Я гордился, что общаюсь с таким великим человеком

Гейдар Алиев-100
29 Август 2023
09:57
2647
Я гордился, что общаюсь с таким великим человеком
Об этом посте
Я гордился, что общаюсь с таким великим человеком
Читать

Беседа Эльмиры Ахундовой с Агабеком Аскеровым, экс-директором издательства «Азербайджан», главным редактором газет Səs (1991 – 2005 гг.), «Бакинский рабочий» (2006 - 2011), депутатом Милли Меджлиса 1-го и 2-го созывов.

Сирус Тебризли поехал в Нахчыван пять дней спустя - 18 июля. Он не знал о нашей поездке, о наших планах, однако интуитивно пришел с той же идеей - необходимости создания партии сторонников Гейдара Алиева.

Гейдар Алиевич сказал ему:

- Ребята уже занимаются этим, свяжись с ними.

Гейдар Алиев позвонил Али Нагиеву как заместителю председателя «Алинджа» и сказал, чтоб он держал связь с Сирусом Тебризли. Кстати, насчет Али Нагиева. Он был хорошим, энергичным организатором и вел основную работу по линии общества «Алинджа». Он же поддерживал практически ежедневную связь с Гейдаром Алиевым. Звонил ему обыкновенно по ночам, когда Гейдар Алиев был посвободней, и докладывал обо всем, что мы сделали за день.

Бывший помощник Гейдара Алиева в ЦК Рафаэль Аллахвердиев тоже находился в то время в Баку. Однажды во время очередного разговора с Али Нагиевым Гейдар Алиев сказал:

- Свяжись с Рафаэлем Аллахвердиевым. Привлеките его тоже.

Мы и с ним наладили контакт.

То есть идея создания партии объединила самых разных людей. Али Нагиев - преподаватель, бывший «фронтовик», Рафаэль Аллахвердиев - партократ, Сирус - журналист.

Кстати, Сирус Тебризли и составил знаменитое обращение к Гейдару Алиеву, под которым подписался 91 человек. Однако политические моменты в послании откорректировал Муртуз Алескеров. Мы все собирали эти подписи. Например, к деятелям искусства и науки обращался Сирус, я собирал подписи в журналистской среде, Муртуз муаллим - в научной…

Э.А.: - Когда вы повезли Обращение к Алиеву?

А.А.: - В сентябре 1992 года, еще до его публикации в газете Səs. Мы с Сирузом поехали к Гейдару Алиевичу, чтобы показать ему текст Обращения и получить ответ. Гейдар Алиев ознакомился с нашим Обращением, но с ответом затянул. Так продолжалось 11 дней. Я точно помню, потому что у меня были дела в Баку, связанные с выпуском газеты, и я, естественно, нервничал.

Гейдар Алиевич принимал нас почти каждый день, но ничего конкретного не говорил, раздумывал. Он все повторял: «Посмотрим. Решим». Он ведь прекрасно понимал, что положительный ответ на наше обращение прозвучал бы как: «Иду на вы!».

В общем, мы вернулись в Баку ни с чем. А в середине октября наше Обращение вышло в печати. Скажу без ложной скромности, оно произвело настоящую сенсацию и спровоцировало серьезный поворот в общественном сознании.

16 октября, сразу после публикации Обращения, Сируз Тебризли и сотрудник нашей газеты Салахаддин Гулиев вновь отправились к Гейдару Алиеву за ответом. Тогда-то «фронтовики» и решили свергнуть в автономной республике власть Гейдара Алиева. Причем позднее стало известно, что они были готовы пойти на худший вариант, то есть устранить Алиева физически.

Когда вышло «Обращение 91-го», власти поняли, что Гейдар Алиев готов к созданию политической партии. И это нужно остановить. Остальное вам известно: захват активистами НФА Нахчывана правительственных учреждений, угрозы Искендера Гамидова в адрес Гейдара Алиева, многотысячный митинг в поддержку законных властей и - как результат - стремительное ускорение процесса создания партии «Ени Азербайджан». Тогда же был создан Оргкомитет по созданию партии, который состоял из 15 человек, куда был включен и я. Председателем Оргкомитета стал сам Гейдар Алиев.

Э.А. - Сирус Тебризли рассказывал, что 4 декабря они с Нейматом Панаховым в Баку провели митинг.

А.А.: - Да, мы все были там. Я помню, как Панах Гусейнов проезжал мимо, остановился, послушал и поехал дальше. Кто-то из представителей правоохранительных органов подошел к Сирусу, потребовал прекратить митинг.

31 декабря 1992 года активисты партии также собрались на митинг по случаю учрежденного Гейдаром Алиевым Дня солидарности азербайджанцев мира. Власти жестоко разогнали эту акцию. Арестовали, избили Зию Пашу, Захиду Гаралову скрутили руки. Активистам партии, конечно, доставалось…

Э.А.: - Лала-Шовкет Гаджиева, будущий Госсекретарь, приезжала к Гейдару Алиеву до создания партии?

А.А.: - Приезжала. Она познакомилась с Гейдаром Алиевым на январской пресс-конференции 1990 года в постпредстве. Потом стала писать о Гейдаре Алиеве в московских газетах, позднее участвовала в процессе обсуждения и написания партийных документов. Поэтому естественно, что в ноябре 1992 года ее избрали одним из заместителей председателя партии «Ени Азербайджан». Заместителями Гейдара Алиева по партии были Али Нагиев, Муртуз Алескеров, Зия Буниядов, Сирус Тебризли, Рафаэль Аллахвердиев и Лала Гаджиева.

В документах о создании партии, направленных в Министерство юстиции, было подробно расписано, сколько членов в правлении, сколько членов в Политсовете. Вместе с Лалой Гаджиевой в правлении было 13 человек. Однако в то время она являлась российской гражданкой, и в Минюсте могли к этому придраться. Поэтому по совету Гейдара Алиева мы сделали документы в двух экземплярах - в одном членов правления было 12 человек, а в другом - 13. Министр юстиции Ильяс Исмайлов отнесся к нам очень лояльно. Помню, на коллегию Минюста мы послали академика Зию Буниядова, учитывая его авторитет. Все прошло нормально, и нас зарегистрировали 18 декабря 1992 года.

Несколько месяцев мы ездили по районам, проводили учредительные конференции. 2 апреля 1993 года в связи со взятием Кяльбаджара власти объявили режим чрезвычайного положения. Я 1 апреля приехал в Зардаб для проведения очередной конференции, а вечером по телевизору сказали, что с завтрашнего дня вводится чрезвычайное положение. И мы вернулись в Баку.

Кстати, Гейдар Алиевич запрещал нам ругать Абульфаза Эльчибея, прибегать к недостойным методам борьбы. Помню, он не раз говорил нам:

- Да, мы в оппозиции, а он - законный президент. Нужно вести цивилизованную борьбу, борьбу в рамках закона.

Э.А.: - Как вы считаете, сыграла ли ваша борьба какую-то роль в приходе Алиева к власти?

А.А.: - Гейдар Алиев пришел к власти по требованию азербайджанского народа и по настойчивым просьбам тогдашних властей. Партия как часть азербайджанского народа тоже требовала этого. Просто члены партии были активней, чем рядовые граждане. Но, безусловно, Гейдара Алиева привел к власти народ.

Расскажу вам о некоторых эпизодах нашей борьбы. В ночь попытки переворота НФА в Нахчыване мы собрались в кабинете президента Академии наук республики Эльдара Салаева. Я, Али Нагиев, Муртуз Алескеров, другие активисты. Решили поднять на ноги общественность. Эльдар Салаев позвонил Гейдару Алиеву, тот сказал, что будет стоять до конца. К нашему протесту присоединились лидеры других партий.

25 октября утром Обращение к общественности было составлено. Под ним поставили свои подписи от АMİP - Назим Иманов, от социал-демократов - Араз Ализаде, от крестьянской партии - Фируз Мустафаев. То есть власти поняли, что в своей борьбе Гейдар Алиев не одинок, и что если они пойдут дальше, то столкнутся с массовым общественным недовольством.    

Вот еще один эпизод борьбы нашей партии. Весной 1993 года мы собирали подписи депутатов для созыва сессии Верховного Совета. Надо было собрать треть подписей, то есть 120, но мы собрали 142 подписи. В этом Обращении к президенту Эльчибею и председателю Верховного Совета Исе Гамбару мы предлагали собраться и обсудить тяжелое положение в республике. Обращение нужно было опубликовать в газете. А в то время в связи с режимом ЧП действовала цензура.

И тогда я пошел на хитрость: 10 мая сделал спецвыпуск газеты в связи с юбилеем Гейдара Алиевича. Весь номер был посвящен Гейдару Алиеву, но на второй странице мы дали это обращение. Я сумел уговорить цензора, к тому же эта женщина-цензор симпатизировала Гейдару Алиеву. Обращение вышло 12 мая.

В результате поднялся шум. Премьер-министр Панах Гусейнов освободил от должности начальника Главлита Джахангира Ильдрымзаде. Сняли и эту бедную женщину-цензора. Меня вызвали в горотдел полиции, сделали предупреждение.

- А что мы такого совершили? - спросил я. - Группа депутатов обратилась к президенту республики и председателю Верховного Совета. Мы опубликовали это обращение. Все в рамках закона.

И вдруг полицейские мне говорят:

- Мы за вас, привозите его поскорее. Азербайджан гибнет!

14 или 15 мая депутат Милли Меджлиса Ариф Рагимзаде должен был провести пресс-конференцию по этому вопросу. Организация пресс-конференции была поручена мне. Но провести ее нам не дали, хотя собралось огромное количество журналистов - человек 70 или 80. Нагнали полицейских с дубинками со всего Баку, опечатали зал. Тогда Зия Буниядов сказал, что проведет пресс-конференцию в своем кабинете. Но полиция предупредила Арифа Рагимзаде:

- Если вы проведете пресс-конференцию, то будете арестованы.

- Я депутат Верховного Совета, лицо неприкосновенное.

На что ему был дан ответ:

- Для нас это не имеет никакого значения.

Причем на пресс-конференцию даже разрешения не надо было спрашивать.

Зия Буниядов пытался протестовать. Но журналистов даже не пустили внутрь здания. Такая вот своеобразная была у «фронтовиков» демократия.

Э.А.: - Были ли у вас личные встречи с Гейдаром Алиевичем после его прихода к власти?

А.А.: - Мы встречались неоднократно. Я долго работал в газете Səs, потом десять лет был депутатом. Конечно, доводилось присутствовать на самых разных мероприятиях, совещаниях, которые вел Гейдар Алиев.

Э.А.: - Что дали вам лично годы общения с великой личностью?

А.А.: - Я гордился, что общаюсь с таким великим человеком, являюсь бойцом его фронта. Мне иногда говорят, что я умею выслушивать людей. Этому я научился у Гейдара Алиевича. Он мог слушать самого недалекого человека. Даже мы порой нервничали - тот болтает глупости, а Гейдар Алиев сидит и с огромным терпением, не перебивая, слушает его.

Гейдар Алиевич всегда очень душевно относился ко мне. Расскажу один эпизод: у меня были проблемы в семье. Я долго стеснялся обратиться к президенту. Наконец решился, позвонил его помощнику Тариэлю Агаеву и попросил об аудиенции.

На следующий день утром, я еще собираюсь на работу, звонит Тариэль.

- С вами хочет поговорить господин президент.

- Я знаю о твоих делах, знаю, что тебя беспокоит, - сказал Гейдар Алиевич. - Ни о чем не тревожься, я все решу.

Я был потрясен вниманием этого великого человека. Он вообще был очень заботлив по отношению к своим соратникам.

На всех партийных съездах, когда речь заходила о нашей партийной прессе, он первой называл Səs.

- Səs для меня - самая дорогая газета, - говорил он. - Это была первая газета, которая в то время поддержала меня.

В такие минуты я испытывал чувство огромной гордости.

Баку, 2009