Рост доходности глобальных облигаций с начала войны США с Ираном в феврале увеличил стоимость заимствований для крупнейших развитых экономик мира на десятки миллиардов долларов, следует из исследования Financial Times.

По расчетам FT, страны G7 уже зафиксировали дополнительные расходы на обслуживание суверенного долга в размере $16 млрд из-за повышения доходности облигаций с начала войны. Если рост доходности сохранится, к концу первого квартала следующего года дополнительные расходы на финансирование могут достичь примерно $34 млрд.

Практически все выпуски государственных облигаций стран G7, независимо от срока погашения, сейчас торгуются с более высокой доходностью, чем в феврале. Это увеличивает стоимость, которую правительства вынуждены платить при размещении нового долга.

На Соединенные Штаты приходится основная часть уже возникших дополнительных расходов — примерно $10,6 млрд. Это связано с тем, что США являются крупнейшей экономикой G7 и обладают крупнейшим в мире рынком суверенных облигаций.

Если рост доходности сохранится до конца первого квартала 2027 года, дополнительные процентные расходы США могут увеличиться еще на $21,7 млрд.

Доходность американских облигаций резко выросла в последние недели на фоне усиливающихся опасений инвесторов по поводу растущей долговой нагрузки США и способности властей сдержать всплеск инфляции, вызванный войной президента Дональда Трампа с Ираном.

Рост доходности продолжается, несмотря на попытки министра финансов США Скотта Бессента сдержать его путем увеличения государственных покупок долгосрочных облигаций.

Под давление попали и такие крупные импортеры энергоносителей, как Великобритания, Италия, Германия и Япония. Здесь ключевым фактором стал рост инфляционных ожиданий после энергетического кризиса, вызванного закрытием Ормузского пролива.

По расчетам FT, на остальные страны G7 приходится чуть более трети общего увеличения расходов на обслуживание долга.

Оценка в $16 млрд основана на сравнении фактической стоимости заимствований с довоенными ставками. Прогноз в $34 млрд рассчитан с учетом планов по выпуску долга, опубликованных казначействами стран, а также структуры размещений по различным срокам погашения.

Хотя эти суммы относительно невелики по сравнению с общими объемами государственных расходов, они создают дополнительное давление на и без того напряженные государственные финансы.

Главный экономист Jefferies по Европе Мохит Кумар предупредил: «Рост ставок — один из крупнейших рисков для рынков акций и кредитных инструментов. Мы входим в зону, где дальнейшее повышение ставок будет негативно сказываться и на акциях, и на кредитных рынках».

По его словам, если ключевая доходность 10-летних казначейских облигаций США поднимется выше 5%, «следует ожидать негативной реакции фондовых рынков», поскольку более высокая доходность облигаций снизит относительную привлекательность акций, а рост стоимости заимствований окажет давление на корпоративные прибыли.

«Дефициты растут по всему миру на фоне стимулирующей политики правительств. Кроме того, по мере приближения промежуточных выборов в США и ряда парламентских выборов в Европе мы, вероятно, увидим усиление популистской политики», — сказал Кумар.

Он добавил, что сокращать бюджетные дефициты в условиях более высоких ставок будет «еще сложнее».

Экономисты предупреждают, что существует сразу несколько факторов, которые могут продолжить оказывать повышательное давление на доходность облигаций.

«Помимо инфляционных рисков, есть реальные угрозы политической стабильности в США, Франции, Японии, время от времени — в Великобритании и, возможно, в Германии», — заявил президент Института международной экономики Петерсона Адам Позен. «Добавьте сюда геополитику — и получите еще один реальный риск».

По его словам, рост оборонных расходов, увеличение демографической нагрузки, увеличение инвестиций в инфраструктуру и расширение расходов на зеленый переход за пределами США также оказывают давление на реальные процентные ставки.

Масштабное развитие инфраструктуры искусственного интеллекта также может вытеснять инвестиции из других активов, включая государственные облигации, тем самым подталкивая доходность вверх.

В то же время более высокая доходность государственных облигаций может отражать и рост ожиданий инвесторов относительно экономического роста.

Главный экономист ING Джеймс Найтли заявил, что рост стоимости заимствований «представляет собой проблему не только для устойчивости государственных финансов, но и уже тормозит экономическую активность в США через удорожание кредитов для домохозяйств и компаний».

«Американский рынок жилья уже фактически остановился, а более крутая кривая доходности означает, что нам следует готовиться к росту ипотечных ставок выше 7%», — сказал он.

Найтли добавил, что относительно устойчивые перспективы роста поддерживают стоимость более рискованных активов, таких как акции, снижая спрос на защитные активы вроде казначейских облигаций США. Одновременно последние находятся под давлением из-за опасений по поводу бюджетной устойчивости и масштабных корпоративных заимствований, особенно со стороны так называемых AI-гиперскейлеров — крупнейших технологических компаний, активно инвестирующих в инфраструктуру искусственного интеллекта.

Главный экономист Société Générale по Европе Мишель Мартинес считает, что нынешняя тенденция отражает «переоценку мира, в котором капитал становится менее доступным».

«Государственные заимствования все активнее конкурируют за сбережения с инвестиционным бумом, связанным с искусственным интеллектом, а также с другими структурными потребностями — оборонными расходами, энергетическим переходом и реиндустриализацией», — сказал он.

Вместе с тем, по словам Мартинеса, доходность облигаций пока не выглядит высокой по отношению к номинальным темпам роста ВВП в США, Германии и Японии.

Глава стратегии по европейским процентным ставкам Morgan Stanley Джанлука Салфорд считает, что происходящее приближает рынки «к тому миру, к которому мы привыкли» до периода низкого роста, низкой инфляции и низких ставок 2010-х годов.

«Определенные трудности есть, но мне не очевидно, что речь идет о структурном явлении, — сказал он. — Само по себе это не выглядит чем-то совершенно неуправляемым. Иногда для корректировки нужен небольшой кризис. Но зачастую страны в конечном итоге делают то, что необходимо, чтобы сохранить правильный курс, потому что, по сути, у них просто нет реалистичной альтернативы».