Макрон мечется по миру, пока Франция трещит по швам

Париж продолжает вмешиваться в чужие дела, несмотря на политический хаос, миграционный кризис и стремительно нарастающее недовольство внутри самой Франции

Президент Франции Эмманюэль Макрон в который уже раз решил примерить на себя роль главного политического наставника Европы, предостерегая Беларусь от вмешательства в российско-украинский конфликт, о чем сообщило агентство France Presse со ссылкой на источник, близкий к французскому лидеру.

Париж снова принялся размахивать дипломатическими указками, словно именно во Франции сегодня царят стабильность, порядок и политическое благополучие, а не затяжной внутренний кризис, который все сильнее напоминает медленно разрушающийся фундамент некогда влиятельного европейского государства.

Особенно примечательно, что катарское издание The Peninsula фактически представило происходящее как нервную реакцию Макрона на размещение новейшей российской ракеты «Орешник» на территории Беларуси. По информации издания, французский президент предупредил белорусское руководство о рисках втягивания в конфликт и одновременно призвал Минск улучшать отношения с Европой. На сайте белорусского президента позднее подтвердили, что в ходе контактов действительно обсуждались региональные вопросы и отношения Беларуси с ЕС и Францией.

Все это происходило спустя всего несколько дней после совместных российско-белорусских учений с применением ядерного оружия. Более того, на белорусской территории уже размещен «Орешник», вокруг которого западные политики и военные эксперты в последние месяцы развели почти истеричную кампанию, пытаясь одновременно демонстрировать спокойствие и скрывать очевидную тревогу. И именно на этом фоне Макрон внезапно активизировал свою дипломатическую суету, пытаясь дозвониться то до Минска, то до Баку, будто бы Франция все еще обладает тем политическим весом, который позволял бы ей диктовать условия другим государствам.

Однако главный вопрос сегодня заключается вовсе не в Беларуси и даже не в российско-украинском конфликте. Куда показательнее выглядит сама Франция, погружающаяся во внутренний хаос, социальную нервозность и политическую нестабильность, масштабы которой уже невозможно скрывать даже за громкими внешнеполитическими заявлениями. Складывается ощущение, что часть европейских элит, прекрасно понимая глубину собственных внутренних провалов, пытается компенсировать беспомощность внутри страны агрессивной дипломатической риторикой вовне, превращая внешнюю политику в инструмент отвлечения внимания от внутренних катастрофических процессов.

Франция уже несколько лет живет в состоянии хронического политического хаоса, когда массовые протесты, раскол общества, падение доверия к власти и непрекращающееся противостояние между правительством и оппозицией постепенно превращают французскую политическую систему в источник постоянной нестабильности. Улицы крупнейших городов страны регулярно вспыхивают акциями протеста, которые сопровождаются беспорядками, столкновениями с полицией и волнами общественного раздражения, а популярность радикальных политических сил растет столь стремительно, что французские элиты уже начинают опасаться за устойчивость самой системы.

Экономическая ситуация также далека от благополучной. Инфляция, рост цен на энергоносители, давление на промышленность и снижение покупательной способности населения болезненно ударили по французскому среднему классу, который еще недавно считался опорой социальной стабильности страны. Французский бизнес сталкивается с потерей конкурентоспособности, предприятия сокращают расходы, а обычные граждане все чаще выходят на улицы, выражая недовольство социально-экономической политикой властей. Париж любит читать миру лекции о демократии и правах человека, однако собственное население все чаще демонстрирует полное разочарование действиями руководства страны.

Отдельной и крайне болезненной темой остается миграционный кризис, превратившийся для Франции в одну из наиболее опасных внутренних проблем. Во многих французских городах усиливаются преступность, этнические столкновения и процессы фактического формирования районов, где государство постепенно утрачивает контроль. Французское общество становится все более раздраженным и поляризованным, а споры о безопасности, миграции и национальной идентичности приобретают настолько жесткий характер, что уже раскалывают страну практически по всем политическим линиям.

Политический кризис лишь усиливает общую нестабильность. Макрон сталкивается с серьезным падением популярности, парламент раздроблен, а правительство постоянно оказывается под огнем критики как со стороны левых, так и со стороны правых сил. В результате Франция все больше напоминает государство, которое пытается вмешиваться в дела всего мира, одновременно не справляясь с собственными системными проблемами.

На этом фоне особенно показательно выглядело поведение Макрона в Иреване во время саммита Европейского политического сообщества, где французский лидер, стремясь понравиться армянской аудитории, пообещал поднять тему так называемых «армянских пленных» в телефонном разговоре с Президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым после возвращения в Париж. Телефонный разговор действительно состоялся, однако никакой информации о том, что Макрон поднимал тему «пленных», впоследствии так и не появилось. И это весьма символично. В Париже, да и во многих европейских столицах, уже начали понимать, что разговаривать с Баку языком давления, нравоучений и ультиматумов бессмысленно. Азербайджан проводит независимую политику, не позволяя никому диктовать себе условия, и эта реальность вызывает в части европейских элит все более заметное раздражение.

Но Макрон, судя по всему, продолжает жить в политической логике ушедших эпох, когда Париж действительно мог считать себя центром принятия решений для других государств. Позвонив Александру Лукашенко, французский лидер вновь попытался вмешаться в чужие дела, словно Франция обладает правом указывать суверенным государствам, как им выстраивать собственную внешнюю и оборонную политику.

Возникает закономерный вопрос: с чего вообще Париж решил, что его рекомендации кто-то обязан воспринимать как руководство к действию, особенно в условиях, когда сама Франция погружается в социальный, экономический и политический кризис.

Сегодня все очевиднее становится простая истина. Мир стремительно меняется, и государства, которые десятилетиями привыкли разговаривать с другими в менторском тоне, постепенно сталкиваются с новой реальностью, где их влияние уже далеко не безусловно. И пока Макрон мечется между звонками в Минск, Баку и другие столицы, сама Франция продолжает погружаться в хаос внутренних проблем, требующих немедленного решения.

Парижу давно пора перестать изображать мирового арбитра и заняться собственными делами. Французское руководство должно объяснять своему обществу рост цен, протесты, миграционный кризис и падение уровня безопасности, а не пытаться навязывать свою волю другим странам. И чем быстрее во французских политических кабинетах поймут, что эпоха безоговорочного европейского диктата уходит в прошлое, тем меньше унизительных провалов им придется пережить в будущем.