Лилит Галстян пытается вернуть Карабах в армянскую повестку с трибуны ПА ОБСЕ

Чем ближе Баку и Иреван подходят к миру, тем громче армянская оппозиция требует вернуть регион в прошлое. Выступление Галстян в Гааге показало, что для реваншистов Карабах остается последним политическим товаром, а двойные стандарты и международные площадки - привычным способом продлить жизнь проигранному конфликту

Армянские власти, какими бы трудными и болезненными ни были нынешние переговоры, все же предпринимают шаги к установлению мира с Азербайджаном, пытаясь закрыть страницу многолетнего конфликта и вывести страну из исторического тупика. Однако у армянской оппозиции, похоже, собственный календарь, в котором по-прежнему застыли времена оккупации, территориальных притязаний и безнаказанного хозяйничанья на чужой земле.

Депутат национального собрания Армении Лилит Галстян, чей нынешний парламентский срок практически подошел к концу, решила напоследок громко хлопнуть дверью и использовать трибуну 33-й ежегодной сессии Парламентской ассамблеи ОБСЕ в Гааге для очередного реваншистского выступления.

Удивляться, впрочем, особенно нечему. Подобные заявления давно стали визитной карточкой армянской оппозиции, которая, потеряв Карабах, власть и прежние возможности диктовать свои условия, продолжает жить политическими призраками прошлого. Чем ближе мирное соглашение между Баку и Иреваном, тем громче раздаются голоса тех, для кого прекращение конфликта означает потерю последнего политического товара, десятилетиями продававшегося собственному обществу и иностранным покровителям.

На сей раз Галстян заявила, что как минимум 19 армян якобы «незаконно» содержатся под стражей в Азербайджане, подвергаясь «пыткам и бесчеловечному обращению». И, дескать, она ранее предлагала направить международную миссию в Баку для наблюдения за судебными процессами над бывшими главарями сепаратистского режима, существовавшего на оккупированных территориях Азербайджана, и оценки мифических фактов уничтожения армянского культурного наследия. Мол, инициативу не поддержали.

После этого депутат решила обвинить уже саму ОБСЕ, заявив, что бездействие организации якобы позволило Азербайджану продолжить «нарушения». И тут в ход пошел привычный набор обвинений: «пленные», «блокада», «насильственное изгнание», «уничтожение культурного наследия», а затем и Западный Азербайджан, который Галстян попыталась представить, как свидетельство территориальных притязаний Баку к Армении.

Получился своеобразный политический винегрет, в котором судебные процессы смешались с культурным наследием, Карабах с Западным Азербайджаном, а уголовная ответственность людей, обвиняемых в тяжких преступлениях, с попыткой представить их невинными жертвами.

Азербайджан не находится в конфликте с Парламентской ассамблеей ОБСЕ, подобном кризису в отношениях с ПАСЕ. Баку не покинул эту площадку, не заморозил участие и не отказался от парламентского диалога. Азербайджанская делегация продолжает работать в Ассамблее, участвует в заседаниях, голосованиях и обсуждениях, последовательно защищая национальные интересы страны.

Делегация Азербайджана принимает участие и в проходящей 4-8 июля в Гааге 33-й ежегодной сессии ПА ОБСЕ. Уже в первые дни заседаний Баку продемонстрировал, что присутствует там вовсе не для молчаливого согласия с решениями, подготовленными отдельными политическими группами. Азербайджанские представители проголосовали против проекта резолюции по Беларуси, расценив подобные инициативы как продолжение практики политического давления на отдельные государства.

На первый взгляд, обычные парламентские будни. Но есть нюанс. Азербайджан на протяжении многих лет указывает западным институтам на двойные стандарты, избирательное применение принципов международного права и превращение вопросов прав человека в удобный инструмент политического давления.

После восстановления территориальной целостности Азербайджана исчез и прежний предмет деятельности ОБСЕ на Южном Кавказе, десятилетиями связанный с армяно-азербайджанским конфликтом. Так какое место организация намерена занимать в новых региональных условиях, когда конфликт завершен, оккупация прекращена, а мирный процесс развивается непосредственно между Баку и Иреваном.

Азербайджан выбрал прагматичный путь. Он остается внутри площадки, используя ее возможности для продвижения собственных позиций, формирования политических контактов и противодействия инициативам, противоречащим национальным интересам страны. Еще в феврале 2025 года глава азербайджанской делегации встречался на полях зимней сессии Ассамблеи с тогдашним президентом ПА ОБСЕ Пией Каумой. На нынешней сессии азербайджанскую делегацию представляют Гая Мамедов, Азай Гулиев, Севиндж Фаталиева и Турал Гянджалиев.

Так вот руководитель делегации Гая Мамедов обратил внимание участников сессии на одну из главных болезней современной международной системы. Речь идет о двойных стандартах и избирательном применении общепризнанных норм. Он подчеркнул необходимость безусловного уважения суверенитета и суверенного равенства государств, связав этот вопрос также с развитием информационных технологий и искусственного интеллекта.

По его словам, стремительное развитие цифровой среды требует защиты цифрового суверенитета государств. Парламентарий рассказал о деятельности Совета по цифровому развитию Азербайджана и стремлении страны соблюдать разумный баланс между безопасностью, развитием технологий и правами человека.

Еще одним показательным эпизодом стало голосование по Беларуси. Азербайджанская делегация выступила против проекта резолюции о положении с правами человека в этой стране.

Позиция Баку вполне понятна. Азербайджан последовательно выступает против превращения международных парламентских организаций в политические дубинки, которыми группа государств пытается воспитывать остальных, распределяя оценки, наказания и ярлыки в зависимости от собственных интересов.

В этой связи вызывает удивление поведение армянского депутата. Галстян, выступая на площадке, где азербайджанская делегация открыто говорит о международном праве, суверенитете государств и недопустимости двойных стандартов, решила фактически потребовать особого режима для граждан Армении и бывших главарей карабахского сепаратистского режима.

Однако 19 армян, о которых говорит армянский депутат, проходят по уголовным делам, рассматриваемым азербайджанскими судами. Среди подсудимых есть бывшие руководители сепаратистского образования, десятилетиями существовавшего на международно признанной территории Азербайджана при военной, политической и экономической поддержке Армении.

30 лет международное сообщество признавало Карабах частью Азербайджана. 30 лет существовали резолюции Совета Безопасности ООН (Совбез ООН еще в 1993 году принял резолюции 822, 853, 874 и 884, подтверждавшие территориальную целостность Азербайджана и требовавшие вывода оккупационных сил с захваченных территорий). 30 лет сотни тысяч азербайджанцев не могли вернуться в свои дома.

Где все это время была политическая принципиальность Лилит Галстян? Почему она не требовала международных миссий для расследования разрушения азербайджанских городов и сел?

Почему не выступала с трибун международных организаций, требуя установить судьбу тысяч пропавших без вести азербайджанцев? Почему не интересовалась массовыми захоронениями, обнаруженными после освобождения оккупированных территорий?

Ответы, как говорится, на поверхности - армянскую оппозицию интересует международное право исключительно в тот момент, когда оно может быть использовано против Азербайджана. Во всех остальных случаях наступает удивительная политическая глухота.

Особого внимания заслуживает и партийная принадлежность самой Галстян. Она является депутатом национального собрания Армении от фракции «Армения», входящей в блок «Айастан», возглавляемый военным преступником Робертом Кочаряном. Именно в годы правления этого кровопийцы произошли тяжелые преступления, совершенные против мирного населения Азербайджана в годы первой Карабахской войны, включая Ходжалинский геноцид.

Поэтому нынешнее выступление Галстян трудно воспринимать отдельно от политической среды, которую она представляет. Перед нами представитель силы, построившей значительную часть своей политической биографии на результатах оккупации азербайджанских территорий и сегодня отчаянно пытающейся сохранить в армянском обществе надежду на возвращение прошлого.

Направлять политические инспекции в суверенное государство по желанию депутата соседней страны невозможно. Азербайджан обладает собственной судебной системой, законами и государственными институтами. Судебные процессы проходят на территории Азербайджана над людьми, обвиняемыми в преступлениях, совершенных на территории Азербайджана.

Если госпожа Галстян рассчитывала, что Баку должен открыть двери перед политической экскурсией, участники которой заранее назначили виновного и написали выводы еще до приезда, разочарование действительно могло оказаться сильным.

При этом сама депутат предпочитает обходить стороной совершенно другие свидетельства. После освобождения азербайджанских территорий миру предстали разрушенные города, уничтоженные кладбища, оскверненные религиозные памятники, разграбленные музеи и стертые с лица земли населенные пункты. Агдам десятилетиями стоял в руинах, Физули был практически полностью уничтожен, сотни памятников истории и культуры подверглись разграблению или разрушению.

Галстян почему-то не предлагает направить международную миссию для расследования этого культурного вандализма. Не требует установить, кто разрушал азербайджанские мечети. Не интересуется судьбой музейных коллекций и археологических находок, вывезенных с оккупированных территорий. Не задает вопросов о разрушенных кладбищах и памятниках.

Избирательная память вообще удобный политический инструмент. Она, акцентируя исключительно на собственных претензиях, старательно забывает о последствиях многолетней оккупации чужой земли.

И, пожалуй, самое главное. Галстян требует подтвердить право «коренного населения» Карабаха на возвращение, одновременно объявив концепцию Западного Азербайджана «агрессивным и ложным нарративом».

Откровенный пример политической арифметики армянской оппозиции. Право армян на возвращение предлагается считать священным и безусловным, право азербайджанцев, изгнанных с территории нынешней Армении, даже обсуждать запрещается.

Как называется подобный подход? Именно двойными стандартами.

Теми самыми, о которых говорил в Гааге глава азербайджанской делегации.

Требовать госпожа Галстян может в Армении. Правда, кому именно она собирается предъявлять свои требования, остается вопросом. Карабах является международно признанной территорией Азербайджана, и этот факт никогда не ставился под сомнение ни ООН, ни одним государством мира.

Преступления, совершенные на территории Азербайджана, расследуются правоохранительными органами и рассматриваются судами Азербайджана. Это, к ее сведению, называется государственным суверенитетом.

Галстян и ее политическим единомышленникам давно пора понять простую вещь. Карабах не является предметом армянской внутренней политики, разменной монетой парламентской борьбы или наследственным владением бывшего «карабахского клана». Карабах является Азербайджаном. И восклицательный знак!

Сегодня Баку и Иреван получили редкую историческую возможность завершить конфликт, десятилетиями отравлявший Южный Кавказ. Мирный процесс остается сложным, впереди еще немало вопросов, однако правительства двух стран продолжают движение к соглашению.

В этот момент реваншистские выступления армянской оппозиции становятся особенно опасными. Люди, десятилетиями строившие политические карьеры на конфликте, пытаются вернуть общество к старым страхам, территориальным притязаниям и надеждам на вмешательство внешних сил.

Уважать стремление двух государств к миру означает отказаться от попыток снова открыть двери в прошлое. Лилит Галстян поступает иначе. Ее выступление в Гааге стало очередной попыткой представить обвиняемых в тяжких преступлениях жертвами, последствия оккупации вычеркнуть из истории, а международные организации превратить в инструмент давления на Азербайджан.

Но времена изменились. Азербайджан восстановил территориальную целостность, вернул контроль над своими землями и самостоятельно определяет, как обеспечивать соблюдение закона на собственной территории. Армения пытается найти свое место в регионе, где мир постепенно перестает быть отвлеченным пожеланием и становится политической необходимостью.

Армянской оппозиции остается сделать выбор. Признать новую реальность и перестать мешать собственному государству двигаться вперед либо продолжать хлопать дверями международных залов, надеясь, что шум заменит аргументы.

Судя по выступлению Лилит Галстян, некоторые свой выбор уже сделали.