Я горжусь тем, что Гейдар Алиев был азербайджанцем

Гейдар Алиев-100
27 Май 2023
11:08
2126
Я горжусь тем, что Гейдар Алиев был азербайджанцем

Каждую минуту своей жизни он посвящал благу Родины

Достаточно часто можно наблюдать, как Гейдара Алиева пытаются сравнивать с другими политическими деятелями. На мой взгляд, Гейдар Алиев - абсолютно уникальная личность, поэтому все исторические параллели некорректны. 

Рассмотрим некоторые из них. Наиболее часто встречающееся сравнение - сравнение с Шарлем де Голлем. Да, действительно, оба государственных деятеля вернулись во власть, когда им было по 67 лет. Но! Де Голль вернулся после пяти лет уединения в Коломбэ, где он работал над своими знаменитыми «Военными мемуарами». Гейдар Алиев вернулся после «страшнейшего инфаркта», по словам Евгения Примакова, после преследования со стороны тогдашнего советского руководства. У него не было пяти спокойных лет в живописной деревушке. В 67 лет, мобилизовав все жизненные силы, он возглавил не одну из великих держав этого мира, не страну с налаженной государственной системой, не страну с сильными союзниками. Он возглавил новую республику, слабую страну, ставшую жертвой внешней агрессии и раздираемую внутренними противоречиями. 
Иногда Гейдара Алиева сравнивают с Уинстоном Черчиллем. Уинстон Черчилль родился в родовом имении герцогов Мальборо. Отец Черчилля - лорд Рэндольф Черчилль, сын герцога Мальборо, был известным политиком, депутатом Палаты общин. Мать родилась в семье богатого американского бизнесмена. Гейдар Алиев родился на периферии большого государства, бывшей империи в семье простого труженика. Будучи представителем нетитульной нации этой громадной державы, он в 53 года исключительно благодаря своим качествам становится одним из тех, кто ею управляет. И опять же, Уинстон Черчилль спасал великую державу с тысячелетней традицией государственности. Гейдар Алиев спас и построил совершенно новую страну. Различия, на наш взгляд, очевидны. 
«После похорон Брежнева, - вспоминал Гейдар Алиевич, - мы встретились с Андроповым наедине. - «Я нуждаюсь в тебе, хочу, чтобы ты приступил к работе в Москве», - сказал он. - Как и раньше Брежневу, я ответил Юрию Владимировичу отказом. Не мог представить себя без Азербайджана, не мог расстаться с Азербайджаном, любимым краем. Но Андропов возразил: «Азербайджан уже тесен для тебя», - и мягко улыбнулся. Когда же я вновь возразил, он повторил построже: «Ты нужен всему Союзу, Азербайджан уже мал для тебя, Гейдар». 
Похожие слова говорил Александру Македонскому его отец, царь Македонии Филипп. Согласно Плутарху, Филипп воскликнул: «Ищи, сын мой, царство по себе, ибо Македония для тебя слишком мала!» Царство по своим масштабам Александр создал, но оно начало распадаться с момента его смерти в 32 года. То, что строил Гейдар Алиев в масштабах всего Союза, не распадалось. Ему сразу поручили транспорт, чтобы навести там порядок. В его ведении также находились машиностроение, легкая промышленность, культурная и образовательная сферы. Помимо этих обязанностей Гейдар Алиев курировал связи Советского Союза со странами исламского мира, с важными дипломатическими поручениями он побывал в Египте, Ливии, Пакистане, Иордании, Ираке. Список доверенных ему сфер демонстрирует незаурядность и удивительную разносторонность этой личности. 
Заместитель Председателя Совета Министров СССР Владимир Гусев так вспоминает те годы: «Я видел его, как говорится, в деле, в работе. Это человек особой организованности. Он очень жестко спрашивал за свои поручения. Бесконтрольность, с которой сейчас сталкиваешься на каждом шагу, выводит меня из себя. У Гейдара Алиевича этого не было. Строители Байкало-Амурской магистрали и сейчас помнят, как с них спрашивал Алиев. В отличие от иных руководителей, которые не любили оставлять свои кабинеты, он систематически выезжал на места. Контакты с рабочими, специалистами, ознакомление с фактическим положением дел - это стиль работы Алиева». 
О стиле Гейдара Алиевича поделился и его помощник по транспортным вопросам Владимир Сергеевич Ухов: «На Волге, у искореженного «Суворова» (в 1983 году пассажирский теплоход «Александр Суворов» на полном ходу врезался в несудоходный пролет моста, и катастрофа повлекла за собой большие человеческие жертвы. - Прим. автора) понял, что в полной мере его характер проявляется в критических обстоятельствах, где требуется собрать в кулак и волю, и эмоции, и мысль - и действовать. Умно, жестко, напористо. Мне даже кажется, что в будничной, спокойной атмосфере Алиеву тесновато, его огромная энергия в такие периоды искала выхода, он загружал себя работой до девяти-десяти вечера». 
Этот же стиль сохранялся до последних дней нашего общенационального лидера. Тот же Владимир Гусев продолжал: «Он оставался динамичным до своих восьмидесяти лет, уверенно руководил страной. Многие ключевые отрасли Азербайджан сохранил в руках государства, что и дало возможность управлять страной. Не имея таких рычагов управления, управлять нельзя. Все это в целом дает мне основание, не льстя, сказать: это был настоящий, большого масштаба государственный и политический деятель Советского Союза и независимого Азербайджана».
Возвращаясь к теме исторических параллелей, кто-то может привести в пример Наполеона Бонапарта, сказав, что ведь он тоже был с окраин большой Франции и не француз. Вот вам и схожесть. Да, с этим не поспоришь. Но большая политика, в которую вошел один из величайших представителей рода человеческого, погубила его. Она также могла погубить и Гейдара Алиева. 
Вот как вспоминает о встрече с Гейдаром Алиевым после его отставки в больнице на Мичуринском проспекте заместитель Председателя Совета Министров СССР Юрий Петрович Баталин: «Мы тепло, как всегда, поздоровались, разговорились. Вид у Гейдара Алиевича в ту пору был неважный - заметно похудел, казался изнуренным. Отошли мы в сторонку, присели. И он бросил фразу, которая мне запомнилась. Дословно я ее не приведу, а смысл такой: все-таки меня не уничтожили, мне удалось остаться живым, теперь я выберусь». 
И он выбрался. Выбрался и всем показал, как все должно быть. «За все годы после 1993-го он ни разу не был в отпуске. И ни разу не менял свой распорядок дня. В 8 - завтрак. К 10 приезжал на работу. Обеда у него не было. Целый день - встречи, беседы, документы, звонки, письма», - вспоминал генерал Вагиф Ахундов. 
А вот как описывает визит Гейдара Алиева в 2002 году в РФ советский и российский журналист Виктор Андриянов: «Визит уже подходил к концу, это было последнее мероприятие трех напряженнейших дней, которое проводилось сразу после большой пресс-конференции. На чуть суховатом лице Президента - ни следа усталости. Поражаешься, как человек в свои без малого 80 лет выдерживал такие нагрузки». 
Народу очень везет, когда люди, занимающие руководящие должности в его государстве, выдерживают нагрузки и несут нелегкое бремя управления. Особо надо подчеркнуть, что из воспоминаний мы знаем, что ни одной из этих руководящих должностей Гейдар Алиевич не хотел, и всем, кто их предлагал, отказывал. «Если человек очень хочет быть министром, он им станет, и именно это будет ему наказанием», - однажды заметил французский писатель А.Стендаль. Большим счастьем для советского и азербайджанского народов явилось то, что посты первого секретаря ЦК КП Азербайджана, члена Политбюро ЦК КПСС, первого заместителя Председателя Совета Министров СССР и, наконец, Президента Азербайджанской Республики занимал не стремящийся к должности, а посвящающий каждую минуту своей жизни благу своей Родины Гейдар Алиев. 
Мне, как видно из вышеприведенного, всегда были очень интересны воспоминания людей, имевших возможность работать, общаться с Гейдаром Алиевым. Еще в детстве я услышал, как мой дядя Аслан Мамедли рассказывал о своей встрече с 
Гейдаром Алиевым, когда он был студентом БГУ. В декабре 2003 года он, профессор Бакинского славянского университета, написал об этой встрече в университетской газете Tələbə dünyası. Мне кажется, что эту небольшую заметку следует привести здесь без сокращений: «С 
Гейдаром Алиевичем я встречался в 1977 году. Я был студентом филологического факультета АГУ им.С.М.Кирова (ныне БГУ - Ред.) и учился на «отлично». На втором курсе меня представили к именной стипендии, которую, по существующим тогда правилам, давали с третьего курса. Вопрос решался на самом высоком уровне, в министерстве и в одном из отделов ЦК КП Азербайджана. Неформальность подхода к решению этого вопроса тогдашнего руководства проявилась в том, что решение ректора АГУ было поддержано. Меня и нескольких именных стипендиатов повели на встречу с первым секретарем ЦК КП Азербайджана Г.А.Алиевым. Ясно, что решение о встрече с нами принимал сам Гейдар Алиевич, так как никто не мог предложить ему встречу, в которой он не был бы заинтересован. Встречи с молодежью всегда занимали особое место в жизни этого человека. Весной 1977 года мы встретились с Гейдаром Алиевичем в здании нынешнего Совета Министров Азербайджана. Наша встреча прошла очень быстро, потом оказалось, что он беседовал с нами около двух часов. Все было ярким, мы все были как-то особенно воодушевлены. Перед нами стоял высокий, красивый, сильный человек с умным энергичным лицом, большими зелеными глазами, в которых прочитывалось удивительное всепонимание. Каждому из нас казалось, что он говорит только с ним, когда наши взгляды встречались, появлялась уверенность в абсолютном взаимопонимании. В моей жизни это была встреча со вторым человеком после моего отца, который с непоколебимой внутренней уверенностью говорил о том, что таких слов, как «не могу», «не получится», «это никогда никому не удавалось», в лексиконе мужчины быть не должно. Чем-то эта встреча напомнила мне время великих дерзаний в жизни разных народов, эпоху наполеоновских войн, петровское время на Руси. Столько было силы и натиска, высокого вдохновения и азарта в этом человеке, что мы все были охвачены чувствами, переполнявшими его. 
Аудитория была наэлектризована, мы все были заражены душевной энергией Гейдара Алиевича. Всем нам он сделал подарки. Мне он подарил книги и радиоприемник. 
Попрощавшись с ним, мы ушли с огромным желанием творить великие дела, каждую минуту своей жизни посвящать благу Родины. Импульс, заданный этим человеком 26 лет тому назад, не меркнет до сих пор. 
Мы часто оцениваем жизнь сквозь призму того, что нам дорого. 
Лучшим временем моей жизни были студенческие годы. Оценивая жизнь азербайджанского народа в ее исторической перспективе, я хорошо понимаю, что сделал Гейдар Алиевич для Азербайджана с точки зрения образования и просвещения. Родители, сумевшие дать своим детям хорошее образование, считают себя счастливыми, думают, что они во многом выполнили свой родительский долг. И это действительно справедливо. Гейдар Алиевич из года в год на протяжении долгого времени выбивал для азербайджанских детей места в лучших вузах Советского Союза по самым редким специальностям. Кроме того, что сотни азербайджанцев смогли получить блестящее образование за пределами Азербайджана, в вузах республики каждый год освобождались сотни мест для тех, кто просто не смог бы поступить в институт, если бы им пришлось конкурировать с теми, кто уехал в Москву, Ленинград, Киев. Таким образом, с одной стороны, к концу ХХ века в Азербайджане были тысячи представителей редких специальностей, с другой - в нашей стране почти вдвое, по сравнению с тем, что должно было быть, выросло количество людей с высшим образованием. 
Есть выражение: один в поле не воин. Так говорят в мире. Опыт азербайджанского народа этому противоречит. У нас всегда были люди, которые одни совершали чудеса. В детстве я думал, что все хорошие люди - азербайджанцы. Вырастая, понимаешь, что вокруг тебя много неприглядного. Бывают и такие, глядя на которых жить не хочется. Бывают люди, думая о которых, хочется совершить невероятное. 
Я горжусь тем, что Гейдар Алиевич Алиев был азербайджанцем». 
Это стоит повторить! Я горжусь тем, что Гейдар Алиевич Алиев был азербайджанцем.

Фархад ГУСЕЙНОВ,
доктор философии 
по политическим наукам

Новости