Вторая попытка разбить «стеклянный потолок»

Уже давно в мире стало своего рода традицией, что основные политические страсти начинают кипеть в преддверии выборов. Причем неважно, каких. Выборы могут быть парламентскими, президентскими и т.д. со всеми вытекающими из этого последствиями.

Муниципальные выборы во Франции вроде бы должны рассматриваться через призму событий, относящихся к внутренней политике этой страны.

Но так уж получилось, что из этого разряда они внезапно перешли на другой уровень, когда внешние силы, а это вся та же пресловутая армянская диаспора, пытаются активно вклиниваться не в свои дела. Причем делают это в довольно агрессивной форме.

Вчера во Франции прошел первый тур муниципальных выборов. Голосование охватило более 35 тыс. коммун - от крупных городов до небольших деревень. И здесь борьба за пост мэра Парижа имеет особое значение - этот пост традиционно рассматривается как важная ступенька в национальной политике.

В столице Франции борьба за кресло обещает быть особенно острой, а основная дуэль развернется между Рашидой Дати (умеренно-правые «Республиканцы») и Эмманюэлем Грегуаром (Социалистическая партия).

Что примечательно - в 2020 году Дати уже баллотировалась в мэры Парижа, но проиграла. Выдвижение своей кандидатуры она представляет как попытку «разбить стеклянный потолок», подразумевая принадлежность к меньшинству: ее родители - марокканец и алжирка; также Дати стала первой женщиной-мусульманкой на крупном правительственном посту во Франции. И вот вторая попытка. И опять ее избирательная кампания оказалась «на мушке» для нападок со стороны армянской диаспоры. Кто стал главной мишенью травли, нетрудно догадаться. Одна из наиболее заметных фигур французского политического истеблишмента Рашида Дати стремится стать второй женщиной подряд на посту мэра Парижа, сменив социалистку Анн Идальго, но о последней чуть позже.

Причиной резкой реакции армянских организаций стали так называемые «проазербайджанские заявления» Дати. Именно так армянские СМИ и диаспора пытаются представить ее позицию. Однако в действительности речь идет не о какой-то «проазербайджанской линии», а о простой и ясно изложенной поддержке принципов международного права.

Более того, позиция Дати вовсе не является исключением среди французских политиков. В апреле 2016 года - после четырехдневной армяно-азербайджанской войны - ряд французских парламентариев направили обращение тогдашнему президенту Франции Франсуа Олланду. Среди подписантов были сенаторы и депутаты самых разных политических лагерей: Жан-Мари Бокель, Натали Гуле, Андре Рейхардт, Жан-Люк Райтцер, Сильви Гой-Шаван, Жером Ламбер, Жером Биньон, Жан-Франсуа Мансель и Кристиан Нами. Рашида Дати также поставила свою подпись под этим документом.

Поводом для обращения стала ситуация, сложившаяся после подписания 5 апреля 2016 года соглашения о прекращении огня между Азербайджаном и Арменией. Однако, несмотря на достигнутые договоренности, армянская сторона продолжала обстреливать азербайджанские населенные пункты. И французские парламентарии прямо указали на этот факт, призвав руководство своей страны обратить внимание на происходящее.

Кроме того, в обращении подчеркивалось, что Армения не выполняет резолюции Совета Безопасности ООН и Генеральной Ассамблеи, требующие безоговорочного вывода армянских вооруженных сил с оккупированных азербайджанских территорий. Эти резолюции долгие годы оставались невыполненными. Впоследствии, как известно, Азербайджан самостоятельно восстановил свою территориальную целостность. Сначала в ходе 44-дневной войны осенью 2020 года, а затем в результате антитеррористической операции в сентябре 2023 года.

Сегодня весь здравомыслящий мир, и даже руководство Армении, которое готово (по крайне мере пытается) идти по пути мира, открыто признает территориальную целостность Азербайджана. Чего не скажешь об армянской диаспоре Франции, которая никак не уймется. Вместо признания свершившейся справедливости она изо всех сил пытается продолжать «рисовать» надуманную картинку «отмщения». Кампания против Рашиды Дати - яркое тому подтверждение. Ее пытаются «уличить» в политических пристрастиях, даже не пытаясь рассматривать ее деятельность, идеологические взгляды. Ее единственная вина заключается в том, что она не боялась открыто высказывать свою точку зрения, чем никогда «не грешили» действующие исподтишка «мифотоворцы» надуманных обид.

Откровенный проармянский лоббизм давно и прочно обосновался во французской политике. Сколько уже было антиазербайджанских заявлений и резолюций, принимаемых без особых препятствий в стенах законодательных залов, и уж не сосчитать. Они звучат громко, уверенно и регулярно, словно стали нормой. А провокационные политические акции? Они повторяются с удивительной точностью, не оставляя сомнений в своей системности.

Сегодня громкие антиазербайджанские заявления и открытая политическая пропаганда стали почти визитной карточкой мирового армянства, формируя устойчивый информационный фон, который влияет на общественное мнение и международные дискуссии. Эта активность создает ощущение постоянного давления и вынуждает реагировать на каждый новый выпад, превращая политическое противостояние в привычный элемент дипломатической повестки.

Однако вернемся к нынешнему мэру Парижа Анн Идальго. За годы ее пребывания у власти прозвучало немало заявлений, которые в Баку справедливо воспринимались как откровенно предвзятые и провокационные. Но, к чести нашей страны, здесь никогда не проводились кампании давления против их кандидатур, не пытался влиять на французскую избирательную систему через диаспоральные структуры.

Именно поэтому происходящее сегодня вокруг Рашиды Дати выглядит особенно показательным. Армянская диаспора фактически использует ложь, провокацию, исламофобию и азербайджанофобию как инструмент давления. Подобная практика неизбежно вызывает вопросы, ибо демократическая политическая система предполагает свободную конкуренцию идей и программ. Однако когда на политиков оказывается давление исключительно из-за их позиции по международному вопросу, это уже выходит за рамки нормальной политической дискуссии.

Французское общество должно само решить, кто достоин занимать пост мэра Парижа. Но очевидно одно: попытки диаспорального давления и информационных кампаний дискредитации того или иного кандидата вряд ли соответствуют тем демократическим принципам, которыми так гордится французская политическая культура.

История вокруг Рашиды Дати стала своеобразным тестом на зрелость французской демократии. И этот тест касается не только выборов мэра Парижа, но и более широкого вопроса: насколько внутреннюю политику европейских стран могут и должны определять диаспоральные лоббистские группы, в частности армянские. Случай с Дати показал, что влияние таких структур способно заметно формировать политическую повестку, определять дискуссии и решения, выходящие за рамки обычного партийного взаимодействия.

Этот пример ясно демонстрирует, что демократия не сводится лишь к выборам и голосованию. Она проверяется на способность противостоять внешнему давлению, сохранять независимость решений и баланс интересов. Если подобное влияние станет нормой, вопросы национального суверенитета и внутренней политической автономии могут оказаться под угрозой. Французская демократия, как и любая другая в Европе, сейчас проходит не просто политическую проверку - она испытывает себя на устойчивость к внешним манипуляциям и на зрелость в защите своих фундаментальных принципов.