Французские политиканы вновь выступили с обвинениями против Баку, отстаивая армянские интересы

Активность французских сенаторов и депутатов в поддержку надуманных требований вызывает вопросы о роли армянской диаспоры и лоббистских структур, избирательности европейских оценок и причинах, по которым суверенитет Азербайджана вновь становится мишенью политического давления

Французские политики всех мастей, словно соревнуясь в усердии, продолжают совать нос во внутренние дела Азербайджана, причем аппетиты некоторых из них давно вышли за рамки дипломатического приличия, а стремление поучать суверенное государство приобрело характер навязчивой политической кампании.

Чуть ли не каждый новый день приносит очередное выступление, очередную публикацию или очередное требование в адрес Баку, и всякий раз французские деятели, забывая о собственных государственных границах, берутся судить Азербайджан. Зато Армению, более 30 лет содержавшую и оберегавшую сепаратистский режим на оккупированных азербайджанских территориях, готовы защищать с таким пылом, будто речь идет о личном семейном достоянии.

На днях французский журнал Le Journal du Dimanche опубликовал авторскую колонку сенатора от «Объединения правых за Республику» (Union des droites pour la République, UDR) Гаэль Фронтони под заголовком «Армяне «Нагорного Карабаха»: отказ от них не может быть политикой». Уже само содержание публикации дает представление о том, в какую сторону направлены заботы французского политика, которая, судя по всему, считает недостаточно активной защиту Парижем интересов Армении и армян, по собственной воле покинувших Карабах в сентябре 2023 года.

Мадам Фронтони призывает добиваться освобождения бывших главарей ликвидированного сепаратистского режима, отбывающих заслуженное наказание в Азербайджане, обеспечить условия для безопасного и достойного возвращения армянского населения в Карабах, а также усилить поддержку безопасности Армении. В довершение сенатор выступает за адресные санкции против лиц, которых считает ответственными за серьезные нарушения, и намерена добиваться новых парламентских инициатив.

Спрашивается, с какой стати французский сенатор присваивает себе право определять, кого Азербайджан должен освободить, какие меры ему надлежит принять и каким образом ему следует распоряжаться вопросами, относящимися к его суверенитету и судебной системе? Осужденные в Азербайджане бывшие главари сепаратистского режима для Фронтони, похоже, прежде всего политические символы, вокруг которых удобно выстраивать очередную кампанию давления на Баку.

Недалеко от Фронтони ушла и депутат Европарламента от французской партии «Непокорившаяся Франция» (La France insoumise, LFI) Марина Межер, чьи публикации об Армении, армянах Карабаха и «армянском культурном наследии» регулярно появляются в социальных сетях. Только за последние дни она успела заявить в LinkedIn, что «с каждым днем «режим» Алиева все больше уничтожает «армянское культурное наследие» «Нагорного Карабаха», несмотря на постановление Международного суда ООН», а также сообщить о своем намерении принять участие 28 ноября в Марселе в международном коллоквиуме, посвященном сохранению «армянского культурного и религиозного наследия» на территории так называемого «арцаха».

Межер с завидным постоянством требует освободить армянских военных преступников, обеспечить возвращение армянского населения в Карабах, сохранить то, что она именует «армянским культурным наследием», и призывает Европейский союз усилить политическое и дипломатическое давление на Азербайджан.

Здесь важно и другое. Ссылка на постановление Международного суда ООН не освобождает даже самого ангажированного политика от обязанности точно передавать его содержание и не дает права автоматически объявлять доказанными любые обвинения, которые соответствуют ее политическим взглядам. Международные судебные решения имеют конкретный предмет и пределы, а утверждение о систематическом уничтожении культурного наследия требует фактических доказательств, а не одного лишь повторения обвинений в социальных сетях. Но в выступлениях французских псевдополитиков подобные оговорки, судя по всему, оказываются лишними, когда речь заходит об Азербайджане.

И вот что вызывает недоумение. Франция сама переживает затяжной социальный кризис, сопровождающийся массовыми протестами, столкновениями, поджогами и разграблением магазинов. Диктатура Макрона расходится по швам не по часам, а по минутам. И, казалось бы, французским политикам есть чем заняться у себя дома. Их сограждан волнуют стоимость жизни, состояние государственных услуг, финансирование образования, заработки и безопасность на улицах. Однако часть политического класса Пятой республики находит время для бесконечных поучений Азербайджану, расположенному за тысячи километров от Парижа, и для продвижения требований, которые должны отвечать прежде всего интересам армянской стороны. Любовь ли это к Армении, внезапно затмившая заботу о собственных гражданах? Вряд ли все объясняется одной симпатией.

Здесь явно проглядываются уши армянского лобби и диаспоры, которые давно обзавелись во Франции влиятельными политическими связями и, судя по всему, не ограничиваются одними лишь призывами к солидарности. Когда сенаторы и депутаты наперебой выступают в защиту армянских интересов, из раза в раз продвигают одни и те же требования, участвуют в профильных мероприятиях и добиваются новых парламентских инициатив против Азербайджана, трудно отделаться от мысли, что за этой активностью стоят не только политические симпатии, но и вполне материальная заинтересованность. Неужели французские политики с таким рвением лоббируют армянскую повестку исключительно из любви к Армении, ничего не получая взамен? Вполне резонно предположить, что армянское лобби и диаспора не только обеспечивают своим сторонникам политическую поддержку, но и оплачивают их усердие, превращая антиизербайджанские выпады в выгодное занятие. Похоже, для них интересы армянского лобби давно стали куда более привлекательным предметом заботы, чем интересы французских налогоплательщиков, за счет которых они, между прочим, и занимают свои кресла.

Есть и еще одна сторона этого вопроса, о которой французские защитники армянских интересов предпочитают говорить куда реже. Хорошо ли им известно, что произошло с Агдамом, разрушенным до основания за время армянской оккупации и получившим в международных публикациях название «Кавказской Хиросимы»? Неужели французские политики, столь внимательно следящие за судьбой культурных памятников в Карабахе, не знакомы с масштабами разрушений азербайджанских городов, разграблением домов, уничтожением инфраструктуры и осквернением исторических объектов? Разумеется, они знают об этом, но предпочитают закрывать глаза на преступления армянских оккупантов, поскольку признание масштабов разрушений в Агдаме и других азербайджанских городах неизбежно поставило бы под удар искусственно созданный ими самими образ Армении как исключительно пострадавшей стороны и заставило бы ответить на неудобный вопрос о том, почему судьба азербайджанского культурного наследия вызывает у них столь мало интереса.

Получается удобный для отдельных французских политиков выбор: подробно перечислять претензии к Азербайджану, требовать от него уступок и наказаний, но куда менее охотно вспоминать о последствиях оккупации и правах азербайджанцев, которые десятилетиями были лишены возможности вернуться в свои дома. Такая избирательность не приближает ни примирение, ни восстановление доверия между Арменией и Азербайджаном, а лишь укрепляет Баку в убеждении, что большая часть французского политического истеблишмента по-прежнему смотрит на Южный Кавказ сквозь призму односторонних симпатий.

По всей видимости, рассчитывать на скорое прекращение подобных вмешательств не приходится. Пока ангажированные французские политики будут получать политические и финансовые дивиденды от выступлений против Азербайджана, они продолжат писать обращения, публиковать обвинения и продвигать новые резолюции, независимо от того, насколько далеки их требования от признания суверенных прав Азербайджанского государства. Но пусть не забывают: парламентские трибуны в Париже, Страсбурге или Брюсселе не дают права распоряжаться судьбой другой страны, а симпатия к Армении не превращает надуманные обвинения в установленные факты. Азербайджан не обязан подчинять свои решения ожиданиям продажных иностранных политиков, сколь бы настойчиво они ни пытались представить вмешательство в его внутренние дела как «заботу о справедливости».