Почему к Баку требования строже, чем к Иревану

Верховный комиссар ООН по правам человека Волкер Тюрк вновь критикует Азербайджан, но при этом не хочет замечать серьезных проблем с правами человека в Армении. Между тем Баку напоминает самой ООН о четырех резолюциях Совбеза, которые три десятилетия оставались не выполненными

Азербайджан давно сталкивается с предвзятым отношением и двойными стандартами со стороны ряда международных структур, которые, декларируя приверженность правам человека и международному праву, на практике далеко не всегда применяют единые критерии оценки к разным государствам. Селективность таких подходов становится особенно очевидной тогда, когда одни и те же действия в зависимости от их политического контекста получают принципиально разную оценку.

Одним государствам за даже незначительные нарушения прав и свобод выносят публичные и зачастую жесткие вердикты, тогда как в отношении других аналогичные проблемы предпочитают не замечать либо оценивают значительно мягче. Такой избирательный подход, с которым Баку неоднократно сталкивался во взаимоотношениях с различными международными организациями, сегодня все заметнее проявляется и в оценках, исходящих из структур ООН.

7 сентября в Женеве, открывая 63-ю сессию Совета ООН по правам человека, Верховный комиссар ООН по правам человека Волкер Тюрк выразил обеспокоенность ограничениями гражданского пространства и свободы СМИ в Азербайджане и Грузии. По его словам, «в обеих странах усиливается давление на независимые организации и средства массовой информации».

Коль скоро Верховный комиссар решил говорить о свободе СМИ, деятельности общественных организаций и состоянии гражданского общества на Южном Кавказе, возникает вполне закономерный вопрос: почему в его выступлении практически не нашлось места Армении? Неужели положение дел в этой стране действительно настолько безупречно, что у представителя ООН не возникло к Иревану ни одного существенного вопроса? Или же здесь вновь проявился тот самый избирательный подход, когда одни государства оказываются под пристальным международным вниманием, а к другим применяются куда более снисходительные критерии?

К слову, фамилия австрийского чиновника, родившегося в Линце и представляющего страну, не связанную с тюркским миром, для азербайджанского читателя звучит особенно знакомо. Türk по-турецки означает «турок». Разумеется, это всего лишь языковое совпадение, которое само по себе ничего не говорит ни о происхождении чиновника, ни о его отношении к Азербайджану. Однако в регионе, где тюркская идентичность имеет глубокие исторические и культурные корни, подобная деталь неизбежно привлекает внимание - хотя бы как любопытный фон к политической дискуссии.

Но оставим в стороне его фамилию и обратимся непосредственно к существу заявления. Если Волкер Тюрк решил говорить об ограничении гражданского пространства, давлении на журналистов и преследовании оппозиции, возникает закономерный вопрос: почему в поле его внимания оказались именно Азербайджан и Грузия, тогда как Армения, где за последние годы также накопилось немало спорных и вызывающих вопросы фактов, практически осталась за рамками этой критики? В отношении Азербайджана подобные обвинения, звучащие из уст Верховного комиссара, и вовсе не соответствуют реальному положению дел. Получается, что критерии оценки вновь оказываются далеко не одинаковыми для всех стран региона.

Неужели современная Армения действительно настолько безупречна в вопросах демократии, свободы слова, деятельности оппозиции и независимости судебной системы, что Верховному комиссару ООН попросту нечего было сказать о происходящем там? Неужели в армянской действительности не нашлось ни одной проблемы, достойной внимания международного правозащитного механизма? Или причина все же в другом - в тех обстоятельствах, при которых одни и те же явления в разных странах получают совершенно разную оценку, а принцип универсальности прав человека уступает место политической избирательности?

События вокруг внеочередных парламентских выборов в Армении 7 июня этого года дают достаточно материала для серьезных вопросов к армянским властям. Еще до голосования начались задержания представителей и сторонников оппозиции, а после выборов аресты продолжились, затронув уже значительное число оппозиционеров. Международные наблюдатели ОБСЕ зафиксировали многочисленные уголовные дела против оппозиционных кандидатов и активистов, сообщения о подкупе голосов, давление на работников государственного сектора и неравные условия для участников избирательной кампании. Все это происходило в стране, которую на Западе сегодня настойчиво преподносят как демократический пример для Южного Кавказа.

При этом все перечисленные факты, зафиксированные международными наблюдателями в ходе избирательной кампании и после нее, почему-то не вызывают у Верховного комиссара ООН такой же реакции. Уголовные дела против представителей оппозиции, задержания, давление на государственных служащих, проблемы со свободой СМИ и нарушения, отмеченные наблюдателями, не помешали Тюрку сосредоточить внимание на Азербайджане, где выдвинутые им обвинения попросту не соответствуют действительности.

Еще больше вопросов вызывает ситуация вокруг армянской «апостольской» церкви, представители которой сегодня сами становятся объектами уголовного преследования со стороны властей. В августе перед судом оказался католикос всех армян Гарегин II, а вместе с ним несколько высокопоставленных священнослужителей. Ранее был арестован архиепископ Баграт Галстанян, один из наиболее заметных противников правительства Никола Пашиняна, которому предъявили обвинения в подготовке захвата власти.

Все эти факты требуют внимания международных правозащитных структур, однако Верховный комиссар ООН попросту предпочел их не заметить, сосредоточив свои претензии на Азербайджане. И прежде чем предъявлять претензии, ООН стоило бы вспомнить о том, что 1 сентября Президент Азербайджана Ильхам Алиев говорил о невыполненных решениях самой организации. Выступая на саммите Шанхайской организации сотрудничества в формате «ШОС плюс» в Бишкеке, где присутствовал и генеральный секретарь Антониу Гутерриш, Ильхам Алиев напомнил о четырех резолюциях Совета Безопасности ООН, принятых еще в 1993 году в связи с армяно-азербайджанским конфликтом. На протяжении 30 лет они оставались невыполненными, хотя речь шла непосредственно о решениях Совбеза, обязательных к исполнению.

Азербайджан, не дождавшись того, чего так и не смогла обеспечить международная система, самостоятельно восстановил свой суверенитет и территориальную целостность осенью 2023 года. После этого Ильхам Алиев прямо указал на необходимость создания механизмов, которые позволяли бы обеспечивать выполнение решений Совета Безопасности своевременно, а не спустя десятилетия, когда политическая реальность уже успевает измениться до неузнаваемости.

Глава нашего государства говорил об этом непосредственно в присутствии Антониу Гутерриша, что придало его словам особый смысл. Генсеку ООН напомнили о невыполненных обязательствах самой международной организации, которая в течение трех десятилетий так и не смогла добиться реализации собственных решений.

Примечательно, что и Гутерриш на том же саммите говорил о необходимости реформирования международных институтов, поскольку существующая система, сформировавшаяся в совершенно иных исторических условиях, уже не соответствует современному многополярному миру. О необходимости перемен говорит даже руководство ООН, однако, когда дело доходит до собственных подходов и политически чувствительных оценок конкретных государств, о переменах предпочитают молчать.

Азербайджан вправе задать этот вопрос открыто. Когда международная организация, не сумевшая обеспечить выполнение собственных резолюций в течение 30 лет, обращается к суверенным государствам с требованиями соблюдать те или иные стандарты, ей следовало бы прежде всего обеспечить одинаковое применение этих стандартов ко всем, не выбирая, чьи проблемы заслуживают публичного осуждения, а чьи можно оставить без внимания.

Иначе возникает вполне справедливое ощущение, что проблема ООН заключается уже не только в недостатке механизмов, о котором говорил Президент Ильхам Алиев, но и в кризисе доверия, который сама организация вскармливает, демонстрируя разные подходы к одним и тем же вопросам в отношении разных государств.

ООН пора наконец посмотреть не только на тех, кого она привыкла критиковать, но и на себя. Государства вправе требовать от международной организации той же последовательности, которую она требует от них. Решения Совета Безопасности должны исполняться, а права человека оцениваться по одним и тем же критериям в Баку, Иреване, Тбилиси и любой другой столице. Избирательность в таких вопросах подрывает и без того утраченное доверие к самой ООН и ее оценкам. Для Азербайджана, который три десятилетия ждал исполнения резолюций Совбеза ООН, подобные двойные стандарты давно стали откровенно лицемерными, а потому совершенно неприемлемыми.