Как внешние амбиции подтачивают внутреннюю стабильность

Приблизительно с середины 2020-х, а если точнее, с 2023 года в Европе стала все ярче вырисовываться ситуация, которую аналитики очень точно описывают словом «поликризис».

Вся уникальность ситуации состоит в том, что проблемы не просто идут чередом, а происходят одновременно, лишая простой возможности «передохнуть» и восстановить ресурсы. Неприятности как лавина подминают под себя привычный комфорт, стабильность и уверенность в завтрашнем дне.

Проблемы энергетики, экономики, миграции, безопасности и политики слились в один общий «клубок неприятностей», который определяет поведение всего континента.

Детонатором сработал энергетический шок, после которого запустилась цепная реакция во всех остальных сферах. Безоблачное благополучие, длившееся целые десятилетия, вдруг рухнуло. После отказа от российских поставок ЕС оказался в плену новой реальности, где энергия мало того, что стала дорогой, цены бьют все мыслимые и немыслимые рекорды, так еще и нестабильной. Вынужденная необходимость тратить сотни миллиардов евро на субсидии и закупку дорогого СПГ вместо привычного дешевого трубопроводного газа заставила правительства залезать в долги, что вызвало споры уже внутри ЕС: кто за это должен платить?

Взлет цен на энергию по закону снежной лавины мгновенно привел к инфляции. В результате подорожало все - от продуктов, услуг до логистики, а это уже сказалось на уровне жизни обычных людей.

Тут еще заводы, особенно химические, сталелитейные, начали либо закрываться, либо переносить производство в США и Китай, где энергия дешевле. Это и есть та самая «деиндустриализация», не способная к серьезной конкуренции и влекущая за собой разрушение промышленности и разорение. 

Вот и вырисовывается печальная цепочка от закрытия заводов через безработицу к социальным протестам и в итоге - падению правительств. Но это все в теории.

Пока же Европа пытается перестроиться, делая ставку на технологии, услуги и «зеленую» энергетику. По сути, это отчаянная попытка Европы совершить прыжок из индустриального прошлого в постиндустриальное будущее, минуя ресурсную зависимость. Однако на этом пути Старый Свет поджидает довольно неприятный сюрприз в виде слоеного пирога. И первый слой - проблема «зеленой» дороговизны. Переход на экологичные технологии требует колоссальных инвестиций. В краткосрочной перспективе это делает европейские товары еще дороже, что бьет по конкуренции с Китаем, который продолжает использовать дешевый уголь.

Второй слой - технологический разрыв. Всем известно, что США и Китай разделили между собой сферы влияния - область услуг и IT в противовес производству оборудования для «зеленой» энергетики и аккумуляторов. Европа рядом с ними даже не упоминается, приходится ей поднапрячься, чтобы хотя бы попытаться проскользнуть в уже почти закрывшиеся двери.

И, наконец, третий слой: услуги и технологии хороши, когда есть реальный сектор, который их потребляет. Если химические и металлургические гиганты окончательно уйдут из региона, сектор услуг может просто «провиснуть», лишившись внутренней базы.

И вот здесь возникает структурный перекос. Старые рабочие места исчезают быстрее, чем создаются новые. Кроме того, «новая» база требует огромных бюджетных вливаний, что в условиях споров о бюджете НАТО и ЕС только усиливает политическое напряжение между странами.

Но вместо того, чтобы спасать собственные заводы и договариваться с фермерами, европейские элиты все глубже увязают во внешних конфликтах и чужих делах, теряя связь с собственной реальностью.

Подошло время задать вполне резонный вопрос: почему ЕС по-прежнему пытается выступать «глобальным моральным арбитром», в то время как внутри самого объединения нарастает кризис? Заметьте, упреки в адрес Евросоюза звучат как со стороны внешних игроков, так и со стороны внутренней оппозиции. В итоге создается ощущение, что внешняя экспансия и нравоучения - это просто способ отвлечь внимание от неспособности реформировать сам Евросоюз.

Вот и вошло уже в привычку навязывать свои стандарты, чтобы заставить весь мир играть по европейским правилам. Особо усердствует в этом Брюссель. Постоянное грубое вмешательство в дела соседей (Азербайджан и Грузия - прямое тому подтверждение) рассматривается как создание «буферной зоны». Европарламент без устали «выдает на-гора» ангажированные резолюции. Но это выглядит не как попытка разобраться в ситуации, а как продукт, штампуемый по заранее заданному политическому лекалу. Зато евробюрократия работает «конвейерным методом», ведь для элиты ЕС отказ от «экспорта ценностей» равносилен признанию краха самого европейского проекта.

Когда в самой Европе горят склады, бастуют фермеры, а инфляция съедает сбережения, принять гневную резолюцию о «нарушении прав человека» в далекой стране - самый простой способ создать видимость активной деятельности. Это имитация контроля: «мы не можем снизить цены на газ, зато мы можем осудить политический режим на другом конце света».

Еще один важный момент: внутри Брюсселя работают тысячи лоббистов. Зачастую текст резолюций готовится под диктовку конкретных политических групп, которые используют трибуну ЕС для борьбы со своими оппонентами внутри Европы или для продвижения интересов определенных корпораций.

Сама того не заметив, Европа оказалась в ловушке собственного идеализма. Пытаясь навязать миру свои стандарты через бесконечный ворох резолюций, Брюссель рискует пропустить момент, когда просядет фундамент самого Старого Света. Если ЕС не перестанет лезть в дела других и не займется распутыванием собственного узла противоречий, он рискует превратиться из глобального игрока в глобальный экспонат - красивый, поучающий, но лишенный реальной силы и влияния.

Попытка играть роль морального наставника при пустом кошельке и бастующих фермерах выглядит не величественно, а трагикомично. Старому Свету пора понять: чтобы учить других жизни, сначала надо разобраться в своей «семье».