На фоне завершения судебных процессов против преступлений против человечности французский парламент выбирает политику давления вместо объективности и диалога

Принятие Национальным собранием Франции предвзятой резолюции по ситуации в Южном Кавказе происходит в крайне показательный момент - на фоне завершения судебных процессов над лицами, подозреваемыми в совершении преступлений против человечности и военных преступлений.

Эти процессы представляют собой тщательно организованное разбирательство, в ходе которого представлены исчерпывающие доказательства, заслушаны тысячи свидетельских показаний, а факты преступных деяний - детально документированы.

Вместо того чтобы опираться на объективные данные и уважать принципы международного права, французский парламент выбирает откровенно политизированный подход, направленный на формирование негативного образа Азербайджана и вмешательство во внутренние дела региона.

Эта резолюция не является простым политическим актом - она открыто противоречит официальной риторике президента Франции Эмманюэля Макрона. В октябре 2025 года на 7-м саммите «Европейского политического сообщества» в Копенгагене Макрон лично обращался к Президенту Азербайджана Ильхаму Алиеву с просьбой положить конец двусторонней напряженности и восстановить нормальные отношения между странами. Тогда французский лидер подчеркивал необходимость диалога, сотрудничества и укрепления стабильности в Южном Кавказе после вооруженного конфликта, формально декларируя приверженность мирному урегулированию.

Однако последующие действия Парижа и парламентские инициативы демонстрируют, что эти заявления носили чисто декларативный характер и не отражали реального намерения Франции способствовать урегулированию конфликта. Принятие Национальным собранием резолюции с политически мотивированными призывами к освобождению армянских военнопленных, удерживаемых в Азербайджане, фактически демонстрирует поддержку одной стороны конфликта и игнорирование международно признанных норм территориальной целостности.

Декларации Макрона о мире и диалоге, таким образом, превращаются в политическую ширму, за которой скрываются действия, подрывающие стабильность в регионе и способствующие эскалации напряженности. Эта двойственность ярко иллюстрирует, как Франция использует внешнеполитическую риторику для создания видимости миротворчества, одновременно реализуя внутренние и внешнеполитические интересы, которые прямо противоречат заявленным принципам. В современном контексте такие действия Парижа не только ослабляют доверие к официальным заявлениям Макрона, но и создают реальные риски для долгосрочной стабильности и безопасного развития Южного Кавказа.

Особую тревогу вызывает тот факт, что подобные решения принимаются в момент, когда судебные процессы уже установили конкретные факты преступлений и ответственность отдельных лиц. Международные трибуналы и компетентные инстанции предоставили убедительные доказательства и свидетельства, на основании которых ведется судебное разбирательство в Бакинском суде. Вместо того чтобы уважать международное право и учитывать результаты этих расследований, Франция демонстративно выбирает политическую игру, направленную на создание информационного давления и дестабилизацию ситуации в регионе.

Такой подход не только подрывает авторитет международных институтов, но и создает дополнительные препятствия для нормализации двусторонних отношений между странами. Подобные шаги Парижа превращают парламентские резолюции в инструмент давления, а не средство содействия миру и справедливости, что делает внешнеполитическую риторику Франции о диалоге и сотрудничестве явно неискренней и декларативной. Это подтверждает, что французская политика в Южном Кавказе подчинена внутренним политическим интересам и влиянию определённых групп, а не международным нормам и принципам стабильности.

Неискренность Макрона проявляется также в том, что его публичные заявления о «содействии восстановлению доверия» не находят реального отражения в действиях французских парламентских органов. Сенат и Национальное собрание Франции выступают в данном случае в роли инструмента давления, игнорируя дипломатические обязательства и международные стандарты, что позволяет Парижу формировать образ «нейтрального арбитра», оставаясь при этом активным участником эскалации конфликта.

Франция продолжает подрывать усилия других международных акторов, прежде всего США, направленные на стабилизацию региона. Решения Парижа препятствуют укреплению сотрудничества стран Южного Кавказа с Европейским союзом и НАТО, ослабляют инициативы по мирному урегулированию и создают дополнительный риск для региональной безопасности.

В итоге действия французского руководства и парламента демонстрируют системную стратегию двойных стандартов: с одной стороны - публичная риторика о поддержке мира и диалога, с другой - реальные шаги, направленные на усиление напряженности и создание политического давления. Такая политика не только дискредитирует Францию как участника международного процесса, но и подрывает доверие к европейской дипломатии в целом.

Таким образом, предвзятая резолюция Национального собрания и Сената Франции представляет собой не просто политический акт, а часть системной стратегии дестабилизации, основанной на неискренности Макрона и намеренном противоречии между декларативной дипломатией и реальными действиями Парижа. Она служит наглядным примером того, как формальные заявления о поддержке мира могут использоваться в качестве инструмента внутренней и внешнеполитической игры, при этом подрывая принципы международного права и долгосрочную стабильность региона.