. Насколько серьезна эта проблема?

- Эта проблема обсуждалась и продолжает обсуждаться на протяжении длительного времени. После установления мира между нашими странами можно надеяться, что технологии и оборудование на рудниках и других горнодобывающих предприятиях Армении будут модернизированы, а также введут строгие экологические нормативы и действенный контроль за их соблюдением. Насколько мне известно, таких изменений требуют и многие экологические организации Армении, а также местное население.

- К каким последствиям может привести возобновление разработки месторождения «Амулсар» для речных бассейнов Арпы и Воротана, а также охраняемых территорий «Изумрудной сети»?

- Совместная эксплуатация этого месторождения требует строгого двустороннего государственного контроля. Это позволит обязать предприятия максимально соблюдать экологические требования и нормативы, исключив варварское отношение к природе, которое, по имеющимся сведениям, было характерно для разработки месторождения в прошлом.

- Каковы последствия интенсивного забора подземных вод в Араратской долине и сбросов воды из озера Гейча (Севан)? Как это влияет на водный баланс региона и состояние местного биоразнообразия?

- Дефицит пресной воды в Армении значительно острее, чем в Азербайджане. Особенно это касается качественной питьевой воды: минеральные источники не способны покрыть потребности населения в этом ресурсе.

Озеро Гейча, которое в Армении называют Севаном, служит важным источником питьевой воды для нескольких крупных населенных пунктов, включая столицу - Иреван. Однако за последнее десятилетие значительно увеличились площади абрикосовых садов и других сельскохозяйственных культур, требующих орошения. Количество артезианских скважин в окрестностях озера, по имеющимся данным, возросло в четыре-пять раз. Они используют водоносные горизонты, связанные с озером. Забор воды на орошение превышает возможности этих водоносных горизонтов, и уже несколько лет наблюдается снижение уровня воды в озере. Ситуация напоминает процессы, происходящие вокруг озера Урмия в Иране.

Дополнительную угрозу представляет интенсивное строительство на побережье озера: здесь возведено большое количество вилл, зон отдыха и гостиниц. Часть объектов не имеет очистных сооружений, вследствие чего сточные воды попадают в реки и ручьи, впадающие в озеро. Экологи отмечают, что уровень загрязнения водоема повышается из года в год.

Снижение уровня воды и усиление загрязнения уже негативно отражаются на биоразнообразии водной экосистемы. Если не принять жестких и действенных мер по рациональному использованию водных ресурсов и предотвращению загрязнения, жемчужина Армении - озеро Гейча - рискует столкнуться с серьезным экологическим кризисом.

- Каковы риски трансграничного радиоактивного загрязнения вод и почв при продлении срока службы второго энергоблока Мецаморской АЭС до 2036 года?

- Мецаморская АЭС все еще остается главной угрозой безопасности всего Кавказа. Правда, в последнее время МАГАТЭ провела несколько инспекций этой станции и гарантировала соблюдение всех норм и правил работы станции. По имеющейся информации, есть договоренность с Францией о реконструкции и строительства нового, современного блока станции по французскому проекту. Учитывая это, думаю, ситуация должна измениться в лучшую сторону.

- Насколько оправданно проведение международной конференции по биоразнообразию в стране, которая сама сталкивается с серьезными экологическими проблемами?

- Обычно конференции такого уровня проводятся для привлечения внимания международных структур к актуальным экологическим проблемам и поиска путей их решения. Конференции по биоразнообразию организуются под эгидой секретариата соответствующей конвенции и носят консультативный характер. При этом решения, принимаемые на подобных международных площадках, далеко не всегда реализуются в полном объеме.

Армения хорошо знает собственные экологические проблемы, а также понимает, что располагает ограниченными финансовыми возможностями для их решения. Поэтому страна рассчитывает привлечь дополнительные средства, заинтересовать международные организации и добиться включения в глобальные проекты по сохранению биоразнообразия. Думаю, именно в этом заключается одна из главных целей проведения конференции для страны-хозяйки.