В большой политике переход на личности - это не просто оскорбление, а явный сигнал слабости

В последние месяцы против Азербайджана заметно усилилось гибридное давление со стороны России. Если раньше речь шла преимущественно о фоновых информационных атаках и политических сигналах, то сегодня кампания приобретает более жесткий и персонифицированный характер, вплоть до прямых выпадов в адрес высшего руководства страны и его семьи. Это уже не стихийная критика, а системная стратегия давления. Видно, аргументы исчерпаны, раз в ход идут подобные методы.

«Иначе, как низким, неподобающим поведением это не назовешь. Самое показательное в этой истории то, что такого рода грязные методы обычно применяются тогда, когда закончились доводы. Когда нельзя вернуть прежние рычаги, когда не получается навязать повестку, когда не удается повлиять институционально, остается переход на личности. Азербайджан проводит независимую политику, ориентируясь исключительно на свои национальные интересы. И никому не удастся свернуть нашу страну с этого пути, нравится это кому-то или нет», - говорит политолог, депутат Милли Меджлиса Расим Мусабеков.

Одна из ключевых причин такой эскалации - последовательная и самостоятельная внешняя политика Баку. Азербайджан все более уверенно позиционирует себя как региональный центр силы, усиливает роль в энергетической безопасности Европы, развивает транспортные коридоры и выстраивает многовекторные связи. Рост международного авторитета страны объективно сокращает пространство для внешнего влияния. На этом фоне активизация азербайджано-американских контактов, развитие диалога на высоком уровне, в том числе личные контакты президентов Азербайджана и США - Ильхама Алиева и Дональда Трампа, крупномасштабные проекты, такие как TRIPP, визиты высокопоставленных представителей США и обсуждение новых рамочных документов воспринимаются в Москве как геополитический сдвиг.

Отдельное раздражение вызвала потеря Россией рычагов влияния в Карабахе. Попытка перезапустить управляемый кризис через фигуру своего ставленника Рубена Варданяна и опора на прежних представителей карабахского сепаратистского руководства - Бако Саакяна, Араика Арутюняна и других, в итоге завершилась их арестом и судебными процедурами. Тем самым была демонтирована конструкция, на которую в Москве рассчитывали, как на инструмент долгосрочного давления. Суверенное восстановление контроля Азербайджана над своей территорией разрушило сценарий сохранения «серой зоны» под внешним кураторством.

Свою роль сыграла и жесткая, принципиальная позиция Президента Ильхама Алиева в связи с трагедией самолета AZAL. Баку продемонстрировал, что не намерен смягчать формулировки или уходить от прямых оценок, даже если это касается чувствительных вопросов в отношениях с Москвой. Такой стиль поведения контрастирует с прежней моделью осторожного дипломатического баланса и усиливает раздражение в российских политических кругах.

Параллельно внутри страны были серьезно ограничены возможности так называемой «пятой колонны». В фокусе внимания оказались структуры вроде «Русского дома», медиаресурсы типа Sputnik, а также отдельные политические фигуры, ассоциируемые с пророссийской повесткой. Сужение этого поля объективно вынуждает Москву переносить акцент на внешние инструменты давления - кибератаки, информационные вбросы, координированные кампании в социальных сетях. При этом особая ставка делается на дезинформацию и дискредитацию. В ход идут фейки, манипуляции, тиражирование неподтвержденных обвинений, попытки втянуть в кампанию представителей азербайджанской диаспоры за рубежом. Параллельно фиксируются случаи давления на отдельных представителей диаспоры, уголовного преследования, финансовых претензий, что создает атмосферу запугивания. Все это укладывается в логику гибридной войны, где цель - не столько немедленный политический результат, сколько постепенное подтачивание доверия и создание внутреннего напряжения.

Дополнительный элемент стратегии - игра на этнической теме. Попытки искусственно раздувать «лезгинский вопрос», выводить его на международные площадки, вплоть до уровня ООН, выглядят как попытка создать иллюзию внутренней нестабильности. При этом парадоксально, что подобные обвинения звучат со стороны государства, где многие национальные меньшинства - от лезгин до татар и бурят сталкиваются с серьезными социально-экономическими проблемами. Сравнение условий, созданных для лезгин в Азербайджане, с положением в ряде российских регионов, ставит под сомнение искренность подобных «забот».

Не менее показательно и намерение активизировать пророссийские круги в Европе для давления на Баку. Попытки повлиять на дискуссии в Европарламенте и ПАСЕ, синхронизация отдельных западных критических заявлений с российскими нарративами выглядят как часть общей кампании по осложнению нормализации отношений Азербайджана с ЕС. Совпадение риторики в ряде случаев вряд ли можно считать случайным.

По имеющейся информации, в ближайшее время может последовать новая волна атак с акцентом на персональную дискредитацию и использование медийных фигур из числа проживающих в России азербайджанцев. Такой сценарий укладывается в традиционную логику давления через репутационные удары и попытку вызвать внутренний резонанс.

В целом речь идет о масштабной и многоуровневой кампании, сочетающей информационные, политические, кибернетические и психологические инструменты. Ее конечная цель - ослабить субъектность Азербайджана, заставить Баку корректировать самостоятельный курс и вернуть страну в орбиту более жесткой зависимости. Однако практика последних лет показывает, что ставка на давление и шантаж дает обратный эффект, лишь усиливая консолидацию и подчеркивая ценность независимого политического выбора.

«Возникает вопрос: что дает России продолжение политики давления? Каков ее практический результат? Если целью является сохранение влияния, то инструменты, которые сегодня используются - информационные атаки, давление на диаспоры, демонстративная жесткость риторики, персонализированные кампании дают прямо противоположный эффект. Они не возвращают доверие, не усиливают интеграционную привлекательность и не создают долгосрочных обязательств. Напротив, они формируют устойчивое негативное восприятие и ускоряют политическое дистанцирование.

Влияние в современном мире удерживается не страхом, а выгодой. Экономическая взаимозависимость, инвестиции, технологическое сотрудничество, участие в инфраструктурных проектах - вот то, что создает реальные рычаги. Имперская логика, основанная на асимметрии и праве «старшего», перестает работать в пространстве, где все государства обладают международно признанным суверенитетом и альтернативами внешнеполитического выбора. Поэтому вопрос - не в тактических шагах, а в смене парадигмы», - отмечает политолог Ильгар Велизаде.

Геополитические трансформации Южного Кавказа и отсутствие России в мирном процессе между Азербайджаном и Арменией, в нормализации армяно-турецких отношений и в процессе разблокировки коммуникаций вкупе с продолжительной, изнуряющей войной с Украиной, изначально планировавшейся как блицкриг, очевидно, совершенно вывели РФ из равновесия.

«В Москве никак не могут переварить принципиальную позицию Президента Азербайджана по поводу крушения самолета AZAL. Сюда же можно причислить и внимание президента США к регионам Южного Кавказа и Центральной Азии, связующим звеном которых выступает Азербайджан.
Россия теряет инструменты в Азербайджане как в виде институтов мягкой силы, так и в лице инициативщиков вроде бывшего главы Администрации Президента Рамиза Мехтиева. Однако какой метод был выбран?! Самый грязный. Затрагивающий семью и личную жизнь. То есть, все другие механизмы и инструменты потеряли значение. Удары по инфраструктуре Азербайджана в Украине, аресты азербайджанцев в России, угрозы на государственных телеканалах… все это оказывается безрезультатным. Это показатель слабости России, так как нападки на семью это уже последний предел. В Москве, похоже, забыли куда летали самолеты с семьями во время похода Пригожина на Москву.
«В Баку умеют ждать» - написано в одной из книг про 44-дневную войну. Но и умеют реагировать. Этим вбросом Москва перешла грань, которая формировалась в отношениях два десятилетия», - считает директор Центра исследований Южного Кавказа Фархад Мамедов.

Когда готовилась эта статья, стало известно, что парламентская комиссия по противодействию внешним вмешательствам и гибридным угрозам в рамках своих полномочий провела расследование факторов, лежащих в основе недавней кампании дезинформации против Азербайджана на цифровых платформах и в СМИ. В результате анализа было установлено, что эти действия координируются из единого центра и являются частью многоуровневой стратегии давления. Антиазербайджанская кампания использует информационные манипуляции для дезориентации общественного мнения, создания социальной поляризации и подрыва доверия к государству и его институтам.

Полное восстановление территориальной целостности Азербайджана под руководством Президента Ильхама Алиева, укрепление суверенитета страны, ее вклад в глобальную энергетическую безопасность, создание транспортных коридоров и самостоятельные решения по вопросам регионального развития, а также дальнейшее укрепление международного партнерства сделали страну объектом целенаправленной кампании дезинформации и необоснованных обвинений.

«Азербайджан сохраняет решимость защищать свои права и интересы перед лицом любых гибридных угроз и нарушений информационного пространства. Комиссия призывает граждан полагаться исключительно на информацию, предоставляемую государственными структурами и официальными лицами, и не поддаваться влиянию недостоверных источников», - отмечается в заключении комиссии Милли Меджлиса.