Отныне все в мире подчинено национальным интересам

Прошедший год стал очередной вехой эпохи глобальной турбулентности - времени, когда привычные ориентиры мировой политики и экономики стремительно теряют актуальность.

Международная система, сложившаяся по итогам Второй мировой войны, окончательно исчерпывает себя, уступая место новому, еще не оформившемуся миропорядку, формирующемуся на обломках прежних институтов и правил. Крах биполярной модели и нарастающее соперничество центров силы ускорили движение мира к многополярности, где национальные интересы все чаще берут верх над идеологией и декларациями. Особенно заметным этот процесс стал после смены администрации в Соединенных Штатах, когда приход к власти Дональда Трампа придал демонтажу старого мироустройства дополнительный импульс.

О ключевых событиях ушедшего года, их скрытых смыслах и возможных последствиях для глобальной политики и экономики в интервью газете «Бакинский рабочий» рассуждает грузинский политолог и эксперт Вахтанг Мгеладзе.

- Какие основные события, повлиявшие на мировую политику и экономику в 2025 году, вы могли бы отметить?

- Безусловно, событием номер один 2025 года стало резкое и во многом демонстративное возвращение Дональда Трампа в центр мировой политики. Его приход ознаменовал не просто смену персоналий, а слом устоявшихся подходов и правил игры. Трамп стремительно включился в глобальные процессы, фактически взяв на себя роль тарана, ускоряющего демонтаж отжившей свой век глобалистской системы.

Произошла смена самой парадигмы международных отношений. Риторика ценностей, лозунгов и абстрактных принципов окончательно уступила место жесткому прагматизму и откровенному цинизму. Отныне все подчинено исключительно национальным интересам, балансу силы и прямой выгоде.

Еще большую скорость набрал процесс фрагментации глобальной системы - как политической, так и экономической. Становится ясно, что дальнейшее существование такого реликта ХХ века, как НАТО окончательно утратило всякий смысл. Некогда единый блок превратился в клубок противоречий и столкновений интересов, став клубом антагонистов.

Нет уже никакого евроатлантического единства. Америка Дональда Трампа открыто претендует на Гренландию - территорию союзнической Дании. Для США это крайне важно и, полагаю, что Вашингтон своего добьется. Сейчас Гренландия - ледяная глыба в составе мелкого государства - члена ЕС и НАТО. В процессе глобального изменения климата она станет кладезью доступных полезных ископаемых. Считается, что там сосредоточены залежи 43 из 50 минералов, которые США включили в список критически важных, а также большие запасы нефти и газа. Кроме того, Гренландия - это возможность расширения морской акватории США, установления контроля за торговыми путями и квота по освоению перспективных ресурсов Арктики.

Одновременно Израиль при активном участии Греции и Кипра формирует военную коалицию, направленную против Турции - формального союзника по НАТО. О каком евроатлантическом единстве в таком случае может идти речь? Более того, к формирующемуся антитурецкому европейскому блоку недавно присоединилась и Сербия, и процесс его расширения продолжается, наглядно демонстрируя глубину внутренних расколов внутри западных альянсов.

Со сменой администрации в Белом доме трещина прошла и по фундаменту Европейского союза, чье будущее сегодня выглядит все более неопределенным. Европейское пространство разрывают внутренние противоречия: с одной стороны - нарастающие консервативные и правые настроения в обществах, с другой - левацко-неолиберальная повестка брюссельской евробюрократии, все меньше соотносящаяся с запросами граждан.

На этом фоне государства Восточной и Южной Европы постепенно дистанцируются от Брюсселя, смещая внешнеполитические и экономические приоритеты в сторону Вашингтона. В результате Европа стремительно утрачивает влияние на мировой арене, все чаще выступая не субъектом, а объектом глобальной политики.

Правда, прямо под занавес 2025 года евробюрократии все же удалось протащить общеевропейское CBDC. Это такие электронные талоны на потребление в виде цифрового евро от Европейского центрального банка. Впрочем, с самим их введением могут быть проблемы. Граждане и бизнес многих европейских стран этому явно не рады, что может послужить еще одной причиной для шумного развода. Во-первых, не все готовы к переходу к посткапитализму, во-вторых, в случае коллапса либеральной модели, практичнее перейти прямо на национальные CBDC. Это выгоднее, чем евроколхозные - одни на всех.

К Рождеству Брюссель успел преподнести европейцам еще один сюрприз - ввести новый налог на углеродный след импортируемых товаров. Теперь все компоненты товаров придется детально изучать и декларировать, а потом платить «зеленую» мзду. Добавиться бумажной волокиты, вырастут расходы и конечные цены. Такой «зеленый» фанатизм больно ударит по национальным экономикам и карманам европейцев. Это заставит многие страны еще больше задуматься о целесообразности пребывания в едином европейском проекте.

Ну, и наконец давно потеряли смысл существования такие международные конторы, как ООН. Это ультраглобалистские платформы, которые служат демонтируемой системе. Миропорядок, основанный на правилах в эпоху больших перемен нужен только утопленникам. Но, как известно, «спасение утопающих - дело рук самих утопающих».

Среди других знаковых событий 2025 года следует выделить окончание 112-летней монополии на денежную эмиссию Федерального Резерва США. Это стало возможным благодаря легализации частных валют в лице стейблкоинов. Только не путайте их с криптовалютами, которые в отличии от них ничем и никем не обеспечены. Обратите также внимание на быстрое обесценивание долга и фиатных валют, а также рост цен на золото и серебро. Этот процесс продолжиться. Только намного быстрее.

- Стала ли перекройка миропорядка в прошедшем году более активной?

- Конечно, процесс идет. Хотя, пока это только подготовка. В минувшем году были очерчены лишь некоторые контуры и задана траектория. В общем была проделана подготовительная работа. Причем, еще не все даже это поняли. Это им еще предстоит осознать в 2026 году.

Кстати, в интервью отечественным телеканалам по итогам 2025 года Президент Азербайджана Ильхам Алиев абсолютно правильно подметил, что в современном мире больше нет места международному праву, а новый миропорядок основан на силе. Это и есть неписаные законы эпохи перемен.

- Кстати, яркий пример тому - недавние события в Венесуэле, которые готовились задолго до этого…

- Совершенно верно. Их смело можно причислять к итогам 2025 года. Действия США раскритиковали в ООН. Остались недовольны американские демократы и деятели из ЕС. Тут все просто. Левацкая Латинская Америка во многом была вотчиной демократов. Это и наркотрафик, который расцвел при них и нелегальная миграция.

Заметно усилились в Южной Америке и позиции Китая. До сих пор ни у кого до этого не было дела. С Поднебесной отлично ладили неолибералы по обе стороны Атлантики. С включением в новую стратегию нацбезопасности «Доктрины Монро 2.0», весь континент был провозглашен зоной исключительных интересов США.

Получила от ворот поворот и декоративная претендентка на венесуэльский престол. Дональд Трамп тут же снял с дистанции паркетную оппозицию. Во-первых, толка от нее никакого, а во-вторых - она проект конкурирующей фирмы. Лауреат Нобелевской премии мира Мария Корина Мачадо, провозгласившая себя лидером венесуэльской оппозиции, всего лишь протеже американских демократов и европейских неолибералов. Вместо нее ставка была сделана на другую даму - вице-президента Дельси Родригес, которая решением Верховного суда Венесуэлы приступила к исполннению обязанностей президента. Впрочем, это только картинка. С учетом специфики реальная власть сосредоточена в руках силовиков. Без их согласия, эвакуация Николаса Мадуро не прошла бы так гладко. Вышла красочная реклама американской военной мощи. Получился резкий контраст после позорного фиаско демократов в Афганистане.

Безусловно, давление на Венесуэлу продолжится. В ход пойдет политика кнута и пряника. С одной стороны будут атаки и санкции, а с другой - щедрые инвестиции, рыночные квоты и передовые технологии. В первую очередь, США намерены вытеснить оттуда КНР. Там есть что брать. Эта страна занимает первое место в мире по разведанным запасам нефти. Они составляют свыше 303 млрд баррелей.

Кроме того, Венесуэла обладает крупными запасами железной руды, занимая по этому показателю 12-ю строчку мирового рейтинга. На данный момент международная цена одной тонны руды составляет примерно $107. Тем самым, капитализацию запасов одного лишь ее железа можно оценить примерно в $400 млрд. Причем, операционная маржа в отрасли повыше чем у нефтяников - 40%-50%. Американский доступ к этим запасам заметно сократит издержки на программу реиндустриализации США.

В последнее время нефтедобычей в Венесуэле активно занялась китайская корпорация Petrolera Sinovensa. Сейчас на долю венесуэльской нефти приходится порядка 5% нефтяного импорта в КНР. Кроме того, в Венесуэле представлены также интересы и российских нефтяников. Нефть Венесуэлы - это тяжелая нефть. Как раз, в американских штатах Техас и Луизиана расположена шестерка самых крупных в мире НПЗ, предназначенных для ее переработки. Впрочем, венесуэльская нефть для США - это не только деньги. Это еще уникальная возможность регулировать весь глобальный процесс ценообразования, а также быстро заместить объемы поставок на мировые рынки, выпадающие в ходе предстоящего большого пожара на всем Ближнем Востоке.

Нет, Америка вовсе не собирается устраивать в Венесуэле второй Вьетнам и годами нести потери, сражаясь в джунглях. Это невыгодно и неудобно. К тому же, пока еще США и Венесуэлу отделяют друга от друга страны левого лагеря. Гораздо выгоднее и удобнее договориться с тем, кто уже обладает реальными возможностями и влиянием. Ради этого вполне можно пойти даже на встречу амбициям венесуэльских властей на получение жирных кусков территории соседней Гайаны. Почему бы и нет, если доступ к ним в итоге получит американская корпорация Chevron?

- Можно ли утверждать, что 2025 год еще больше приблизил планету к Третьей мировой войне?

- По большому счету, Третья мировая война уже идет. Однако это не классическая война фронтов и коалиций. Речь идет о принципиально ином формате - о войне рычагов, давления и столкновения интересов, складывающейся в пеструю, фрагментированную мозаику конфликтов по всему миру.

Именно поэтому в сложных коридорах так называемого «двойного глубинного государства» ее все чаще называют частичной мировой войной.

Секрет в том, что современные государства за последние полвека имитации противостояния и отсутствия глобальной конкуренции перешли в эконом-режим. Ни у кого просто не осталось полноценных и боеспособных армий. Эта модель, чья программа-максимум - военно-полицейские функции армии. В их числе скоротечные операции высокой интенсивности и войны на ограниченных по своим масштабам театрах военных действий. У нынешних генералов и военных доктрин нет иного опыта и концепций. Нагрузку затяжной и крупномасштабной войны сейчас не выдержит ни одна военная машина и ни одна страна в мире. Для этого потребуется переформатирование социально-экономической системы, с полным отказом от либеральной модели и тотальная смена элит. До этого нам пока еще рано. Хотя, придет и это время. Не все сразу.