Евросоюз в июле столкнулся с проблемой действующей модели санкционной политики: 21-й пакет ограничений против России был согласован лишь через неделю после истечения срока действия ключевого элемента прежних мер - потолка цен на российскую нефть.

Как сообщает европейское бюро Report, причиной стали разногласия между странами ЕС. Греция добивалась исключений для перевозчиков российского СПГ, Болгария выступала против включения в санкционный список патриарха Кирилла и владельца Lukoil Вагита Алекперова, другие государства сопротивлялись отдельным торговым и визовым ограничениям.

Ситуация вновь подняла вопрос: не стоит ли Брюсселю перейти от регулярных масштабных пакетов к более гибкой системе, позволяющей быстрее вводить санкции против конкретных компаний, банков, судов и физических лиц?

21-й пакет расширил ограничения против российских банков и криптовалютных структур, усилил меры против теневого флота и энергетического сектора, добавив 218 физических и юридических лиц. Однако большинство ключевых отраслей российской экономики уже охвачено санкциями, поэтому новые меры все чаще становятся точечными.

Сторонники более гибкого подхода считают, что выявленные суда теневого флота, посредников или финансовые структуры, участвующие в обходе ограничений, можно было бы оперативно включать в существующие санкционные списки, не дожидаясь согласования очередного большого пакета.

ЕС уже частично использует такую практику. При этом даже отдельные санкционные решения зачастую требуют единогласного одобрения всех 27 государств, поэтому сама смена формата не устранит главного политического препятствия.

Еврокомиссия пока не подтверждает намерений менять действующую систему. Однако заявление главы европейской дипломатии Каи Каллас о подготовке осенью «самого масштабного» санкционного списка с начала войны показательно: речь идет прежде всего о расширении списка, а не о новом пакете.

В итоге Брюссель может прийти к промежуточной модели: крупные пакеты сохранятся для стратегических решений, а отдельные санкционные списки станут инструментом более оперативного реагирования на новые схемы обхода ограничений.

После 21-го пакета вопрос для ЕС все чаще заключается не только в том, сколько еще санкций можно ввести против России, но и насколько быстро это удастся сделать.