О чем кричит в микрофон Мардан

Законы политического сезона неумолимы и практически никогда не дают сбоев: чем ближе день выборов, тем громче становятся голоса многочисленных медийных пророков, политических комментаторов и самопровозглашенных экспертов. Их сегодня действительно пруд пруди.

Каждый стремится представить публике собственную «единственно верную» и якобы дальновидную версию происходящего, рассчитывая, что очередной громкий прогноз поднимет рейтинги, расширит аудиторию и, как следствие, увеличит гонорары.

В ситуации с предстоящими выборами в Армении за потоком агрессивной риторики и демонстративной уверенности скрывается вовсе не сила, а глубокая фрустрация. По сути, это реакция людей, привыкших командовать и диктовать условия, когда окружающие вдруг перестают беспрекословно выполнять их указания. Подобное состояние возникает тогда, когда сталкиваются сразу три обстоятельства: сильное желание добиться определенного результата, непреодолимое препятствие на пути к нему и невозможность это препятствие устранить или обойти.

Картина до боли напоминает сказку о волшебной лампе Аладдина: чтобы слушались, подчинялись и выполняли любые прихоти. Но проблема в том, что джинн исчез, а вместе с ним исчезло и ощущение всемогущества. Более того, объект давления неожиданно проявил самостоятельность, отказался следовать чужим указаниям и начал принимать решения исходя из собственных интересов. А старые рычаги воздействия, которые еще вчера казались безотказными, сегодня либо заржавели, либо вовсе перестали работать.

В этом плане эфир «Соловьев live» манит к себе залетных казачков, которые как мотыльки на свет тучами слетаются потрещать «о наболевшем». Один «предводитель» канала чего стоит, у него этого яда заготовлено на сто лет вперед, да и собеседники ему под стать.

Дошла очередь и до Сергея Мардана, известного своей крайне агрессивной имперской риторикой вообще и в отношении бывших советских республик в частности. Фамилия Ключенков, надо думать, для этого выглядит как-то несолидно, потому и был выбран псевдоним, который, судя по переводу с фарси, должен подчеркнуть «мужество», о котором пропагандисту остается только мечтать. Зрители по ту сторону экрана видят лишь слабость уязвленного самолюбия.

В «откровенном» разговоре во время очередного эфира «Соловьев live» Мардан посетовал, что ему надоело сюсюканье с «отбившимися от хозяина», будь то в Молдове, в Армении и вообще везде, вроде запрета на ввоз всякой там «фитофторы», вина и всего прочего. Справедливости ради надо отметить, что это «хождение по кругу» в виде торговых и санитарных запретов в самом деле выглядит жалко.

Кстати, премьер Никол Пашинян по поводу перца, ставшего жертвой детских приемов взрослых игрищ, заявил, что если будет надо, «он, правительство за него заплатит». И оптимистично добавил, что в результате всего этого вырастет и производство перца в Армении, и экспорт.

А вот следующее заявление уже переходит границы вседозволенности. Оставим в стороне клубнику с перцами, этим уже никого не напугать. А вот фраза о переброске пятисот десантников, чтобы поменять власть в соседней стране, уже звучит как подстрекательство. Правда, подстрекательство… диванного масштаба. Попытка устрашать суверенное государство «внезапным штурмом» из телевизионной студии выглядит скорее комично, чем угрожающе. Но она идеально иллюстрирует «диагноз» современной пропаганды. Оттого и брызжут ядом марданы, соловьевы и им подобные.

Фигура Сергея Мардана в данном контексте возникла совсем не случайно. За ним давно и прочно закрепилось амплуа радикального «имперца-ревизиониста». Имея историческое образование и постоянно бахвалясь этим, он профессионально утрамбовывает банальные обиды в псевдоисторические концепции, штампуя тезисы об «искусственности» суверенитета всех бывших советских республик без исключения.

Мардан - это не самостоятельный политический игрок, а идеальный медийный симптом. Через него система транслирует то самое глубокое, болезненное бессилие перед новой реальностью, где прежние директивы больше не выполняются безоговорочно. Когда реальные рычаги влияния на Южном Кавказе один за другим выходят из строя, на арену выпускают спикеров марафона «Соловьев LIVE». Их задача - компенсировать реальные дипломатические и геополитические потери громким криком в микрофон. Лица меняются как в калейдоскопе, но суть остается прежней - наделать как можно больше шуму из ничего.

В предвыборный период потребность в такой медийной компенсации возрастает многократно. Пока официальная власть вынуждена придерживаться дипломатического этикета и хотя бы внешне соблюдать нормы политической корректности, на передний план выводятся фигуры вроде Мардана. Их задача - озвучивать то, что по тем или иным причинам не может позволить себе официальный спикер.

В этой роли можно без особых ограничений разбрасываться угрозами, говорить свысока, демонстрировать пренебрежение к оппонентам и изображать бескомпромиссного «правдоруба». Можно даже эффектно щеголять мнимой «живостью ума». Вот только за этой показной остротой все чаще просматривается совсем иное - интеллектуальное бессилие и очевидный ментальный тупик.

Многочисленные инициаторы этих выпадов просто не могут смириться с новой реальностью - той, где их директивы больше не исполняются безоговорочно, а прежние рычаги влияния перестали работать. Потеря былого контроля заставляет их повышать ставки в эфирах, компенсируя реальное бессилие медийным шумом. Только громкий крик в микрофон не гарантирует возвращения былого влияния. Напротив, он лишь подчеркивает очевидное: у старой империи закончились реальные аргументы.

Внутренний раскол на Южном Кавказе веками оставался излюбленным инструментом внешних игроков. Модель «разделяй и властвуй» позволяла им десятилетиями сохранять за собой эксклюзивную роль «главного арбитра» и судьи, к которому обе стороны конфликта были вынуждены идти на поклон. Любое обострение лишь укрепляло эту зависимость. Так продолжалось долгие годы. Но всему, как известно, приходит конец.

Азербайджан сам, без посторонней помощи, добился справедливости, историческая справедливость восторжествовала, и всем стало ясно, что теперь можно обойтись без внешних опекунов и навязанных посредников.

Именно поэтому прямой диалог между Баку и Иреваном - это самый страшный кошмар для имперских амбиций. Когда два соседа садятся за стол переговоров один на один и находят общий язык, они полностью лишают внешние силы навязчивой «помощи» извне.

Империи, оставшейся у разбитого корыта, просто нечего предложить региону, кроме устаревших угроз. Истерика в телевизионных эфирах - это страх перед окончательной потерей статуса незаменимого посредника, без которого, как выяснилось, на Южном Кавказе вполне могут обойтись.

Соседи России по региону уже давно научились отличать реальные угрозы от пропагандистского шума, и этот «вброс» больше не пугает - он лишь укрепляет их в правильности выбранного суверенного курса.