Дистанционная работа как ловушка для карьеры

«Домашний офис» становится все более популярным, ведь такая работа подразумевает большую инклюзивность. Однако «работа на диване» имеет свои риски.

Современный рынок труда переживает фундаментальную трансформацию, где все более востребованы гибкие формы занятости - гибридная, при которой сотрудник приходит в офис пару раз в неделю и дистанционная, когда вся работа делается на расстоянии. Эксперты отмечают, что за этими видами будущее, так как мы живем в эпоху тотальной цифровизации. Для чего ежедневно тратить минимум час на дорогу до офиса и обратно, когда можно отправить плоды своего труда по электронной почте или мессенджеру? Однако такая занятость сопровождается серьезными системными вызовами, о которых редко упоминают.

Новые изменения в Трудовой кодекс Азербайджанской Республики, утвержденные Президентом Азербайджанской Республики Ильхамом Алиевым, призваны упорядочить процесс. В них говорится о том, что дополнительные условия труда при выполнении функций в дистанционной форме должны определяться трудовым договором по взаимному соглашению сторон. Согласно закону, положения Кодекса также распространяются на работников, выполняющих трудовые функции у себя дома или в дистанционной форме с использованием сырья, материалов и средств производства работодателя.

Дистанционной работой считается выполнение трудовой функции с использованием средств, обеспечивающих дистанционное выполнение работы (электронных, программно-технических, телекоммуникационных средств и др.) вне предприятия или рабочего места, созданного работодателем - физическим лицом, а также в любом другом месте, подходящем для выполнения работы или оказания услуг.

Казалось бы, юридическое признание удаленки должно защитить работника, но на практике это порой становится началом процесса перекладывания операционных рисков и издержек бизнеса на плечи рядового сотрудника.

Безусловно, нельзя отрицать наличие преимуществ: работа на дому избавляет от изматывающих поездок в часы пик, ликвидирует транспортные расходы и позволяет человеку более эффективно планировать свой график. Эксперт в сфере трудовых отношений Джамаладдин Исмаилов отмечает, что изменения, внесенные в Трудовой кодекс Азербайджана, однозначно воспринимать пока сложно. С одной стороны, этот закон дает возможность для трудовой деятельности в первую очередь людям с инвалидностью, а также гражданам, у которых есть маленькие дети и тяжело больные близких. Кроме того, работа на дому теоретически дает больше возможностей работать на нескольких работах, что выглядит как очевидный бонус с точки зрения роста доходов.

Однако есть и «другая сторона медали», о которой мало кто задумывается. Говоря о социальном и профессиональном аспекте, Джамаладдин Исмаилов приводит данные проведенных им опросов: «Результаты наших опросов показывают, что большинство работников не стремятся к переходу на дистанционный формат. Это связано с тем, что люди при такой занятости нередко чувствуют себя искусственно изолированными от коллектива и фактически выброшенными за пределы нормальных трудовых взаимоотношений. В такой ситуации сотрудник лишается возможности карьерного роста и творческого развития, так как оказывается в информационном вакууме относительно жизни своего предприятия.

Более того, возникают опасения, что дистанционный формат спровоцирует у работодателей соблазн к коррупционным действиям и субъективизму. Представители молодежи и среднего возраста справедливо полагают, что работа вне офиса обесценивает их профессиональные навыки, зачастую превращая их в безликих «роботов -исполнителей». Настоящий профессионализм и кругозор специалиста гораздо эффективнее раскрываются именно в живой среде, внутри трудового коллектива».

Хотелось бы отметить еще один важный момент: дом, который по своей природе должен быть местом психологической разгрузки и восстановления сил, при такой работе трансформируется в производственную площадку. Организация полноценного рабочего места требует пространства: стол, кресло, мониторы и лабиринты проводов визуально и фактически «съедают» уют, превращая квартиру в филиал офисного опенспейса. Человек лишается возможности ментально дистанцироваться от рабочих задач в собственной квартире. Граница между личной жизнью и профессиональными обязанностями стирается не только в графике, но и в интерьере.

Параллельно с этим возникает критический вопрос об амортизации оборудования и скрытых материальных расходах. В офисных условиях за работоспособность техники, оплату высокоскоростного интернета и коммунальные услуги отвечает работодатель. При переходе на дистанционную форму эти статьи расходов плавно перемещаются в личный бюджет сотрудника. Личный ноутбук, вынужденный работать в режиме постоянной нагрузки по 8 и более часов в сутки, изнашивается быстрее. Но кто компенсирует сотруднику траты на новый компьютер или ремонт старого? Дж.Исмаилов выражает серьезную озабоченность этим аспектом. По его словам, верить новой плеяде работодателей, которые любым способом пытаются получить прибыли, опасно. Они могут обмануть работника и не предоставить программно-техническое обеспечение, апеллируя к тому, что у сотрудника «есть свой компьютер, пусть пока на нем поработает». Подобные обещания предоставить технику «потом» часто остаются лишь словами, а работник тем временем фактически субсидирует бизнес своего нанимателя, оплачивая из своего кармана не только амортизацию «железа», но также возросшие счета за электроэнергию и интернет-трафик.

Инфраструктурные риски на удаленке также приобретают характер персональной вины работника. Если в офисе падение интернета или поломка блока питания - это штатная ситуация, которой занимается системный администратор, то дома любая техническая заминка превращается в личную катастрофу. Отсутствие электроэнергии, перебои в работе интернета, неработающий компьютер ведут к простою, что вызывает недовольство руководства, хотя вины сотрудника в этом нет.

Юридическая плоскость проблемы не менее тревожна, особенно в вопросе фиксации переработок. В классической офисной модели существует понятие «ухода с работы». На дистанции эта граница размывается до полной невидимости. Трудовой день часто растягивается до 12 часов вместо положенных 8, а доказать факт сверхурочной работы становится почти невозможно. Это создает идеальные условия для латентной эксплуатации, когда сотрудник постоянно находится в режиме «онлайн», боясь пропустить сообщение в мессенджере.

Эксперты подчеркивают: только жесткое соблюдение буквы закона и четкое разграничение ответственности в трудовом договоре помогут превратить «домашний офис» в цивилизованное рабочее место, а не в зону бесконечной эксплуатации.