В Университете АДА состоялся международный форум на тему «СОР29 и Зеленое видение для Азербайджана»

Хроника
25 Апрель 2024
01:44
599
В Университете АДА состоялся международный форум на тему «СОР29 и Зеленое видение для Азербайджана»

В форуме принял участие Президент Ильхам Алиев

23 апреля в Университете АДА состоялся международный форум на тему «СОР29 и Зеленое видение для Азербайджана».

Как сообщает АЗЕРТАДЖ, в форуме принял участие Президент Азербайджанской Республики Ильхам Алиев, который ответил на вопросы участников мероприятия.

Открывая форум, ректор Университета АДА Хафиз Пашаев сказал: Ваше превосходительство господин Президент Ильхам Алиев.

Уважаемые участники 6-го Политического форума Университета АДА.

Для меня большая честь приветствовать Вас на нашем политическом форуме, проводимом дважды в год. На этот раз на нашем мероприятии 64 участника из 30 стран. Благодаря личной инициативе и поддержке Президента Алиева завтра мы посетим освобожденный от армянской оккупации и уже являющийся свидетелем возвращения вынужденных переселенцев прекрасный город Лачин.

После нашего последнего форума, состоявшегося в декабре 2023 года, Азербайджан был единогласно избран страной, которая будет принимать Конференцию ООН по изменению климата. Это еще один признак сильной дипломатии Азербайджана в глобальном масштабе и подтверждение его авторитета в качестве надежного партнера в многосторонних переговорах. Ранее Азербайджан успешно председательствовал в таких международных институтах, как Совет Безопасности ООН, Движение неприсоединения и Организация тюркских государств.

Баку – родина мировой нефтяной промышленности. А сегодня символично, что в ноябре этого года десятки тысяч участников посетят Баку в связи с СОР29 для обсуждения будущего нашей планеты с точки зрения изменения климата.

Для Университета АДА честь стать академическим партнером Оргкомитета СОР29, организуя с соответствующими международным институтами совместные тренинги, конференции и исследования. Этот форум внесет свой вклад в глобальные политические дискуссии, представив видение Азербайджана, связанное с региональной безопасностью, энергопереходом и зеленым ростом, созданием в Карабахе зеленых экологически чистых зон, проектами ветровой и солнечной энергии в Азербайджане, будущим зеленых энергетических коридоров, пролегающих до Европейского Союза, и подходы, связанные с другими темами.

Наряду с этим, мы также хотели бы сосредоточиться на экологических последствиях армянской оккупации, включая очень серьезную минную проблему и возможные международные правовые инструменты для устранения ее последствий.

Ваше превосходительство, господин Президент, пользуясь случаем, хотел бы поздравить Вас и нашу страну с таким дипломатическим успехом, как возвращение мирным путем сел Газахского района. Хотим пожелать Вам успехов в деле обеспечения процветания и развития в нашем регионе благодаря Вашим неустанным усилиям. Благодарим Вас за то, что Вы, несмотря на напряженный график, уделили нам время на мероприятии в Университете АДА. Надеемся, что сегодняшние дискуссии и завтрашняя поездка в Карабах прольют больше света на региональные события в период глобальных противостояний. Нет никаких сомнений, что это станет подспорьем для наших участников-экспертов в их будущих исследованиях и публикациях. Господин Президент, пожалуйста, Вам слово.

Президент Ильхам Алиев: Уважаемые гости, я очень рад всех вас видеть. Добро пожаловать в Азербайджан. Желаю вам приятного пребывания в нашей стране и, как всегда, плодотворных дискуссий. Кроме того, я благодарен за то, что меня снова пригласили, за возможность поговорить с вами.

Я регулярно принимаю участие в форуме АДА. И как уже было отмечено, последний раз мы встречались здесь в начале прошлого декабря. Со времени нашей последней встречи все события развиваются в позитивном русле, будь то процесс нормализации отношений между Азербайджаном и Арменией или делимитация границ. Или если говорить о COP29, конечно, это знак большого уважения и поддержки Азербайджана со стороны международного сообщества.

Сейчас мы находимся на очень активной стадии подготовки. На организацию у нас было меньше года, поэтому мы должны быть очень активными и эффективными, чтобы добиться хороших результатов. Конечно, СОР29 – это для нас большая ответственность не только с точки зрения всех организационных вопросов, но и с точки зрения достижения результатов.

Завтра вы посетите Лачин. Многие из вас уже посещали, - я имею в виду участников, - потому что вижу множество знакомых лиц, а также знаю, что присоединились новые участники. В предыдущие годы участники уже побывали в Шуше, Агдаме, Зангилане, а теперь посетят и Лачин. Я уверен, что поездка вам понравится. Лачин – один из самых красивых уголков Азербайджана. И когда мы говорим о зеленом будущем, вы воочию убедитесь, что Лачин весь зеленый.

И, конечно же, сейчас ведутся масштабные восстановительные работы. Увидев, как мы отстроили город Лачин и одно из сел рядом с ним, вы на самом деле увидите, как будут выглядеть Карабах и Восточный Зангезур после того, как мы завершим восстановительные работы. В мае прошлого года я вручил ключи первым жителям Лачина, вернувшимся туда спустя более 30 лет. И теперь каждый месяц возвращаются новые жильцы. И как мы прогнозировали, процент бывших беженцев, желающих вернуться на родину, даже выше, чем мы предполагали. И даже тем, кто там никогда не был, я имею в виду молодое поколение или детей, там нравится. Так что это действительно демонстрирует, насколько азербайджанский народ связан со своими корнями.

Лачин был оккупирован через десять дней после оккупации города Шуша, в мае 1992 года. Фактически это был один из самых трагических моментов Первой Карабахской войны, поскольку в результате этой оккупации была установлена сухопутная связь между Арменией и Карабахским регионом Азербайджана. Таким образом, это создало возможность осуществлять переброску огромного количества оружия и военного персонала из Армении на нашу территорию.

Освобождение Лачина также стало демонстрацией нашей сильной политической воли. Большая часть Лачина была освобождена политическим путем. Во время Второй Карабахской войны мы освободили южную часть Лачина, и это тоже была очень важная военная победа. Но большая часть, включая город, была освобождена политическим путем. Поэтому, когда я говорю, что оккупированные территории были освобождены военно-политическими средствами, Лачин является хорошим примером этого.

И теперь мы движемся по политическому пути. Я уверен, что мы сможем достичь всех наших целей политическими средствами, как мы уже продемонстрировали.

Итак, я не хочу отнимать у вас много времени вступительной речью. Я думаю, что будет лучше, если мы оставим больше времени для дискуссий. Еще раз спасибо за приглашение. И спасибо за ваше участие.

Помощник Президента Хикмет Гаджиев: Благодарю, господин Президент. С Вашего позволения перейдем к нашим дискуссиям и части вопросов-ответов. Слово для первого вопроса предоставляется доценту Немецкого института международных отношений и безопасности Германии Дарье Исаченко.

Дарья Исаченко: Благодарю за эту возможность. Мой вопрос связан с евразийской интеграцией. В последние два-три года Азербайджан участвует в саммитах и других международных мероприятиях Евразийского экономического союза. Заинтересованы ли Вы в евразийской интеграции и какие преимущества Вы видите здесь для Баку? Ожидается ли членство Азербайджана в этой организации? У меня еще один вопрос. На этой неделе Вы совершите визит в Германию. Какие ожидания у Вас от этого визита? Еще раз благодарю за эту возможность.

Президент Ильхам Алиев: Действительно, нас приглашали участвовать в некоторых мероприятиях Евразийского экономического союза на уровне Президента и на уровне Премьер-министра. Я принимал участие один раз, в качестве почетного гостя. И вообще, со всеми странами, входящими в Евразийский союз, за исключением Армении, у Азербайджана очень тесные партнерские отношения. Так что для нас эта группа стран не является чем-то очень необычным. Мы их очень хорошо знаем.

Что касается планов, что касается более тесного сотрудничества, то экономика Азербайджана фактически является самодостаточной. Она демонстрирует устойчивый рост даже в период кризиса. У нас очень низкий уровень внешнего долга, который сейчас даже ниже 8 процентов нашего ВВП, что действительно демонстрирует, что мы находимся в числе ведущих стран в этом отношении. Нам достаточно устойчивой экономики, опирающейся на природные ресурсы, и диверсифицированной экономики с хорошими экономическими связями, кстати, также двусторонних связей с членами Евразийского Союза. Итак, если есть дополнительные преимущества и мы видим практические преимущества от дальнейшей интеграции, конечно, мы это рассмотрим. Если мы действительно увидим преимущества и недостатки более тесной связи с Евразийским Союзом, мы, конечно, примем соответствующее решение.

Согласно имеющейся у нас информации, между государствами-членами время от времени возникают определенные экономические разногласия. И как я уже отмечал ранее, за исключением Армении, со всеми остальными членами Евразийского Союза у нас очень хорошие отношения, в том числе экономические связи. Поэтому, конечно, мы не хотим оказаться в ситуации, когда нам придется бороться или, как бы это сказать, предпринимать шаги, которые нанесут ущерб некоторым экономическим выгодам наших партнеров. Но опять же, все наши шаги, в том числе в отношении членства в международных институтах, всегда основывались на прагматизме.

То же самое я могу сказать и о нашем членстве в Движении неприсоединения. Мы стали членом Движения неприсоединения более 10 лет назад. Это был обдуманный и хорошо проанализированный шаг, и после этого мы стали председателем и продемонстрировали свои способности, а также обрели много друзей.

Итак, пока у нас нет таких планов, но мы не можем сказать, что их не будет в будущем. Все будет зависеть от того, какие дополнительные экономические выгоды мы сможем получить от сближения. Если мы это увидим, да, мы примем решение; если нет, то мы довольствуемся тем, что имеем сейчас.

Что касается германо-азербайджанских отношений, я бы сказал, что в последние месяцы мы наблюдаем более активное взаимодействие. Меня пригласили в Германию, и я уже посещал Германию в марте прошлого года, встречался с Президентом и канцлером. С канцлером мы также встречались в минувшем феврале в Мюнхене. И на этот раз меня пригласили принять участие в Петерсбергской конференции в качестве президента страны-организатора COP29. Это традиционная конференция, проводимая в Германии, и обычно на нее приглашается президент страны, принимающей СОР. Но в то же время будут встречи с руководством Германии, и я думаю, что сейчас мы находимся на хорошем пути нашего сотрудничества. Существует большой взаимный экономический интерес. Недавно я встретился с большой группой представителей немецкого делового сообщества и членами Восточного комитета германской экономики. Планов сотрудничества, инвестиций, получения доступа к контрактам с государственными структурами очень много. И, конечно же, политическая основа всегда важна, потому что в Германии и, конечно же, в Азербайджане бизнес всегда оценивает политические риски. И если отношения между странами стабильны, то, конечно, бизнес ориентируется на это. Поэтому я бы сказал, что сейчас мы переживаем, возможно, один из самых активных периодов в наших двусторонних отношениях. И мы можем оценить это весьма положительно.

Хикмет Гаджиев: Член правления Джеймстаунского фонда США Мэтью Брайза.

Мэтью Брайза: Господин Президент, весьма признателен за честь находиться здесь. Для меня это самые интересные беседы, и меня восхищает то, что Вы отвечаете на все вопросы так детально, не используя никаких записей. Я также хочу выразить благодарность ректору Хафизу Пашаеву.

С сентября прошлого года проходит 9 месяцев, и посмотрите сколько поразительных событий произошло. Нынешним утром мы беседовали об этом. Азербайджан предпринял огромные шаги для восстановления своего суверенитета на всей своей территории, на этих территориях применяются инновационные технологии и создаются зоны зеленой энергии, строятся умные города и села, а также СОР29. Возвращены 4 села Газаха, русские миротворцы покидают Азербайджан. То есть, произошли невероятные события.

Организация СОР29, конечно, – ответственность. И это вопрос, который занимает всех. Однако он имеет и сторону, связанную со стратегическими коммуникациями. В чем заключается стратегия? Было бы уместно поговорить об истории Азербайджана, включая все перечисленные мною факторы. То есть не как пропаганда Азербайджана, потому что тогда найдутся те, кто скажет, что здесь происходит манипуляция. Но необходимо рассказать все как есть на самом деле, потому что люди слушают, они хотят успеха Азербайджана и СОР29. Таким образом, в чем заключается план стратегической коммуникации?

Я бы предложил провести собрание более широкой группы, состоящей из региональных НПО, компаний, охватывающих Каспийский бассейн, и единомышленников. Здесь внимание должно быть направлено на то, что председательство Азербайджана в СОР29 стало результатом мирного процесса. Потому что в декабре прошлого года Вы сказали нам здесь, что Пашинян снял вето, связанное с СОР. Это прекрасная история, но при отсутствии какого-либо механизма донести ее будет невозможно. Возможно в рамках СОР29 можно будет подготовить и принять заявление, которое приведет к ежегодному созданию определенной рабочей группы. Благодарю.

Президент Ильхам Алиев: Большое спасибо. Разумеется, мы оценим эти предложения. И действительно, мы хотим, чтобы COP29 прошла успешно с точки зрения решения проблем, связанных с изменением климата. В то же время это возможность поделиться своей историей. И вы абсолютно правы, что нам есть что рассказать миру и донести правду. Я думаю, что одним из преимуществ принимающей страны является то, что мы примем десятки тысяч человек. Большинство из них посетят нас впервые. И у них будет возможность максимум за две недели или меньше самим оценить ситуацию, понять как они себя здесь чувствуют, как выглядит страна и какие у нас планы.

Как вы отметили в своей речи, с момента нашей последней встречи произошло очень много событий, и все они в положительном направлении. У нас не было никаких неудач, не было никакого кризиса. Напротив, мы просто создаем успех за успехом. И все, по крайней мере в Азербайджане и в регионе, понимают, что это не случайно. Все основано на продуманной политике, на стратегии, на правильной тактике, на многих других элементах нашей политики и дипломатии.

И вы абсолютно правы, COP29 стала результатом мирного процесса. И на самом деле, хотя на этот раз основной темой будут финансы, как принимающая страна, мы можем внести дополнительную повестку дня, и одна из них — их, конечно, будет несколько, - но одна из них будет посвящена установлению мира. Во-первых, потому что именно мирный процесс позволил нам стать принимающей страной, поскольку Армения сняла вето. И мы тоже предприняли встречные шаги. На самом деле, это просто больше, чем COP, и чуть больше, чем то, что произошло в декабре прошлого года. Потому что это создало больше доверия между нами, и одной из самых больших проблем является отсутствие доверия, взаимного доверия или его очень низкий уровень.

И данный случай продемонстрировал, что мы можем, по крайней мере, не действовать друг против друга каждый раз и на каждом этапе. Так что это был первый раз, когда мы не действовали друг против друга на международной арене. Наоборот, ну мы не поддерживали друг друга, а были нейтральны. И я считаю, что это успех. И то, что мы наблюдаем сейчас по делимитации границы, я думаю, является одним из результатов того шага, когда мы продемонстрировали, что многое еще предстоит сделать, конечно, для укрепления доверия между двумя странами и особенно между народами. Но, важна тенденция, важно то, какими путями мы идем. И я думаю, что наглядная демонстрация того, что я говорю, действительно замечательна. Потому что COP29 в Азербайджане – это результат разрешения конфликта и прогресса на мирном пути.

Я полагаю, что для того, чтобы воплотить ваши идеи в более практическом масштабе, было бы хорошо, если бы вы поделитесь с нами тем своим видением того, как эти события интегрируются в вашу деятельность. Во время СОР будет проведено множество параллельных мероприятий. Ведущие международные организации будут проводить свои мероприятия, даже саммиты. И, возможно, в это время вы также сможете подумать о других форумах. Обычно вы собираетесь в декабре, так что можете немного поменять даты. И прежде всего, я хотел бы пригласить вас, если у вас есть время, посетить нас. Мы будем рады, а также подумаем, что еще мы можем сделать. Потому что сейчас Кавказ является одним из регионов мирового масштаба, где события развиваются стремительно, и чтобы направить их в правильное русло, нам необходимо действовать на опережение. Мы не можем просто сидеть и ждать. Если мы это сделаем, мы проиграем. Сейчас не время расслабляться. Я говорил, что сразу после Второй Карабахской войны нам некогда было праздновать, и мы не праздновали. Мы работали и продолжаем это делать, потому что многое еще предстоит сделать. И я думаю, что эта повестка дня приведет к усилению мер безопасности на Кавказе, я имею в виду на Южном Кавказе в целом, и создаст возможности, по крайней мере, для консультаций между тремя странами Южного Кавказа, которые проложат путь к будущему сотрудничеству. Я думаю, что сейчас это уникальный шанс. Мы были лишены этого с момента распада Советского Союза, в отличие от стран Балтии, которые начали свой независимый путь в мирной обстановке, пока у нас были войны. Итак, теперь у нас есть шанс перевернуть эту страницу, и мы это делаем, и я думаю, что COP29 является отличным примером.

И то, что мы сейчас видим на границе между Арменией и Азербайджаном, также то, что вы не видите, работа за кулисами, я имею в виду контекст между представителями двух стран, дискуссии становятся более открытыми, более конструктивными. Что касается делимитации границы, Азербайджан и Армения ведут себя очень конструктивно. То, что видно, — лишь часть работы. Это результат, но этот результат основан на регулярных контактах и положительной динамике. Поэтому нам необходимо консолидироваться в этом вопросе и двигаться вперед.

Хикмет Гаджиев: Нигяр Гексель, директор Международной кризисной группы Турции по Турции и Кипру.

Нигяр Гексель: Большое спасибо, господин Президент. Поздравляю Вас с проведением Саммита ООН по климату. Это радует и нас. На самом деле Вы, можно сказать, уже ответили на мой вопрос. На какой стадии, на Ваш взгляд, будут мирные переговоры между Азербайджаном и Арменией в преддверии СОР29? Какой вклад может внести проведение саммита в армяно-азербайджанский диалог и более широкое сотрудничество?

Президент Ильхам Алиев: Я думаю, что, принимая во внимание то, что мы уже обсуждали, существуют хорошие шансы на серьезный прогресс на мирном пути. И, возвращаясь немного назад, я хочу еще раз отметить, что именно Азербайджан – страна, которая инициировала мирный процесс. Потому что, когда Вторая Карабахская война завершилась, в регионе и за его пределами возник определенный вакуум, и фактически никто не знал, что будет дальше. Итак, война прекратилась. Но это еще не было решением. И что дальше? Поэтому мы решили выступить с этой инициативой и начать переговоры, публично объявив об этом. На первом этапе с армянской стороны ответа не последовало. Мы можем это понять, потому что результаты войны дались им не очень легко. Затем мы сделали еще один шаг. Мы разработали основные принципы мирного соглашения, те знаменитые пять основных принципов, которые мы также обнародовали.

И действительно, переговоры начались на основе этих принципов. Армения добавила несколько других пунктов. И это было фактически главным препятствием, потому что они хотели интегрировать в мирное соглашение между двумя суверенными странами вопросы, связанные с так называемым «Нагорным Карабахом», что было для нас абсолютно неприемлемым, потому что так называемый «Нагорный Карабах», Карабахский регион был и есть внутренним вопросом Азербайджана. И это была главная причина, по которой мы не добились прогресса, потому что они все время настаивали на этом пункте, который был для нас абсолютно неприемлем. Таким образом, мы увидели, что прийти к соглашению невозможно.

Это продолжалось до сентября прошлого года, до того как мы полностью восстановили свой суверенитет. Но после этого возникла другая проблема, армянская сторона взяла паузу и как минимум два месяца не отвечала на наши комментарии. Потому что у нас такая практика обмена комментариями. Оба министра иностранных дел регулярно обмениваются комментариями. Я думаю, мы уже восемь или семь раз обмениваемся комментариями по проекту соглашения.

Переговоры возобновились лишь относительно недавно. Моя встреча с премьер-министром Армении состоялась всего два месяца назад, а после этого встретились министры, и мы благодарны Германии, канцлеру Шольцу за это предложение и министру Бербок за организацию встречи двух министров иностранных дел – Армении и Азербайджана. Поэтому я бы сказал, что мы только сейчас приближаемся к реальным субстантивным переговорам, потому что после полного восстановления нашего суверенитета и территориальной целостности Армения отозвала этот параграф. Таким образом, они больше не настаивают на каком-либо упоминании так называемого Карабаха в каком-либо аспекте. Фактически это устраняет самое главное препятствие. С остальными пунктами, думаю, можно согласиться, потому что нет ничего нового, ничего изобретенного нами. Все принципы основаны на нормах международного права и на прагматическом подходе.

Казахстан обратился к нам с предложением провести встречу министров иностранных дел Азербайджана и Армении в Казахстане, и мы ответили согласием. Если Армения также согласится, то следующая встреча министров иностранных дел обеих стран состоится там. Я также хочу прояснить: речь не идет ни о каком-либо посредничестве. Потому что то, что происходит сейчас на нашей границе, показывает, что когда мы общаемся одни и никто не хочет использовать ситуацию для своих политических амбиций, мы рано или поздно можем договориться.

Итак, речь идет только о платформе для встречи. Мы также благодарны правительству Казахстана за такое предложение. Поэтому я считаю, что нам нужно дождаться ответа армянской стороны. Но опять же, возвращаясь к существу обсуждаемого вопроса, я думаю, что мы близки и, может быть, ближе, чем когда-либо прежде. Потому что мы никогда не были близки к этому в годы оккупации. В то время мы не смогли договориться об основных принципах. Мы даже не смогли прийти к согласию по поводу тех самых знаменитых Мадридских принципов. В то время у нас не было даже проекта мирного соглашения. Но теперь он у нас есть. Теперь у нас есть общее понимание того, как должно выглядеть мирное соглашение. Нам нужно рассмотреть только детали, но, конечно, обеим сторонам потребуется время, потому что в случае подписания это будет историческое соглашение для обеих стран. Поэтому каждое слово, каждая точка, каждый абзац важны, но важно то, что у нас обоих есть политическая воля сделать это.

Хикмет Гаджиев: Джеймс Шарп, бывший посол Великобритании в Азербайджане.

Джеймс Шарп: Как вы знаете, COP26 проходила в Глазго три года назад. На наш взгляд, вам как председателю СОР предоставляются возможности, но в то же время на вас возлагаются обязательства. Основное обязательство председателя будет заключаться в достижении консенсуса по многим вопросам, которые странам необходимо решить для борьбы с изменением климата. Нашим обязательством было продемонстрировать лидерство, самими выполняя то, чего мы хотели от других, и мы выходили за рамки того, что требовали от других. В то время, обратившись к Вам и Мухтару Бабаеву, мы поощряли Азербайджан взять на себя обязательство по нулевым выбросам углекислого газа к 2050 году. На тот момент вам не удалось выполнить требования этого обязательства, но мы надеемся, что как председатель вы выполните требования этого обязательства. Что касается возможностей, мы уже частично обсудили эту тему. Это возможность быть в центре внимания в регионе, на Кавказе, в Каспийском бассейне, в регионе Центральной Азии. Я имею в виду экологические проблемы, с которыми сталкивается этот регион, такие как обмеление Каспийского моря из-за изменения климата, усиление опустынивания и, конечно же, споры, связанные с трансграничными реками, которые мы наблюдаем в Центральной Азии и на Кавказе. Поэтому мне было бы интересно услышать Ваши идеи о том, как конкретно Вы будете решать эти экологические проблемы региона. Спасибо.

Президент Ильхам Алиев: Спасибо. Еще до того, как нас выбрали страной проведения COP29, мы серьезно занимались проблемами окружающей среды и пытались уменьшить негативное воздействие изменений климата. Как вы правильно заметили, здесь каждый может наблюдать, особенно летом, когда люди посещают пляжи, что море отступает из года в год, чего раньше никогда не наблюдалось. Были периоды, когда море приходило и уходило, но это был процесс, а сейчас море только отступает, и это серьезная проблема для окружающей среды, а также для торговли. Нам нужно рыть больше каналов для размещения судов. И если сокращение объема Каспийского моря продолжится такими же темпами, то мы столкнемся не только с экологическими проблемами, но и с серьезными проблемами взаимного сообщения. Потому что один из важных проектов, реализуемых сейчас в Среднем коридоре, проходит через Каспийское море. Итак, здесь множество вопросов. Мы проводим большую работу по охране окружающей среды. Вы жили здесь несколько лет, так что вам знакома наша повестка дня по этому вопросу. Мы многое делаем для очистки Абшеронского полуострова, и одним из ярких примеров является проект «Белый город», реализуемый на территории, которая ранее была известна как «Черный город». Не знаю, бывали ли вы там, но если нет, то я бы рекомендовал посетить. Мы построили город внутри города на полностью загрязненной десятилетиями территории, на той части Баку, проезжая мимо которой на машине, мы всегда закрывали окна из-за запаха. Сейчас это наглядный пример планирования и реализации «зеленого» города. Еще один пример – бухта Бибиэйбат, которая была показана в эпизоде фильма о Джеймсе Бонде. Если вы посмотрите этот фильм, то увидите, как он выглядел. Но сейчас это один из самых зеленых районов Баку. Таких примеров много.

Сейчас мы также активно работаем над водными ресурсами Карабаха и Восточного Зангезура. Мы были лишены их во времена оккупации. Именно здесь расположены основные реки, берущие начало в Азербайджане. Во времена оккупации армяне просто перекрывали плотины и лишали нас воды в то время, когда она нам была нужна, а зимой открывали. Таким образом, сотни тысяч гектаров Азербайджана, которые должны были орошаться водой из Восточного Зангезура и Карабаха, не орошались. А сейчас мы вернулись. Мы уже контролируем наши водные ресурсы. Мы планируем построить несколько крупных водохранилищ и водоканалов не только в этой части страны, но и в центральной части Азербайджана. Наши планы уже объявлены, и действительно, это позволит нам сохранить каждую каплю воды, которая сейчас просто теряется. В наших старых каналах потери воды составляют около 30 процентов, но при модернизации и новых технологиях потери воды составят не более 5 процентов.

Что касается трансграничных рек, то это вызывает наибольшую озабоченность, поскольку мы не можем контролировать эту ситуацию. Существуют объективные и субъективные причины. Объективная причина, конечно же, заключается в изменении климата. Объективно в реках меньше воды, но в то же время мы знаем, что на этих реках есть объекты гидротехнической инфраструктуры, которые приводят к их обмелению. То же самое мы наблюдаем, например, на реке Волга. Потому что река Волга является основным источником Каспийского моря. Сейчас, когда воды в Волге стало меньше, очевидно, что высыхание Каспийского моря происходит не только из-за изменения климата. Это еще и потому, что Волга не питает море должным образом. Так что, конечно, это вопрос многостороннего сотрудничества. И с нашими соседями мы активно решаем эти вопросы. Потому что если мы не предпримем скоординированных мер и правильных шагов, мы все пострадаем. Но если говорить в целом о результатах, то мы полны решимости активно работать со всеми сторонами. Я считаю, что у нас есть хорошие возможности для этого.

Четырехлетнее председательство в Движении неприсоединения принесло Азербайджану много друзей, которые нам доверяют. Страны Глобального Юга, частью которого является Азербайджан, сегодня нуждаются в особом внимании. И, конечно же, одним из вопросов разногласий по вопросам климата является ответственность развитых, развивающихся и слаборазвитых стран, и эта общая ответственность должна быть справедливой. И, конечно же, необходимо открыто говорить о негативном вкладе в климатические проблемы. Поэтому мы думаем, что благодаря этим связям, а также хорошим связям со многими европейскими странами мы можем играть роль координатора или моста. В то же время, будучи страной, богатой нефтью и газом, мы можем лучше взаимодействовать со странами-производителями нефти и газа и создать платформу ответственности для стран, богатых нефтью и газом. Потому что эти страны, в том числе и Азербайджан, должны предпринять серьезные шаги. Мы уже продемонстрировали это на платформе, которая называется ОПЕК+, где скоординированное сокращение добычи привело к стабилизации цен на нефть. Нам необходимо предпринять скоординированные усилия по финансовому вкладу тех стран, которые добывают нефть и газ, и это будет абсолютно объективно. И мы готовы это сделать.

И еще один вопрос, который стал своего рода новшеством для COP29, заключается в том, что мы инициировали и уже создали механизм «тройки». Инициативой Азербайджана было проведение такого формата с COP28 в ОАЭ и COP30 в Бразилии. Таким образом, у нас уже были встречи министров, и это поможет нам с планированием. Потому что к ноябрю 2024 года COP29 в Баку завершится, но процесс должен продолжаться. Сейчас мы используем большой опыт ОАЭ в подготовке и проведении. Итак, совместная деятельность в рамках «тройки» действительно создает синергию, координацию и предсказуемость.

У нас есть и другие планы относительно идей, но, наверное, пока несколько преждевременно их раскрывать. Но мы рассматриваем свое председательство не только как возможность представить нашу страну, хотя это важно, но и как возможность внести реальный вклад в практическое решение наиболее актуальных проблем на глобальной арене. Я очень рад вас видеть, господин посол.

Хикмет Гаджиев: Александр Хеджази, директор программы глобальной экологической политики Женевского университета, Швейцария.

Александр Хеджази: Спасибо большое. Здравствуйте, господин Президент. Позвольте мне, как и мои коллеги, поздравить Вас с председательством на COP29. Мы видим очень большой интерес к Азербайджану в Швейцарии. Вы находитесь в центре Евразии, в окружении сильных соседей, и мы с большим интересом видим, что Азербайджан верен своему обещанию идти своим путем. Мы недавно разговаривали с представителями азербайджанской молодежи. Когда дело доходит до объединения двух историй успеха Азербайджана, - первая заключается в том, что он является одним из крупнейших игроков на глобальной энергетической арене, а вторая – в том, что он выступил в новой роли и стал одним из известных игроков на экологической арене. Я имею в виду огромные инвестиции, которые Вы вложили за последние несколько лет в создание стратегической инфраструктуры, например, Бакинского порта – эти два элемента, которые могут противоречить друг другу – торговля энергией, развитие энергетики и экологическое управление. Каким Вам представляется использование этой инфраструктуры, в которую Вы вкладывали инвестиции, с точки зрения того, чтобы оставить наследие Азербайджану, его народу и региону? Спасибо.

Президент Ильхам Алиев: Спасибо. Очень хороший вопрос. Большое спасибо, что подняли этот вопрос. Прежде всего хочу сказать, что все нефтяные операции, проводимые в Азербайджане с 1994 года, соответствуют международным стандартам защиты окружающей среды. Нашими основными инвесторами являются ведущие энергетические компании мира. Конечно, все знают, что их внимание к окружающей среде является действительно хорошим примером. Мы были свидетелями этого не только во время работ на морских буровых установках, но и во время строительства крупных нефте- и газопроводов, где особое внимание уделялось птицам, черепахам и другим видам, а также археологическим находкам. Были случаи, когда им приходилось отклоняться от маршрута из-за важных археологических находок. Итак, это первое.

Второе это, что до обретения независимости, в советское время и во времена царской России наши энергетические ресурсы добывались без всякой заботы об окружающей среде. Так Баку стал одним из самых загрязненных городов мира. У нас были утечки нефти, у нас были разливы нефти, нам пришлось потратить сотни миллионов и даже миллиарды долларов США, чтобы очистить это ужасное наследие, которое переросло в экологическую катастрофу. Вы даже не представляете, как выглядело 10-20 лет назад то, что вы видите сейчас в Баку, потому что мы провели много рекультивации, много очистительных работ и реализовали большое количество экологически чистых инициатив. Сейчас, с проведением COP29 уровень нашей ответственности, конечно, растет. Во-первых, потому что мы очень серьезно относимся к этому председательству, а во-вторых, потому что мы находимся в центре внимания. Сразу после того, как мы стали председателями, мы подверглись нападкам со стороны различных НПО и средств массовой информации за то, что вновь нефтедобывающая страна возглавляет COP. Получалось, что наличие нефти было нашей виной. И мое послание заключалось в том, что мы не виноваты в том, что у нас есть нефть. Посмотрите, как мы используем эти ресурсы. Прежде всего, посмотрите, как мы используем их для развития страны, сокращения бедности и справедливого распределения богатства, а также для инфраструктуры и «зеленой» энергетики. Сегодня при стабильной и даже растущей добыче нефти и газа мы развиваем проекты «зеленой» энергетики.

Одним из важных вопросов здесь являются ограничения, введенные в Европе в отношении ископаемого топлива. Мы видим здесь некоторое противоречие. И мы уже поднимали этот вопрос перед нашими европейскими партнерами. С одной стороны, Евросоюз хочет больше газа из Азербайджана. С этой целью почти два года назад ЕС и Азербайджан подписали Декларацию о стратегическом партнерстве в энергетической сфере. Исходя из этого, наши поставки газа в Европу должны увеличиться с 8 млрд куб. м. в 2021 году до 20 млрд куб. м. в 2027 году. Это не обязательство, это цель. И мы движемся к этой цели. В этом году наши поставки газа в Европу составят около 12 миллиардов кубометров, это на четыре миллиарда больше, чем в 2021 году. Итак, нам нужно больше инвестировать. Мы должны производить больше. Однако существуют ограничения к финансовым институтам по финансированию проектов по ископаемому топливу. Например, Европейский инвестиционный банк полностью исключил его из своего портфеля. ЕБРР имеет небольшую долю для финансирования проектов по ископаемому топливу. А как Европа хочет получать больше газа из Азербайджана, когда, во-первых, не предоставляет финансирование? Потому что в проектах, подобных тем, которые мы реализовали, будь то нефтепроводы или газопроводы, около 30 процентов финансирования поступает от корпораций. Остальное – кредитные деньги. Итак, это первый вопрос.

И второй вопрос: они хотят, чтобы мы производили и поставляли больше, и это так. Кстати, в Европе есть проекты, связанные со строительством интерконнекторов. Но в то же время они не дают нам гарантии, что наш газ будет нужен в течение длительного времени. Таким образом, мы не можем инвестировать миллиарды только на 5-10 лет и потом не окупить затраты. Инвестиции в Южный газовый коридор и проект «Шахдениз Фаза 2» сегодня еще не достигли нулевого баланса. Мы все еще отдаем долги; Что бы мы ни получили от продажи газа, мы должны покрыть долги. Итак, это два наиболее важных вопроса, которые нам необходимо решить в отношении газового сотрудничества ЕС-Азербайджан.

Что касается внедрения «зеленой» энергетики и ископаемого топлива, я думаю, что мир будет нуждаться в ископаемом топливе еще много лет. Я думаю, было бы наивно думать, что однажды это прекратится. Потому что мир к этому не готов. Мировая экономика к этому не готова, и промышленность не готова к этому. Таким образом, я думаю, что лучшим способом будет создание синергии и эволюционный путь, а не постановка недостижимой цели. В нашем случае мы уже начали активно инвестировать вместе с нашими инвесторами в проекты «зеленой» энергетики. В октябре прошлого года мы открыли первую солнечную электростанцию мощностью 240 мегаватт, а в этом году мы увидим церемонию закладки фундамента еще четырех солнечных и ветровых электростанций общей мощностью 1300 мегаватт. Итак, наш потенциал составит 1500 мегаватт или даже больше. Но это только начало, поскольку мы обладаем огромным потенциалом ветровой энергии, энергии на море и на суше, а также солнечной энергии. А еще - это потенциал гидроэнергетики. Только в Карабахе и Восточном Зангезуре мощность ГЭС за последние три года достигла почти 170 МВт, и это только начало. Таким образом, мы заменим значительную часть газа, используемого для производства электроэнергии, на возобновляемые энергоресурсы, и это абсолютно реально. То, о чем я говорю, не является нашими планами; мы уже подписали контракты. Земельный участок под строительство не только выбран, но и введен в эксплуатацию. Так что, возможно, через несколько месяцев, максимум через три-четыре, мы увидим все то, о чем я говорю.

Если мы доведем производство возобновляемых энергоресурсов в Азербайджане до 5 ГВт, то сможем заменить значительную часть природного газа, который мы используем для производства электроэнергии. Мы сможем достичь нашей цели, которая была сформулирована с учетом доли возобновляемых энергоресуров, за ещё более короткий срок. И, конечно, синергия заключается в том, что газ, который мы сэкономим, не используя его для нужд электростанций, можно будет направить в Европу. Она нуждается и будет продолжать нуждаться в нём. Но Европе понадобится не только это, но и дополнительные источники «зеленой» энергии. Потому что даже принимая во внимание огромные инвестиции, которые вкладывают европейские страны, их все равно будет не хватать. Значит, им понадобится дополнительная энергия, и мы над этим работаем. Как вы знаете, «зеленый» энергетический кабель от Каспийского моря до Черного моря и далее в Европу сейчас находится на заключительной стадии технико-экономического обоснования. Как только будет готово ТЭО, мы начнем, и уже обсуждаем практическое направление, возможности соединения этого кабеля с Центральной Азией. На самом деле, о чем мы сейчас говорим, мы расширяем этот проект. Потому что он начинался как черноморский кабель от грузинского до румынского побережья Черного моря. Мы расширили его до Каспийского моря, а теперь расширяем дальше - до Восточного Каспия, до Казахстана.

Учитывая инвестиционные проекты в Казахстане и Узбекистане с использованием возобновляемых источников энергии, в относительно короткий период времени возникнет не дефицит энергии, а энергетический профицит. Путь экспорта будет снова проходить через Азербайджан и далее в Европу. Все эти вопросы тесно связаны с геополитикой и региональным сотрудничеством. Азербайджан всегда отделял энергетические проекты от политики, но в то же время интегрировал их только в положительном смысле. Все наши энергетические проекты ведут к сотрудничеству. Сегодня, если мы посмотрим на страны, охваченные Южным газовым коридором, то увидим, что у некоторых из них не самые простые отношения. Но эти проекты объединяют. Это общий интерес. Это беспроигрышная ситуация. Энергия на самом деле ведёт к миру. Из истории мы знаем, что нефть становилась причиной войн и кровопролития. Теперь мы меняем эту парадигму. И до сих пор нам это удавалось.

Прошло 30 лет с тех пор, как Азербайджан начал нефтяное сотрудничество с международными компаниями, став первой страной, пригласившей иностранные нефтяные компании на Каспийское море. Я думаю, что у нас будет более светлое будущее, если мы не будем отказываться от ископаемого топлива. Мы не будем этого делать, но в то же время сосредоточимся на «зеленой» повестке дня.

Еще раз спасибо, что подняли этот вопрос, и было бы хорошо, если бы мы могли остановиться на нем подробнее. Возможно, ближе к COP у нас будет больше идей по поводу того, чем мы только что обменялись, что делает это также частью нашей повестки дня на конференции.

Хикмет Гаджиев: Цян Сяоюнь, директор Центра исследований России и Центральной Азии Шанхайского института международных исследований.

Цян Сяоюнь: Спасибо. Здравствуйте, господин Президент. Мой вопрос касается двусторонних связей между Китаем и Азербайджаном. Как мы знаем, Азербайджан играет роль уникального и очень важного моста между Югом и Севером, Востоком и Западом. Какими Вы видите перспективы сотрудничества Китая и Азербайджана в развитии Транскаспийского международного транспортного маршрута? Большое спасибо.

Президент Ильхам Алиев: Благодарю. Наши отношения развиваются очень успешно на основе взаимного уважения, взаимной поддержки и признания территориальной целостности друг друга. Азербайджан был в числе первых стран, выразивших свое мнение по поводу выборов на Тайване. Мы не только выразили обеспокоенность, но и осудили это. Итак, наша политика «Одного Китая» очень хорошо известна нашим китайским партнёрам, и Китай также всегда поддерживал территориальную целостность Азербайджана. То есть это была своего рода основа нашего сотрудничества, но сейчас наше сотрудничество расширяется в политической и экономической сферах, а также в транспортной сфере. Я много раз встречался с Председателем Си Цзиньпином, и у меня остались очень приятные впечатления от этих встреч. Эти встречи придали дополнительный импульс нашим отношениям. В настоящее время мы видим больше китайских компаний-инвесторов в промышленном секторе Азербайджана, что мы очень ценим. Наши политические контакты носят регулярный характер, происходит обмен делегациями высокого уровня. Как вы уже сказали, сфера транспорта приобретает всё большее значение. Транскаспийский транспортный маршрут сегодня необходим как никогда. Мы видим, как из года в год растёт объем грузов из Китая через Азербайджан. Кстати, во время государственного визита Президента Казахстана в прошлом месяце мы провели совместную церемонию встречи прибывшего в Баку контейнерного поезда из китайского Сианя. Это была наша совместная демонстрация сотрудничества между нашими странами. Конечно, Казахстан и Китай сотрудничают гораздо активнее. Но Азербайджан и Китай также развивают сотрудничество в очень перспективном и плодотворном направлении.

Я твердо верю в большое будущее проекта Среднего коридора. Здесь, в Азербайджане, мы построили всю необходимую инфраструктуру, в том числе новый современный морской порт. Кстати, сейчас мы работаем над расширением морского порта, потому что сегодняшней пропускной способности в 100 тысяч TEU и всего в 15 миллионов тонн будет недостаточно. Мы уже это понимаем. Мы хотим довести ее до 25 миллионов тонн и 500 тысяч или даже 1 миллиона TEU, чтобы иметь возможность принимать растущий объём грузов не только из Китая, но и из Центральной Азии. Потому что в сегодняшних геополитических условиях этот маршрут, как я уже сказал, необходим.

Мы также предпринимаем дополнительные шаги в отношении институциональной поддержки, поскольку физической инфраструктуры недостаточно. Таким образом, мы уже создали совместное предприятие между Азербайджаном, Казахстаном и Грузией. Сейчас мы активно работаем над цифровизацией транспортного маршрута. Мы применяем системы искусственного интеллекта в нашей таможенной администрации, чтобы обработка грузов занимала меньше времени, а прозрачность и контроль над грузами были абсолютными. Это то, чем мы сейчас и занимаемся, помимо строительства железных дорог, морских портов и т.д.

Вы также упомянули транспортный коридор Север-Юг, который не менее важен для Азербайджана. Я бы сказал, что это действительно «географический подарок», что мы находимся на этом перекрёстке, так как обе дороги пересекают нашу территорию. Что касается маршрута Север-Юг, у нас уже есть железнодорожная инфраструктура, которая соединяет нас с российской и иранской границами. Скоро мы начнем строить новую железнодорожную инфраструктуру, потому что мы ожидаем, что только из России в Персидский залив будет поступать не менее 15 миллионов тонн грузов. А если добавить грузы с противоположного направления, то, думаю, 15 миллионов - это только начало. Сегодня по азербайджанскому участку железнодорожного маршрута Север-Юг может переваливаться шесть-семь миллионов тонн грузов, что достаточно для нас и для транзитеров. Но в будущем нам понадобятся дополнительные железные дороги. Поэтому мы уже работаем над накоплением финансовых средств. Не позднее следующего года мы приступим к практической фазе строительства. На самом деле, часть от российской границы до Баку уже ремонтируется. Но теперь нам нужно от Баку до иранской границы. И последнее. Эти дороги не будут раздельными, потому что это позволит перевозить грузы с юга на запад или с севера на запад, что уже происходит сейчас по существующей инфраструктуре. Но с введением в эксплуатацию новой инфраструктуры объемы возрастут, что, безусловно, повысит геополитическую значимость Азербайджана и принесет нам дополнительные финансовые выгоды.

Хикмет Гаджиев: Йоко Хиросе, профессор Университета Кэйо в Японии.

Йоко Хиросе: Господин Президент, благодарю Вас за эту прекрасную возможность. Я профессор, специализирующийся на Азербайджане и регионе бывшего СССР. В прошлом году я написала статью для журнала «Мир дипломатии» Министерства иностранных дел Азербайджана о большой политике в отношении вынужденных переселенцев, которую проводил Ваш отец и проводите Вы. Я с особым уважением отношусь к Вашим достижениям и горжусь тем, что имею сегодня такую возможность.

В настоящее время Азербайджан и Турция повышают свой международный авторитет. Верю, что по мере роста международного и регионального авторитета Азербайджана, будет возрастать и значение Зангезурского коридора. Что касается открытия Зангезурского коридора, насколько я понимаю, против этого выступают Армения и Иран. Каковы видение и политика Азербайджана в отношении Зангезурского коридора? Кроме того, Россия недавно вывела свою миротворческую миссию из Карабаха. Но согласно трехстороннему Заявлению 2020 года, когда будет открыт Зангезурский коридор, планируется, что Федеральная служба безопасности России должна будет обеспечить мир. Что в связи с этим произойдет? Кроме того, как сложатся в будущем азербайджано-российские отношения по карабахскому вопросу? Спасибо.

Президент Ильхам Алиев: Благодарю. Вы задали несколько вопросов, я постараюсь ответить на все. По Зангезурскому коридору, как вы упомянули, это четко отражено в трехстороннем Заявлении, подписанном 10 ноября 2020 года. Да, слово «Зангезурский коридор» не упоминалось, но говорилось, что связь должна быть. Должно быть установлено транспортное сообщение между восточной частью Азербайджана и Нахчыванской Автономной Республикой, контроль над которым обеспечивают российские пограничные силы. Это подписали президент Путин, премьер-министр Пашинян и я. Вот уже более трех лет Армения фактически нарушает это положение. И опять же, они сами это подписали, и теперь хотят избавиться от этого пункта, но это невозможно. Они просто блокируют возможность строительства этой сухопутной связи с Нахчыванской Автономной Республикой, и такое поведение, конечно, очень разочаровывает.

Другое дело, как было подписано трехстороннее Заявление. Каковы были обстоятельства? Все также знают, что была подпись премьер-министра Армении. Это следует уважать. Поэтому, когда мы увидели, что процесс зашёл в тупик, нам пришлось искать другой вариант. И мы его нашли. Мы начали консультации с иранской стороной и договорились сделать обходной путь через иранскую территорию, фактически по южной части реки Араз. Нам нужно всего два моста для транспортного маршрута и, возможно, еще два моста для железной дороги. Кстати, строительство автомобильных мостов уже началось. Была даже проведена церемония закладки фундамента с участием высокопоставленных чиновников из Азербайджана и Ирана. Что будет в итоге? Армения проиграет. Они хотят стать перекрестком. Да, они называют его «перекрестком мира». Но для того, чтобы стать перекрестком мира, они сначала должны договориться с нами. Потому что если Азербайджан не согласится на это, это будет всего-навсего бумажкой или заявлением. Без договора с нами это совершенно бесполезно. К сожалению, они пытаются обсуждать это с разными странами, расположенными очень-очень далеко от региона, но когда дело доходит до дела, с нами это обсуждать не хотят. Наша позиция очень ясна: трехстороннее Заявление должно соблюдаться, а сухопутный доступ из материкового Азербайджана в Нахчыванскую Автономную Республику через Армению должен быть обеспечен международным механизмом контроля и безопасности. Если они сейчас по каким-то причинам не хотят, чтобы это была российская пограничная служба, они должны это открыто сказать. Но опять же, это то, что они подписали сами, и они должны уважать свою подпись.

Итак, понятно, что они потеряют возможность стать транзитной страной - я имею в виду, что они никогда не были транзитной страной как независимая страна – и никогда не станут, потому что все эти спекуляции о так называемом «перекрестке мира» без Азербайджана абсолютно нереальны. И если они думают, что кто-то придет и построит железную дорогу из Ирана в Армению и Грузию, им нужно найти кого-то, кто потратит, может быть, пять-семь миллиардов долларов США, неизвестно по какой причине. Хотя между Ираном и Азербайджаном существует сухопутное сообщение и строится транспортный коридор Север-Юг, существует железнодорожное сообщение между Азербайджаном и Грузией. Так что в любом случае им самим решать, как планировать своё будущее.

Что же касается наших планов, то, как я уже сказал, строительство началось. В следующем году мы планируем завершить строительство железной дороги, разобранной армянами во времена оккупации. Участок от Физули до Зангилана почти готов. После этого наряду с автомобильным мостом мы планируем построить железнодорожный мост в Иран, а затем обратно в Нахчыван. Это позволит нам и другим странам использовать эту дорогу для перевозок в направлении Персидского залива. Это будет ещё одним продолжением транспортного маршрута Север-Юг, потому что он будет идти в Нахчыван в обход Армении, затем продолжится через Джульфу в Иран, соединившись с иранскими железными дорогами. Также существует план, о котором уже объявило турецкое правительство - построить железнодорожное сообщение между Нахчываном и Карсом. Это также будет частью транспортного коридора Восток-Запад. Сегодняшняя пропускная способность железной дороги, строящейся до Зангилана, составляет около 5 млн тонн. Но с увеличением объема грузов она может быть расширена. Таким образом, Азербайджан, безусловно, укрепит свои позиции в качестве регионального транспортного центра, не имея прямого выхода к Мировому океану. Армения же останется в тупике, как это происходит уже более тридцати лет.

Что касается российских миротворцев, то администрации президентов России и Азербайджана уже сделали заявление о том, что они покидают Карабахский регион Азербайджана досрочно. И это было совместное решение лидеров России и Азербайджана. Могу также сообщить, как мы обсуждали этот вопрос: думаю, это было бы интересно. Я уже несколько раз говорил об этом на своих встречах с азербайджанскими журналистами. 9 ноября мы вели переговоры по трехстороннему Заявлению через Президента Путина, потому что у нас не было никаких контактов с армянскими коллегами. Итак, было несколько телефонных разговоров по согласованию каждого пункта трехстороннего Заявления. Это продолжалось с раннего утра почти до утра 10 ноября. Поэтому мы всегда говорим, что Заявление было подписано 10 ноября, потому что в Баку было уже, по-моему, 2 часа ночи или даже 2:30 ночи. Был обсужден вопрос о российских миротворцах, и позиция Армении заключалась в том, что для них не должно быть никаких ограничений по времени. Иными словами, они должны остаться навсегда. Мы не могли с этим согласиться и мы настаивали на том, что должно быть ограничение по времени. Это была одна из самых сложных частей, по которой обе стороны не могли договориться. Для нас это была одна из самых принципиальных частей заявления. Наша позиция заключалась в том, что если мы не договоримся об этом, то никакого заявления не будет и война будет продолжаться. А в это время наши войска находились на окраинах Ханкенди. Мы фактически контролировали так называемый Лачинский коридор и судьбу 15 тысяч армянских военнослужащих, которые находились в окружении. Мы освободили Шушу. Это было ясно абсолютно для всех. Им надо было либо сдаться, либо ситуация обернулась бы ещё хуже для них. Поэтому мы сказали: ладно, не будет соглашения, мы продолжим. Мы войдём в Ханкенди в течение нескольких часов. Таким образом, Армении пришлось согласиться. И теперь, я думаю, они понимают, что мы были правы. Итак, отправной точкой вывода войск фактически был пятилетний срок с возможностью продления, если ни одна из сторон не возражает. Какая могла бы быть ситуация, если бы у нас не было этого расписания? Мы можем только догадываться. Но, повторюсь, решение о выводе войск ранее было принято на основе консультаций между Азербайджаном и Россией. Азербайджан всегда привержен своим международным обязательствам. И наша позиция заключалась в том, что если написано ноябрь 2025 года, то это должен быть ноябрь 2025 года. Но при этом и Россия, и Азербайджан четко понимали, что могут уйти и раньше, но опять же, это было совместное решение, и это решение, я думаю, только укрепило российско-азербайджанские отношения.

Как вы знаете, я вчера был в России, поэтому мы перенесли время нашей встречи. Я вернулся сегодня утром в 2:30. Вот почему я попросил вас встретиться не рано утром. Уверен, что это решение укрепило наши отношения, а также общественное восприятие или общественную оценку двусторонних отношений. Поскольку оно демонстрирует, что когда страны поддерживают нормальные каналы связи, уважают друг друга, сотрудничают и не делают ничего друг против друга, то они могут согласовать даже самые чувствительные вопросы. И этот пример наглядное тому подтверждение. Вчера мы еще раз подтвердили стратегическое содержание отношений между Россией и Азербайджаном. Это на пользу нашей стране. Я уверен, что это также на пользу России и региона.

Хикмет Гаджиев: Крейг Олифант, старший советник Центра внешней политики Великобритании.

Крейг Олифант: Господин Президент, спасибо Вам, что нашли время в столь плотном графике для того, чтобы поделиться с нами своими мыслями. Позвольте мне, как и другие, выразить благодарность Вам и организаторам за бесценную возможность встретиться в таких своевременных дискуссиях. Частично на мой вопрос уже был дан ответ, но могли бы Вы, наряду с делимитацией границ, в том числе возвращением сел, о которых мы слышали, прокомментировать более сложный вопрос об эксклавах? Конечно, мы очень внимательно следим за хорошими новостями прошедшей недели. Как Вы оцениваете перспективы выполнения продвигаемых соглашений и их влияние на общий механизм взаимопонимания? Некоторое время назад Вы говорили о COP29 в контексте мирного процесса. Мне интересно, могу ли я задать вопрос по поводу этого заявления? Считаете ли Вы проведение в ноябре COP29 выгодным средством для продвижения к общему соглашению по мирному процессу в 2024 году? Спасибо.

Президент Ильхам Алиев: Благодарю. Я думаю, достичь соглашения между Азербайджаном и Арменией до COP29 абсолютно реалистично. По крайней мере, соглашения по базовым принципам. Я думаю, что это тоже вариант: договориться о базовых принципах, а затем уделить время деталям формулировок. Но к этому времени можно даже подготовить проект соглашения. Думаю, для этого обеим сторонам нужно просто упорно работать и, возможно, проводить много встреч в течение не одного, а нескольких дней.

Делимитация и мирное соглашение — это два отдельных вопроса. Считаю, что было бы неправильно объединять их в один и ставить один в зависимость от другого. По очень простой причине: большая часть нашей границы с Арменией, а это около тысячи километров, может больше, может меньше, находилась под оккупацией в течение тридцати лет. Это от Кяльбаджара, от Муровдага до реки Араз - почти 500 километров. В советское время, даже когда у нас были административные границы, часть этой административной границы между Армянской ССР и Азербайджанской ССР не была определена. Большая часть границы абсолютно необитаема - там горы высотой 3500 метров, которые девять месяцев в году покрыты снегом. Это действительно очень сложная местность. Поэтому с практической точки зрения делимитация этой границы в короткие сроки невозможна.

Ещё два примера из региона: Азербайджан и Грузия – две дружественные страны. Армения и Грузия – тоже две дружественные страны, но также не могут делимитировать свою границу уже более 30 лет. Не потому, что, как я уже сказал, у нас есть проблемы. И Азербайджан, и Армения поддерживают дружеские отношения с Грузией. Просто потому, что это сложный вопрос. Наша граница с Грузией - я имею в виду, те участки границы, которые были согласованы, - составляет лишь около 70 процентов. Так что это очень медленный процесс. Процесс, который требует высокого уровня точности. Поэтому, если мы будем ждать, пока граница между Арменией и Азербайджаном будет делимитирована, а затем будет заключено мирное соглашение, нам понадобится, возможно, 30 лет, а то и больше. Поэтому мы предлагаем разделить эти два вопроса. При этом я не хочу, чтобы кто-то неправильно истолковал нашу позицию так, чтобы возникли спекуляции по этому поводу. При согласовании Декларации от октября 2022 года Азербайджан и Армения четко продемонстрировали, что будут брать хорошо известную Алма-Атинскую декларацию 1991 года за основу своих взаимоотношений. Во-вторых, мы сказали, что у нас нет территориальных претензий к Армении в случае, если и у них нет территориальных претензий к Азербайджану. Мы также продемонстрировали Армении, что если они продолжат иметь территориальные претензии к Азербайджану, то и у нас будут территориальные претензии к Армении. И каков будет результат этого, я думаю, теперь все понимают. После того, как они публично сняли территориальные претензии к Азербайджану и признали Карабах частью Азербайджана, с нашей стороны, конечно, не будет никаких территориальных претензий.

Поэтому я просто хотел внести ясность в этот вопрос, так как иногда те, кто находится далеко отсюда и хочет вести себя «больше» армянами, чем сами армяне, хотят неправильно интерпретировать нашу политику и шаги. Наша политика и позиция основаны только на прагматизме.

Начать делимитацию с оккупированных сел Газахского района было нашим предложением. Мы сказали армянской стороне, что если они действительно хотят продемонстрировать свою готовность двигаться дальше, они должны это сделать. Так как это были заселенные села, а не какие-то необитаемые холмы, которые можно оспаривать. Они были заселены азербайджанцами и оккупированы. Одно из них было оккупировано еще во времена СССР, в 1990 году. Собственно, тогда и началась война против нас. Четвертое из них было оккупировано в 1992 году, уже после распада Союза. Думаю, что около 10-12 километров нашей государственной границы уже можно считать делимитированными. Это важный момент, и не случайно многие региональные и нерегиональные страны, уже выразили свою поддержку этому. Как будет продолжаться этот процесс, мы посмотрим. Как я уже говорил, обе стороны продемонстрировали конструктивность. Обе стороны понимают деликатность этого вопроса и в то же время приверженность международному праву. Думаю, если такой же подход будет применён и на последующих этапах, мы сможем двигаться быстрее.

Есть еще один вопрос, который мы также всегда поднимаем с точки зрения прагматизма. Конечно, граница должна быть делимитированной на основе принципов. Но в то же время есть такие участки этой границы, которые создают проблемы для обеих сторон. Это касается дорог, иногда вопросов безопасности, видимости глубины территории друг друга. Поэтому мы должны подойти к этому творчески. Мы не должны придерживаться одной конкретной линии и следовать по ней, как слепой кот. Нет, мы берём эту линию границы за основу, но мы должны быть разумными и договориться о такой границе, которая будет безопасной и удобной для обеих сторон. Хотя, как я уже сказал, большая часть границы и окрестностей - это не населённые пункты. Но есть участки, где люди живут рядом друг с другом. И одним из таких участков как раз и является территория тех четырёх сёл, где расстояние между населенными пунктами может достигать нескольких сотен метров, а то и меньше. И мы подняли этот вопрос о четырёх селах фактически сразу после Второй Карабахской войны; мы никогда и не забывали о них.

Новости