Нефтяной рынок между Вашингтоном и Тегераном

Еще недавно Вашингтон говорил о необходимости удерживать цены на энергоносители на низком уровне, однако нефтяной рынок вновь оказался под давлением военного конфликта и рисков для поставок. Главным источником неопределенности остается Иран, а точкой напряжения - Ормузский пролив, пропускавший до начала конфликта примерно пятую часть мирового нефтяного потока.

Вице-президент США Джей Ди Вэнс назвал сохранение низких цен на нефть и газ главной целью Вашингтона в противостоянии с Тегераном. По его словам, американская сторона заинтересована прежде всего в том, чтобы энергоносители оставались доступными для населения страны. «Цель номер один сохранить нефть и газ дешевыми для американцев», - заявил Вэнс в эфире Fox News.

Второй ключевой задачей Вашингтон называет получение гарантий того, что Иран никогда не будет иметь ядерное оружие. При этом политик сообщил о некотором прогрессе на переговорах с Тегераном, отметив, что иранская сторона заинтересована в завершении конфликта. Однако дальнейший ход переговоров, по его словам, будет зависеть от готовности Ирана принять условия, устраивающие США.

Пока дипломатические маркеры соседствуют с крайне нервной ситуацией на нефтяном рынке, новые атаки на суда в Ормузском проливе вновь подтолкнули котировки к росту, а цены на нефть приблизились к отметке $90 за баррель.

Для мирового рынка значение Ормуза трудно переоценить. Его блокирование создает угрозу перебоев с поставками и заставляет участников рынка закладывать в котировки дополнительную премию за риск.

Тегеран, в свою очередь, связывает возобновление полноценного движения через пролив с выполнением своих условий Вашингтоном, и здесь военная ситуация напрямую переплетается с нефтяной экономикой, ведь любое обострение вокруг судоходства мгновенно отражается на стоимости сырья.

На этом фоне дорожает и азербайджанская нефть. Цена одного барреля Azeri Light на мировом рынке поднялась на $0,41, или 0,43%, до $95,57. В турецком Джейхане по условиям FOB стоимость увеличилась на $0,43, или 0,46%, достигнув $92,75. Для сравнения, по итогам торгов цена сентябрьских фьючерсов на Brent составила $93,33 за баррель.

Таким образом, текущие рыночные уровни заметно превышают ориентир, заложенный в финансовый документ текущего года: в бюджетных расчетах цена нефти установлена на уровне $65 за баррель.

При этом нынешний рост цен сам по себе еще не означает устойчивого долгосрочного тренда. Нефтяной рынок традиционно очень чувствителен к военным рискам, но после ослабления напряженности котировки могут так же резко пойти в обратную сторону.

Главным вопросом после завершения военной фазы конфликта станут перспективы восстановления региональной и мировой экономики, считает доктор экономических наук, профессор Фикрат Юсифов. По его оценке, ключевым фактором, определяющим последствия войны для нефтяного рынка, станет масштаб возможного сокращения предложения энергоресурсов. Чем серьезнее будут перебои с добычей, транспортировкой и экспортом нефти, тем сильнее конфликт способен повлиять на мировые цены и энергетическую безопасность. «Даже дефицит в один миллион баррелей в день вызывает серьезные колебания цен», - отмечает он.

Иран обладает значительными энергетическими ресурсами. До введения и усиления санкционного давления страна могла экспортировать значительно больше нефти, однако в последние годы объемы ее продаж существенно сократились. При этом мировой рынок потребляет около 100 млн баррелей нефти в сутки, поэтому выпадение даже одного - двух миллионов баррелей способно заметно изменить баланс спроса и предложения.

По мнению ученого, вследствие этого любые ограничения и экскалация изначально рассматривался как фактор серьезного воздействия на мировой рынок. При продолжении военных действий давление на котировки, вероятнее всего, сохранится.

«Цены на нефть продолжат расти в этот период»,- считает Фикрет Юсифов.

Однако куда важнее, по его оценке, то, каким окажется рынок после завершения войны. Если поставки иранской нефти будут восстановлены, а геополитическая премия исчезнет, рынок может получить дополнительный объем предложения.

Дальнейшее развитие событий, по мнению ученого, способно привести к существенному снижению цен. По его оценке, стратегическая цель Дональда Трампа заключается в формировании для американской экономики условий с дешевой нефтью и относительно слабым долларом. «Трамп хочет дешевой нефти и дешевого доллара для Америки, - подчеркивает эксперт, при этом он связывает перспективу снижения нефтяных цен не только с Ираном. - США располагают значительными возможностями влияния на мировой энергетический рынок, а взаимодействие с крупнейшими производителями позволяет Вашингтону рассчитывать на увеличение предложения после стабилизации ситуации».

Профессор предполагает, что после завершения иранского кризиса цена нефти в перспективе может опуститься до $45 или даже $40 за баррель. Насколько реалистичен такой сценарий, будет зависеть от целого ряда условий: объемов мировой добычи и спроса до темпов восстановления поставок из Ирана и решений крупнейших производителей.

Пока же рынок живет совершенно другой реальностью. Военный риск ограничивает предложение, судоходство через важнейший нефтяной маршрут остается под угрозой, а инвесторы закладывают в цены вероятность новых перебоев.

Для Азербайджана ситуация имеет двойственный эффект. С одной стороны, более высокая стоимость нефти увеличивает потенциальные экспортные доходы и создает дополнительный запас прочности для бюджета. С другой - нынешний ценовой всплеск во многом связан не с фундаментальным ростом мирового спроса, а с геополитическим риском. Поэтому рассчитывать на сохранение нынешних котировок в долгосрочной перспективе было бы преждевременно.

Особое значение имеет бюджетный ориентир в $65. Пока фактическая цена Azeri Light существенно выше этого уровня, у страны сохраняется определенный ценовой запас. Но если после завершения конфликта рынок действительно перейдет к снижению, значение бюджетного порога станет гораздо более практическим.

«Правительство учло ожидания относительно цен на нефть и сможет предпринять соответствующие шаги в будущем в результате резкого падения цен», - считает Фикрет Юсифов.

При этом, по его оценке, возможное изменение нефтяной конъюнктуры не должно автоматически привести к изменению курса национальной валюты. Как считает экономист, курс маната останется стабильным.

В итоге нефтяной рынок оказался между двумя противоположными силами. Война и риск перебоев с поставками толкают цены к росту. Вашингтон, напротив, заинтересован в дешевом сырье, поскольку высокая стоимость энергии напрямую отражается на инфляции и расходах американских потребителей.

От того, какая из этих тенденций окажется сильнее после завершения конфликта, будет зависеть не только цена Brent и Azeri Light. На кону баланс всего мирового нефтяного рынка и доходы стран-экспортеров, включая Азербайджан.

Пока же Ормуз остается закрытым, а переговоры США и Ирана продолжаются, нефтяные котировки будут реагировать прежде всего на сообщения с Ближнего Востока. И нынешние $90 за баррель в этой ситуации выглядят не столько конечной точкой, сколько отражением высокой неопределенности.