Афет ИСЛАМ

Афет ИСЛАМ

Дороже нет земли родной…

Общество
08 Февраль 2024
11:04
807
Дороже нет земли родной…

Капитан Керим Мамедов: Мы были готовы к освобождению наших исконных исторических земель. 
                Для этого нужен был только приказ Верховного Главнокомандующего

Чем дальше мы отдаляемся от событий осени 2020 года, тем более отчетливо осознаем масштаб второй Карабахской войны. Преданные воины с Гимном Узеир бека и «Гарабах шикестеси» на устах шли на смертельный бой с врагом, шли осознанно, не думая о том, что это может им стоить самого дорогого - жизни. 

Рассказы ветеранов войны воссоздают пеструю, покрытую дымом и кровью панораму мужества и стойкости сильных духом героев, уверенных в справедливости своей борьбы за родную землю, а также трусости и панического бегства противника, который за три десятка лет оккупации не оставил ничего, кроме руин и пожарищ на земле, которую «издревле» считал своей. 
Беседа с заместителем командира воинской части, теперь уже капитаном, танкистом Керимом Мамедовым напоминала блиц-интервью. Его ответы были краткими, четкими, без лишних пояснений и подробностей, как, впрочем, и следует человеку по-военному суровому, тем более прошедшему горнило кровопролитной войны. В этом молодом, я бы даже сказала, скорее юном из-за его по-детски чистого выражения лица и обезоруживавшем непосредственностью своей улыбки офицере никоим образом не было и намека на какой-либо пафос или желание выставить себя эдаким героем, презревшим страх и опасность, подстерегавшие его каждое мгновение на поле боя. О войне он рассказывает просто, как о честно выполненном боевом задании и добросовестно исполненном долге воина-защитника, свято чтущего такие понятия, как Родина, мать, родная земля предков, долг офицера и гражданина. Насколько я знаю, должность заместителя командира воинской части обычно занимают офицеры в чине майора, но старшему лейтенанту Мамедову, получившему на днях капитанские погоны, ее доверили в знак особого доверия и признания его воинских заслуг.  
Биография Керима Мамедова умещается на одной странице: сначала военный лицей имени Дж.Нахчыванского, который был создан по инициативе общенационального лидера Гейдара Алиева в 70-х гг. прошлого столетия с целью подготовки национальных военных кадров, затем Омский автобронетанковый инженерный институт (РФ) - второй по значимости в мире военный вуз с большой историей и своими традициями. 
Керим - мастер спорта по армейскому рукопашному бою, каждые два года он подтверждает это звание, сдавая соответствующие спортивные нормативы.  
Капитан К.Мамедов слывет отличным знатоком топографических карт, его специальность - инженер танковых войск и транспортных средств специального назначения. После Омска он вернулся домой с погонами лейтенанта, а когда началась 44-дневная Отечественная война, был уже в звании старшего лейтенанта. Буквально накануне нового года Минобороны присвоило ему звание капитана в должности командира роты. 
Надо сказать, что судьба Керима Мамедова была в некоторой степени предопределена, поскольку его дед Керим Мамедов-старший был ветераном ВОВ, стрелком автоматических и ручных пулеметов, дважды был ранен. Грудь его украшало множество государственных наград бывшего Союза. Отец, Фирдовси муаллим, во время службы в армии тоже был танкистом, служил в Карелии. Его рассказы об отце-ветеране, о солдатских буднях во время войны, совместные просмотры альбома с армейскими фотографиями, конечно же, будоражили воображение маленького Керима. Более того, прадедушка по матери также был участником ВОВ в Белоруссии, прабабушку-партизанку в белорусских лесах в 1942 году расстреляли немцы. Дедушка хорошо знал танки военного времени Т-34, отец - танки Т-55, более усовершенствованную модель.
В те напряженные и тяжелые дни 2020 года, когда все мы не отходили от телевизоров в ожидании военных сводок с фронта и выступлений Верховного Главнокомандующего 
Ильхама Алиева, казалось, что войне не будет конца. Период длиной в 44 дня сжался, словно пружина, и разложить его сейчас на часы, дни и недели кажется мучительным и очень сложным делом. 
Мы начинаем беседу издалека, и я, одновременно испытывая восхищение и некоторое смятение, задаю свой первый вопрос: 
- Стать военным - это был ваш собственный выбор? 
- Думаю, скорее это судьба, поскольку в 13 лет, успешно сдав все экзамены, я поступил в Военный лицей им.Дж.Нахчыванского, а после его окончания в Омский автобронетанковый инженерный институт в России. 
- Осознавали ли вы во время учебы, что это именно та сфера, которую вы хотели бы освоить и посвятить ей жизнь?  
- Мне нравилось учиться, но до конца я не осознавал, для чего это нужно, хотя учился хорошо. В то время не было понимания того, что в боевых условиях это может быть совершенно другим занятием, требующим иного подхода и осмысления. 
- Вы не предполагали, что окажетесь в военных условиях, ведь оккупация наших земель в то время еще продолжалась?  
- Видимо, да. Но я понимал, что наши земли мы должны освободить непременно, и это должны сделать мы, азербайджанские солдаты и офицеры. После окончания Военной академии Вооруженных сил я служил сначала в военной части в Бейлягане, затем в Агджабеди и других районах.
- Как вы восприняли войну 2020 года, вы были психологически готовы к ней? 
- Честно говоря, это произошло внезапно, хотя боевая готовность к любым обстоятельствам у нас всегда была, и мы, конечно, знали, что этот день когда-то непременно наступит, и мы будем освобождать свои исторические земли, и что эта война будет справедливой. Моя мама, доктор философии по истории, изучала армянскую проблему, работала с массой архивных документов и фотографий. Каждый вечер дома были разговоры о родном Карабахе, о варварстве армян, уничтожающих нашу историю и культуру. Я понимал, что мы должны вернуть наши земли и беженцев в места их постоянного проживания, эти чувства не покидали меня никогда. Известие о начале военных действий я услышал на рассвете, будучи в Бейлягане. Перед нами была поставлена боевая задача, которую мы тут же начали выполнять. 
- Вас сразу же отправили в Карабах? 
- Мы находились на боевой позиции в Физули, в поселке Горадиз, наша боевая группа из восьми человек начала эвакуацию танков и расчищала дороги, которые были усеяны минами и снарядами. Одно неверное движение могло обернуться непоправимой бедой. Мы воевали в Физули, Зангилане, Джебраиле, Губадлы, Лачине и Кяльбаджаре.
- Вы участвовали в освобождении всех этих районов, а как насчет штурма города Шуша?

- Шушу освобождали в основном спецназовцы, наша группа создавала для них условия, предотвращала проникновение в город вражеских сил, мы перекрывали дороги, готовили последующее взятие города. Каждая пядь земли вокруг города была заминирована, приходилось двигаться очень медленно и осторожно, рассчитывать все до миллиметра, чтобы навести цель на технику врага.
- Где было тяжелее всего, где шли самые кровопролитные бои?  
- Тяжелее всего было в Лачине из-за сложного природного рельефа, хотя и другие горные районы освобождать было нелегко, но Лачин был самым труднодоступным. Там танк не скрыть, не спрятать, везде опасные горные тропы. Плюс низкая температура воздуха в горах, были трудности с маскировкой, поэтому выполнение боевой задачи чрезвычайно осложнялось. Враг был беспощаден и коварен, и в Физули мы подорвались на мине. Ранение было не слишком тяжелым, и очень скоро я вернулся на фронт. 
- Все ребята из вашей боевой группы вернулись с войны живыми?  
- Мы потеряли нескольких боевых товарищей… Замечательные были ребята, смелые, самоотверженные. Очень тяжело говорить о тех, кто минуту назад находился рядом, и вдруг его нет, а ты не в силах что-то изменить… Не могу сказать, что мною овладевал страх, тогда не до страха было, перед нами стояли неимоверно сложные задачи, которые мы должны были выполнить. Пули и снаряды не имели никакого значения, они казались естественными в тех условиях. Мне думается, человек сам себе придумывает чувство страха, в тех условиях бывает не до него, понимаете? Главная внутренняя нацеленность была именно на выполнение боевой задачи. 
- Когда бои стали приближаться к Шуше, понимали ли вы, что это конец войны?
- В начале ноября я находился в Лачине в селах Сафьян и Суарасы. Там был сложнейший горный рельеф, дороги никакие, даже один танк не умещался, его гусеницы на 10-15 см висели в воздухе, грозя опрокинуть в пропасть сам танк с экипажем, а справа скалы. Благо, наш механик был очень опытным профессионалом. В самой Шуше я не был, там работали спецназовцы и скалолазы.
- Какое мнение у вас как у военного офицера складывалось о противнике? 
- Они вели бой без правил. Однозначно, военный профессионализм у них отсутствовал напрочь, боевого духа тоже не было и нет, они пользовались, я бы сказал, бандитскими, террористическими методами, что характерно для армян. Везде после себя оставляли гранаты и мины, бывало, что и сами подрывались. О какой-либо силе, моральном подъеме, боевой выучке и говорить нечего, в этом плане был полный ноль, хотя военно-техническое обеспечение было хорошим, но настоящих бойцов среди них практически не было… Они не выдерживали никакого сравнения с нашими солдатами, абсолютно никакого, и, если бы война продолжалась не 44 дня (подняв белый флаг, они капитулировали), а больше, мы разгромили бы их всех до единого на всей оккупированной территории. Человеконенавистничество, подлость, коварная тактика и кровожадность армян и на этой войне оставались теми же, что и сто лет назад в 1918 году, когда они учиняли против азербайджанцев немыслимые зверства. Война продолжалась всего 44 дня, она была невообразимо жестокой и кровопролитной, враг не брезговал ничем. Представьте, дезертиров было так много, что командиры приковывали солдат наручниками к боевым машинам, чтобы те не сбегали.  
- Где вы услышали, что война закончилась? 
- В ночь с 9 на 10 ноября 2020 года мы сидели в танке, было очень холодно, мы не спали несколько ночей, а как только нам сообщили, что армяне капитулировали и война закончилась, мы сразу же заснули.   
- Да… Вы прошли большую школу войны, и пройдет еще много времени, пока вы будете осмысливать все, что там происходило. После войны многие военнослужащие испытывали психологические проблемы… 
- После смены обстановки у меня был небольшой психологический дискомфорт, но он быстро прошел, стоило только оказаться в других условиях. 
- Кажется, у вас есть награды за участие и героизм в войне, почему же вы не носите свои медали? 
- У меня семь медалей за освобождение нескольких районов, медаль ветерана войны, но бравировать этим считаю недостойным мужчины и офицера. Я всего лишь выполнял свой долг перед Родиной.
- Когда вы обучаете молодых солдат, ощущаете ли себя ветераном войны?  
- Во время войны я старался не брать на боевые задания новичков, оставлял их в тылу, ведь морально-психологическая подготовка у них была слабой… Думаю, возраст - это главное условие на войне. В 17-18 лет очень сложно осознавать и воспринимать 
войну, боевые действия, трудно пользоваться оружием, хотя были ребята, которые внутренне были довольно зрелыми, словно взрослые мужчины, но их было не так много. 
- Куда вы направились после войны - в свою военную часть или домой?  
- В свою часть я вернулся через несколько месяцев после войны в феврале следующего года, а до этого мы эвакуировали танки, было много подбитой техники, сгоревших или подорвавшихся на минах танков и боевых машин. С грустью смотрел на руины домов, сожженные села и города, тем не менее понимая, что я на родной земле и она очищена от вражеской нечисти, здесь каждая пядь - мой дом, мой родной очаг. Это чувство вселяло неимоверное ощущение силы, спокойствия и справедливости, гордости за свой народ и свою Родину. 
- Керим, вы также участвовали в краткосрочной антитеррористической операции…  - Я находился на своем месте службы в Евлахе. С начала антитеррористической операции сразу же попал в горячую точку в направлении Агдама и Агдере. Когда пошла первая ракета, мы поняли, что предстоит крупномасштабный бой. И на этот раз армяне пытались побыстрее сбежать и спрятаться, ведь у них была целая сеть запасных дорог, похожих на лабиринт. Во время проведения антитеррористической операции в горах пряталось очень много террористов, обнаруживать, уничтожать или брать их в плен было чрезвычайно сложно. Мы выполняли боевые задачи в Агдере, Аскеране, Ходжавенде, Ханкенди и Ходжалы.
После завершения 44-дневной Отечественной войны свыше 200 единиц бронетанковой техники врага в качестве трофеев подразделением под командованием капитана К.Мамедова было передано на баланс Министерства обороны, причем подавляющее большинство привозил он сам либо организовывал отправку захваченных танков, БМП, МТ-ЛБ. Одних танков за 44 дня войны капитан Керим Мамедов со своей группой захватил более 140 единиц. Армянскую технику подбивали с воздуха наши дроны, либо противник оставлял на поле боя и трусливо убегал, либо у него заканчивалось горючее и экипаж в страхе покидал танк. 
Настоящим апофеозом военной биографии капитана Керима Мамедова стало участие в Параде Победы в Ханкенди в ноябре 2023 года, который принимал победоносный Президент, Верховный Главнокомандующий Вооруженными силами страны Ильхам Алиев. 

 

Экономика
Новости