Республиканцы готовятся к тяжёлому поражению в ноябре. Похоже, большинство Республиканской партии в Палате представителей уже потеряно, а демократы всё увереннее рассчитывают взять под контроль Сенат. Америку ждёт период разделённого правления, сопровождающийся блокированием законодательных инициатив и расследованиями. «Мне объявят импичмент, — заявил президент Дональд Трамп избирателям в Южной Каролине в августе. — Они объявят мне импичмент. И сами понятия не имеют, за что». Об этом пишет The Wall Street Journal.

Впрочем, импичмент может оказаться наименьшей из проблем Трампа. В конце концов, он уже дважды проходил через эту процедуру. Чего ему ещё не доводилось испытывать, так это ситуации, когда демократы полностью контролируют Конгресс. Такой расклад лишь усугубит все его трудности.

Президент, возможно, полагает, что сможет просто отмахнуться от Хакима Джеффриса, если тот станет спикером Палаты представителей, как в свой первый срок он относился к тогдашнему спикеру Нэнси Пелоси, считая её досадной помехой. Но подобной роскоши у него не будет, если одновременно лидерство демократического большинства в Сенате перейдёт к Чаку Шумеру. Игнорировать Сенат, контролируемый демократами, будет невозможно.

Однако проблемы республиканцев не закончатся и после ухода Трампа из Белого дома. Выборы в Сенат имеют долгосрочные последствия. Шестилетние сроки полномочий сенаторов распределены между несколькими президентскими администрациями, благодаря чему у них появляется немало возможностей поработать в составе большинства, влиять на государственную политику и участвовать в голосованиях, определяющих будущее страны.

Сенаторы, избранные в этом году, не будут переизбираться до 2032 года — к концу следующего президентского срока. Они станут опорой или серьёзным препятствием для законодательных инициатив и кадровых назначений преемника Трампа. Некоторые из них, возможно, сами попытаются занять его место.

Подобное уже случалось. В 2006 году демократы получили шесть дополнительных мест в Сенате и установили контроль над палатой. Шеррод Браун, Боб Кейси-младший, Клэр Маккаскилл, Джон Тестер, Джим Уэбб и Шелдон Уайтхаус, безусловно, противостояли Джорджу Бушу-младшему в последние годы его президентства. Но по-настоящему их влияние проявилось в 2009 году, когда они проголосовали за антикризисный пакет стимулирующих мер президента Барака Обамы и закон о реформе здравоохранения, известный как Obamacare.

И наоборот, в 2014 году республиканцы получили девять дополнительных мест и завоевали большинство в Сенате. В состав сенаторов, избранных в том году, вошли заметные представители консервативного крыла — Бен Сасс, Том Коттон и Джони Эрнст. Они помогли лидеру республиканского большинства Митчу Макконнеллу в 2016 году удержать блокаду выдвижения Меррика Гарланда на место судьи Верховного суда, освободившееся после смерти Антонина Скалиа. А после избрания Дональда Трампа президентом все трое проголосовали за предложенных им кандидатов в Верховный суд и за принятие закона о снижении налогов и создании рабочих мест.

Даже небольшие успехи на выборах в Сенат могут иметь далеко идущие последствия. В 2018 году демократы получили два места в Сенате, хотя в целом потеряли четыре. Тем не менее Кирстен Синема и Джеки Розен впоследствии проголосовали за масштабные расходы администрации президента Джо Байдена.

На выборах 2020 года, омрачённых хаосом и спорами вокруг их результатов, демократы завоевали оба сенатских места от Джорджии. Это укрепило позиции Байдена и создало для Джона Оссоффа стартовую площадку для дальнейшей политической карьеры на общенациональном уровне.

Хотя в 2022 году республиканцы потеряли одно место в Сенате, один из избранных в том году сенаторов-республиканцев в 2025 году стал вице-президентом Трампа. Речь идёт о Джей Ди Вэнсе, которому пришлось отдать решающий голос при равном распределении голосов в Сенате за законопроект One Big Beautiful Bill Act — масштабный пакет налоговых и бюджетных мер администрации Трампа.

Американцы, которые в этом году придут на выборы, чтобы выразить протест, в итоге могут невольно запустить политическую карьеру демократического аналога Джей Ди Вэнса. Стоит вспомнить и 2004 год, когда вакантное место в Сенате от Иллинойса стало трамплином для Барака Обамы.

Вот что может произойти, если Сенат перейдёт под контроль демократов.

Они не только заблокируют законодательную повестку Трампа, но и получат возможность продвигать прогрессивные налоговые, бюджетные и регуляторные инициативы, которые будут поступать из Палаты представителей, также контролируемой демократами. Президенту Трампу придётся постоянно пользоваться правом вето.

Одновременно демократы в Сенате будут блокировать президентские назначения. Верховный суд не станет исключением. После того как сенатор Макконнелл заблокировал кандидатуру Гарланда, демократы давно жаждут реванша. Победа на выборах в Сенат в ноябре предоставит им такую возможность, если появится вакансия в высшей судебной инстанции страны.

Однако противодействие Трампу станет лишь первым этапом. Демократы в Конгрессе будут использовать законодательные инициативы и политическую риторику, чтобы подготовить почву для президентской кампании 2028 года. А если победу одержит кандидат от демократов, он, как и каждый президент, избранный на первый срок после Билла Клинтона, может вступить в должность при условии, что обе палаты Конгресса будут контролироваться его партией. И тогда начнётся настоящий кошмар для консерваторов.

К 2029 году потенциальные представители нового поколения демократов, избранные в Сенат в 2026 году, — Рой Купер, Браун, Мэри Пелтола, Джош Турек, Абдул Эль-Сайед и другие — уже прочно обоснуются в сенатских офисных зданиях имени Дирксена, Рассела и Харта. Они будут с нетерпением ждать возможности проголосовать за кандидатуры очередных судей Верховного суда по образцу Соні Сотомайор или Кетанджи Браун Джексон. А ещё они будут рваться к отмене правила, позволяющего меньшинству в Сенате блокировать принятие законопроектов посредством затяжных дебатов, — законодательного филибастера.

Это откроет дорогу законопроектам, которые позволят отменять законы отдельных штатов о проведении выборов, в том числе требования предъявлять удостоверение личности избирателя; вводить ограничения сроков полномочий судей Верховного суда или увеличивать число мест в его составе; предоставлять округу Колумбия и Пуэрто-Рико статус штатов.

Сенаторы, избранные под лозунгом «доступности жизни», получат возможность повышать налоги, ограничивать добычу нефти и газа, расширять государственное вмешательство в экономику и перекраивать систему медицинского страхования. Иными словами, левое крыло получит полную свободу действий.

Выборы в Сенат имеют последствия на долгие годы. Это ещё одна причина, по которой республиканцам следует уделять первостепенное внимание финансированию кампаний в тех штатах, где исход голосования способен изменить баланс сил.

Трамп, возможно, согласится с демократами в том, что нынешние выборы — это референдум о нём самом. Но речь идёт также о том, каким будет политический ландшафт после его ухода.

В этом году имени Трампа может не быть в избирательном бюллетене. Но будущее американской политики, несомненно, решается уже сейчас.