Россия пытается реабилитировать свою провальную политику в Южном Кавказе

В Москве пришли к пониманию того, что хотя бы частичное восстановление утраченных позиций в регионе следует начинать именно с нормализации отношений с Баку

Заявление специального представителя президента России Бориса Титова о том, что армянскую продукцию на российском рынке можно легко заменить азербайджанской, на первый взгляд выглядело рядовым эпизодом ухудшающихся отношений между Москвой и Иреваном. Многие разглядели в этом очередной санкционный нажим на Армению в преддверии парламентских выборов и напоминание о цене геополитического выбора. Однако на самом деле речь вовсе не об армянских абрикосах и даже не о европейском крене Иревана. Речь идет о том, что Россия постепенно адаптируется к новой геополитической реальности Южного Кавказа, которую еще несколько лет назад трудно было представить, то есть без карабахского конфликта. Именно это обстоятельство сегодня меняет регион сильнее, чем любые дипломатические заявления последних месяцев.

На протяжении почти трех десятилетий Южный Кавказ существовал по достаточно простой логике. Главным политическим ресурсом здесь была конфликтность. Наличие нерешенного армяно-азербайджанского конфликта превращало регион в объект постоянного внимания крупных держав. Москва выступала гарантом безопасности Армении и посредником, западные государства претендовали на роль арбитров, а сама конфликтная ситуация обеспечивала вовлеченность внешних игроков в региональные процессы. Фактически Карабах был не только территорией конфликта между двумя государствами, он являлся системообразующим элементом всей региональной архитектуры. Именно вокруг него строились политические союзы, стратегии безопасности и дипломатические расчеты.

Конфликт порождал спрос на посредничество, гарантии безопасности, военное присутствие, внешнее покровительство.

Многие настолько привыкли к этой модели, что стали воспринимать ее как неизменную данность. После второй Карабахской войны и полного восстановления Азербайджаном своего суверенитета произошли изменения, масштаб которых до сих пор недооцениваются многими наблюдателями. Большинство аналитиков рассматривают эти события прежде всего через военную или политическую призму. Однако их главное последствие носит структурный характер. Карабахский вопрос перестал быть осью, вокруг которой вращалась вся политическая жизнь Южного Кавказа. Исчезновение прежней конфликтной архитектуры автоматически поставило перед всеми внешними игроками один неудобный вопрос: а что дальше? Чем будет определяться значение государств региона теперь, когда конфликт больше не является его главным содержанием?

Ответ постепенно становится очевидным. Если раньше государства оценивались через их место в системе противоречий, то сегодня все большую роль играют совершенно другие факторы: инфраструктура, логистика, энергетика, транзит и способность обеспечивать движение товаров, капитала и ресурсов. Иными словами, регион начинает жить по законам геоэкономики и Азербайджан оказался подготовлен к такой трансформации. На протяжении многих лет Баку последовательно инвестировал в развитие транспортной инфраструктуры, расширение энергетических проектов и превращение страны в важнейший узел международных коммуникаций. Порты, железные дороги, новые транспортные маршруты, энергетические коридоры - все это создавалось задолго до того, как новая региональная реальность стала очевидной для всех. Сегодня именно эти факторы начинают определять политический вес государства. Не случайно внимание международных игроков все чаще концентрируется вокруг Среднего коридора, который связывает Китай, Центральную Азию, Кавказ и Европу, также возрастает интерес к маршруту «Север-Юг». Именно поэтому значение Азербайджана сегодня растет не только в регионе, но и далеко за его пределами.

Новая эпоха предъявляет новые требования. Поэтому нынешнее охлаждение отношений между Москвой и Иреваном нельзя объяснить исключительно европейским выбором Армении. Это слишком простое объяснение для гораздо более сложного процесса.

Как сказал в беседе с «Бакинским рабочим» директор Центра истории Кавказа Ризван Гусейнов, фактически Россия пожинает плоды собственной неудачной политики в Южном Кавказе, когда попытки одновременно оказывать давление на все государства региона привели к ослаблению ее позиций практически по всему периметру. «В этих условиях Россия вынуждена искать новые способы сохранения своего присутствия в Южном Кавказе. И здесь ключевое значение приобретает Азербайджан, без которого сегодня невозможно обсуждать ни транспортные коридоры, ни энергетические проекты, ни перспективы региональной связности. По всей видимости, в Москве пришли к пониманию того, что хотя бы частичное восстановление утраченных позиций следует начинать именно с нормализации отношений с Баку», - пояснил наш собеседник.

По мнению эксперта, о серьезном политическом сближении пока говорить преждевременно, однако прагматичное сотрудничество отвечает интересам обеих сторон: «Сегодня Россия и Азербайджан могут наращивать взаимодействие в сферах транзита, логистики, сельского хозяйства и торговли. Именно здесь существуют взаимные интересы и минимальный уровень политических рисков».

По словам Р.Гусейнова, для Москвы это еще и вопрос демонстрации собственной востребованности в регионе. «На фоне ухудшения отношений с Арменией России необходимо показывать как внутренней, так и внешней аудитории, что она по-прежнему сохраняет возможности для продвижения своих интересов в Южном Кавказе. В этом смысле развитие экономических связей с Азербайджаном может быть представлено как один из немногих внешнеполитических успехов России на фоне очевидного кризиса российско-армянских отношений», - заключил эксперт.