Санат Кушкумбаев: Все успехи Баку, равно как и проблемы мы рассматриваем как собственные

Сближение Азербайджана и стран Центральной Азии началось не так давно. Ранее Баку в основном пытался развивать отношения со странами Запада, в основном с Европой, как своим основным торгово-экономическим партнером. Но примерно пять лет назад ситуация поменялась. Дело в том, что во время 44-х дневной освободительной войны помимо Турции и Пакистана однозначную поддержку Азербайджан получил только от стран Центральной Азии.

В то время как на Западе наша страна подвергалась критике со стороны большинства европейских государств, Баку начал постепенный разворот на Восток, развивая и укрепляя связи со странами региона. Промежуточным итогом этого процесса стало присоединение Азербайджана к консультативному формату С5 и его трансформация в С6.

Свою оценку протекающему процессу сближения Азербайджана и Центральной Азии в интервью газете «Бакинский рабочий» дал главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований (КИСИ) при президенте Республики Казахстан Санат Кушкумбаев.

- Как вы расцениваете присоединение Азербайджана к центральноазиатскому консультативному формату С5?

- Центральная Азия и Азербайджан - это единый геополитический и геоэкономический регион, который можно называть Большой Центральной Азией или как-то иначе - не столь важно. Суть заключается в том, что все вопросы, находящееся в повестке центральноазиатских стран, затрагивают интересы Азербайджана, а то, что находится в повестке Баку, соответственно, затрагивает наши интересы. Поэтому все успехи Азербайджана, равно как и проблемы мы рассматриваем как собственные.

Консультативный формат С6 прежде всего носит объединительный характер. Современные вызовы и стратегические задачи гораздо эффективнее решать сообща, чем в одиночку. При этом сама идея консолидации не является для нас чем-то новым.

Первая консультативная встреча глав республик Центральной Азии состоялась в августе 1990 года в Алматы - еще до распада СССР. Уже в августе 1991 года к этому формату присоединился Азербайджан. По сути, схожая логика взаимодействия проявляется и сегодня. Таким образом, мы наблюдаем не создание принципиально новой конструкции, а возрождение проверенной временем идеи региональной координации.

И тогда, и сейчас Баку исходит из понимания общей повестки и совпадающих интересов. Наши страны объединяет прочный фундамент — культурный, цивилизационный и экономический. В этом контексте Каспий не разделяет нас, а, напротив, служит связующим звеном. Это не барьер, а естественный мост между государствами, пространство сотрудничества и взаимного усиления. Именно в таком ключе и следует воспринимать Каспий - как фактор интеграции и общей стратегической перспективы.

- До сих распространены такие географические понятия, как Ближний Восток, Средний Восток. Насколько они соответствуют современной эпохе?

- Я согласен с вами в том, что подобные определения относятся к старой, по сути колониальной эпохе. Сегодня мы живем в новом времени и сами формируем собственную географию - не только в физическом, но и в геополитическом смысле.

Кстати, в прошлом году в Ташкенте помощник Президента Азербайджана Хикмет Гаджиев справедливо отметил, что Азербайджан обладает множественной идентичностью: это страна Южного Кавказа, Ближнего (Переднего) Востока и Центральной Азии. И в этом нет противоречия - напротив, такая многослойность отражает историческую и цивилизационную реальность.

Мы все чаще рассматриваем Азербайджан именно как часть центральноазиатского пространства - об этом говорит и его геоэкономическая логика, и транспортная архитектура региона. Сегодня мы фактически пересматриваем навязанное представление о том, что наши страны - это замкнутые, сухопутные территории, изолированные от мирового океана. Эта концепция устаревает.

Мы строим мосты - в буквальном и стратегическом смысле, прокладываем новые транспортно-логистические маршруты. В частности, проект TRIPP представляет собой крайне перспективное направление; вопрос остается лишь в его полноценной имплементации. Его выход в Турцию откроет доступ к Черному и Средиземному морям, а значит - к широким торговым и геоэкономическим возможностям.

В таком случае тезис о «закрытости» наших государств окончательно утратит актуальность. Мы перестаем быть периферией и становимся активными участниками формирования новой евразийской архитектуры.

Наши страны нуждаются друг в друге. В частности, Азербайджан нуждается в странах Центральной Азии для транзита грузов из Китая в Европу. Мы нуждаемся в Азербайджане, как в государстве, через которое у нас открывается прямая дорога на Европу. Сеть двусторонних соглашений о двустороннем сотрудничестве, стратегическом союзничестве - этим всем создавался фундамент, взрыхлялась почва. Теперь же концепт созрел в головах и начался процесс объединения в формате С6.

- Должен ли консультативный формат С6 пройти процесс формализации и трансформироваться в полноценную организацию?

- Это вопрос, который должны решать сами государства-участники. С6 объединяет шесть равноправных стран, добровольно участвующих в консультативном формате, и каждая из них вправе самостоятельно определить, каким видит будущее этого объединения.

Лично я являюсь сторонником институционализации С6. Однако необходимо учитывать специфику отдельных государств. В частности, Туркменистан обладает закрепленным нейтральным статусом, и эта позиция должна быть принята во внимание. Следовательно, если и говорить о формализации, то, вероятно, речь может идти о мягкой модели институционализации, которая позволила бы Ашхабаду участвовать без ущерба для положений своей Конституции и внешнеполитической доктрины.

Фактически первые элементы институциональной архитектуры уже появляются. Так, создан механизм национальных координаторов на уровне специальных представителей президентов - это достаточно гибкий и эффективный инструмент взаимодействия. Ведется обсуждение вопроса о штаб-квартире С6. Не исключено, что она будет функционировать по ротационному принципу, размещаясь попеременно в странах-участницах.

На мой взгляд, оптимальным решением стало бы размещение постоянной штаб-квартиры в государстве с меньшим экономическим и геополитическим потенциалом. Это мог бы быть, например, Душанбе, Бишкек или даже нейтральный Ашхабад. Такой подход способствовал бы балансу интересов и укреплению принципа равноправия.

Примечательно, что еще 35 лет назад, в рамках прежнего проекта институционализации формата «Центральная Азия + Азербайджан», рассматривался вариант размещения секретариата именно в Туркменистане. Иными словами, определенный опыт разработки подобных моделей у нас уже есть.

Главное - учесть этот исторический опыт, избежать прежних ошибок и двигаться вперед постепенно, эволюционно, сохраняя гибкость и взаимное уважение интересов всех участников.