Совет мира позиционируется как оперативная коалиционная площадка, но не замена ООН

Первое заседание Совета мира не сходит со страниц мировой прессы и продолжает активно обсуждаться в международном экспертном сообществе. По мнению многих аналитиков, эта встреча в Вашингтоне стала отправной точкой формирования новой архитектуры международного взаимодействия, основанной на принципах ответственности, взаимного уважения и практического миротворчества.

Без всяких сомнений, главными действующими лицами этого мероприятия, помимо главного основателя - Президента США Дональда Трампа, стали Президент Азербайджана Ильхам Алиев и премьер-министр Армении Никол Пашинян. Именно к ним неоднократно обращался в ходе своего выступления хозяин Белого Дома, и именно на них он указывал как, фактически, на единственный свой реальный успех в деле миротворчества. Ибо, несмотря на многочисленные заявления Трампа о восьми урегулированных им конфликтах, на самом деле он смог разрешить только один конфликт – армяно-азербайджанский. Поэтому участие лидеров обоих государств в Совете мира было столь важно для американского президента.

Своим мнением по поводу перспектив деятельности Совета мира в интервью газете «Бакинский рабочий» поделилась депутат Милли Меджлиса Азербайджанской Республики Гюльшан Пашаева.

- Есть мнение, что Организация Объединенных Наций полностью парализована и не в состоянии повлиять ни на один вопрос. Вы согласны с таким утверждением?

- Да, о «параличе» ООН говорил недавно и Президент Азербайджана Ильхам Алиев, который также заметил, что альтернативы этой организации пока нет. Как известно, основными целями ООН, закрепленные в Уставе, являются поддержание международного мира и безопасности, развитие дружественных отношений между нациями, содействие экономическому и социальному развитию, а также защита прав человека. Сегодня ООН и более 30 связанных с ней организаций, известных как программы, фонды и специализированные учреждения продолжают оказывать содействие странам в таких областях, как здравоохранение и народонаселение; искоренение нищеты и голода; соблюдение прав ребенка; упорядочение и гуманизации мер регулирования миграции и предоставление гуманитарной помощи нуждающимся в ней мигрантам, в том числе беженцам и внутренним переселенцам; создание условий для диалога между цивилизациями, культурами и народами, основывающегося на уважении общих ценностей; продвижение гендерного равенства и принципов социальной справедливости, международнопризнанных прав человека и прав в сфере труда и т.д. Однако о серьезных успехах в поддержании международного мира и безопасности, принятии эффективных коллективных мер для предотвращения и устранения угрозы миру и подавления актов агрессии или других нарушений мира в согласии с принципами справедливости и международного права сегодня говорить не приходится.

Архитектура ООН в 1945 году создавалась для мира с относительно стабильным балансом сил и в котором действовал сравнительно ограниченный круг ведущих акторов. В настоящее время же международная система стала многополярной и более конфликтной. Право вето для постоянных членов Совета Безопасности, призванное гарантировать равновесие, зачастую используется для блокирования принятия необходимых решений. А в результате применения двойных стандартов одни действия подвергаются резкому осуждению, а другие - одобрению, несмотря на схожие правовые основания.

Как известно, для Азербайджана этот вопрос долгие годы имел принципиальное значение. Резолюции Совета Безопасности, подтверждавшие территориальную целостность нашей страны, десятилетия оставались без практического исполнения. Это продемонстрировало пределы возможностей международных механизмов при отсутствии политической воли ключевых игроков. Вместе с тем, ясно, что Баку не заинтересован в ослаблении или полной ликвидации универсальных институтов, тем более при отсутствии каких-либо альтернатив. Для государств малого и среднего масштаба международное право и глобальные структуры остаются важным элементом легитимности и предсказуемости на мировой арене. Речь должна идти не о демонтаже системы, а о ее серьезной адаптации к новым геополитическим реалиям.

- Можно ли считать создание Совета мира первым камнем в основание строящегося нового миропорядка?

- Создание Совета мира по инициативе и под эгидой Президента США Дональда Трампа - это попытка создать более гибкий и эффективный международный орган по миростроительству. Согласно Статье 1 Устава этой международной организации, он нацелен осуществлять функции в сфере миростроительства в соответствии с международным правом и разрабатывать и распространять передовые практики, которые могут применяться всеми государствами и сообществами, стремящимися к миру. Совет мира нашел также свое отражение и в Резолюция Совета Безопасности ООН № 2803 (2025), которая рассматривает ее «в качестве переходной администрации с международной правосубъектностью». Совет «будет определять общий план восстановления Газы и координировать финансирование соответствующей деятельности согласно Комплексному плану и сообразно соответствующим международно-правовым принципам до тех пор, пока Палестинская национальная администрация успешно не завершит программу своего реформирования».

Таким образом, речь пока идет о точечном мандате, а не о глобальной перестройке системы международной безопасности. Новый мировой порядок должен формироваться постепенно - через перераспределение силы, изменение ролей региональных держав и появление гибридных форматов конструктивного взаимодействия, поскольку, как особо отметил Президент Ильхам Алиев, «новый мировой порядок не должен означать, что прав, тот кто сильнее». Для Азербайджана важно, чтобы любые новые механизмы опирались на принципы суверенитета, территориальной целостности и равноправия государств.

В этом контексте активизация американской внешней политики и инициативы Вашингтона представляют определенный интерес. Тем более, что отношения между Азербайджаном и США за последний год демонстрируют тенденцию к прагматическому диалогу, в частности, предусматривается деятельность в сферах региональной связности, экономических инвестициях, включая искусственный интеллект и цифровую инфраструктуру, а также сотрудничество в области безопасности.

- Сможет ли Совет мира стать моделью для решения других сложных ситуаций, помимо Газы?

- Судя по всему, инициированный Дональдом Трампом формат задумывался как более гибкая альтернатива традиционным многосторонним механизмам. В отличие от ООН, где решения часто блокируются из-за права вето и сложных бюрократических процедур, Совет мира позиционируется как оперативная коалиционная площадка, способная быстро мобилизовать финансовые ресурсы и политическую поддержку. Если рассматривать модель в прикладном смысле, то ее потенциал может проявляться в трех направлениях:

Во-первых, в формате коалиции заинтересованных государств. Совет мира объединяет страны, готовые добровольно участвовать в конкретных инициативах - будь то гуманитарная помощь, восстановление инфраструктуры или стабилизационные миссии. Такой подход может быть воспроизведен в других кризисных зонах, если найдется политическая воля и финансовые ресурсы.

Во-вторых, в механизме быстрой финансовой мобилизации.
Одним из результатов первого заседания стало объявление значительных финансовых обязательств. Если Совет сможет обеспечить прозрачность и эффективность использования средств, это усилит его репутацию как инструмента практического миростроительства.

В-третьих, в политической символике. Сам факт создания новой платформы отражает запрос на альтернативные форматы международного взаимодействия. В условиях фрагментации мировой политики подобные структуры могут играть роль «ad hoc» инструментов для отдельных кризисов.

Однако существуют и объективные ограничения. Совет мира не обладает универсальным членством, юридически обязательными полномочиями или механизмами принуждения. Его решения носят политический характер и сильно зависят от готовности участников выполнять взятые обязательства. Кроме того, эффективность модели будет напрямую зависеть от результатов работы по сектору Газа, однако, если фактические итоги окажутся ограниченными, интерполировать этот формат на другие конфликты будет сложно.

Следовательно, Совет мира потенциально может стать моделью для решения других сложных ситуаций - но пока только в формате важного и дополнительного инструмента, а не замены традиционных международных институтов. Его дальнейшая эволюция будет определяться тем, сможет ли он доказать свою эффективность на практике и пройти трудный путь от политической инициативы к полноценной структуре обладающей международной легитимностью.

- По словам Трампа, Совет мира будет контролировать ООН и обеспечивать его правильную работу. Нуждается ли ООН в подобном контроле и не получится ли так, что однажды Совет мира заменит собой ООН?

- Действительно Дональд Трамп говорил о том, что «Совет мира будет практически контролировать деятельность Организации Объединенных Наций и следить за ее надлежащим функционированием». Наряду с этим он пообещал американскую помощь для ее «укрепления», заявив, что «мы будем очень тесно сотрудничать с Организацией Объединенных Наций» и даже выразил оптимизм по поводу того, что ООН, в конечном итоге, «реализует свой потенциал». В связи с этим, заметим, что вопрос реформирования ООН активно обсуждается уже десятилетиями. Критика касается прежде всего механизмов Совета Безопасности, права вето, сложности принятия решений и политизации повестки. Многие государства признают необходимость модернизации организации, однако реформирование и «контроль» - это разные категории.

Что касается гипотетической возможности замены ООН Советом мира, то для того, чтобы новая структура смогла ее заменить, потребовалась бы глобальная трансформация всей системы международных договоров, что практически нереализуемо без согласия подавляющего большинства государств.