Как Франция превратилась из мирового учителя в подсудимого

Нет в истории ничего более уязвимого, чем репутация вечного учителя. Государство, которое десятилетиями примеряло на себя роль главного арбитра международной морали и читало лекции о правах и свободах, сегодня само оказалось в западне, в которую угодило по вине собственной беспечности.

И тут оказалось, что учить других глобальным правилам игры гораздо проще, чем справляться с собственными системными кризисами. Когда страна, привыкшая свысока поучать весь мир демократии и порядку, внезапно сама увязла в череде внутренних и внешних скандалов, у ее прежних «учеников» неизбежно возникает множество вопросов.

Теперь громкие нотации сменились судорожными попытками спасти собственное лицо, а статус непогрешимого наставника окончательно разбился о суровую реальность.

Долгое время внешняя политика Франции «планомерно» строилась на менторском тоне и морализаторстве. Однако сегодня эта экспортная модель «идеального государства» столкнулась с жестоким внутренним кризисом, обнажившим глубокие противоречия между глобальной риторикой и реальными делами.

На протяжении долгих лет страна активно «прилагала усилия» и вклинивалась в процессы на Южном Кавказе. Будучи одним из соучредителей бесполезной «Минской группы», призванной на бумаге способствовать миру, она на самом деле открыто проводила антиазербайджанскую политику. Это подтверждают многочисленные «поучительные» резолюции в адрес Баку и «подбадривающие» жесты откровенному армянскому сепаратизму с реваншизмом.

К чему все это привело, знает все мировое сообщество. «Минская группа» отправилась туда, где ей самое место, - в небытие. Выяснилось, что Азербайджан сам, без посторонней помощи, смог восстановить историческую справедливость и теперь уверенно движется в направлении мирного строительства.

А вот Франция, неожиданно для себя, сама оказалась в центре международной дискуссии, причем в уязвимом положении. И теперь уже Баку поднял тему, о которой Париж умалчивал и предпочел бы никогда не говорить, - современный колониализм.

Баку подошел к этой теме основательно, сначала создав мощную платформу - Бакинскую инициативную группу (БИГ). Она объединила представителей движений за независимость из Корсики, Меланезии, Полинезии, Карибского и Антильского регионов.

В нашей столице регулярно проходят международные конференции, где лидеры заморских территорий Франции открыто, без страха обвиняют Париж в культурной ассимиляции, экономическом грабеже и подавлении суверенитета.

Также Азербайджан открыто поддержал коренное население (канаков) во время массовых протестов против избирательной реформы Парижа, что вызвало острую реакцию французских властей.

И надо сказать, что инициатива Баку получила весьма широкий отклик среди народов, которые до сих пор добиваются полноценной реализации своих политических прав. Буквально за несколько лет БИГ превратилась в одну из самых заметных международных площадок по вопросам деколонизации. Здесь обсуждают не какие-то абстрактные политические лозунги, которыми грешили сами французские власти, а конкретные вопросы защиты прав коренных народов, сохранения национальной идентичности и реализации права самостоятельно определять свое будущее. Фактически Азербайджан за довольно короткое время сделал то, что так и не смогли воплотить в жизнь многие международные структуры, - предоставил слово тем, проблемы которых десятилетиями предпочитали не замечать.

Сейчас французские власти в панике обвиняют Азербайджан во вмешательстве во внутренние дела. Тогда возникает целый ряд вопросов. Разве Франция сама не пыталась вмешиваться во внутренние дела Азербайджана? Разве Париж не позиционировал себя «надежным покровителем» Армении, практически одобряя почти тридцатилетнюю оккупацию азербайджанских территорий? Разве французские власти не поддерживали силы, сделавшие сепаратизм инструментом своей политики?

Все оказалось банально просто: бурно рассуждать о правах человека значительно проще, когда речь идет о других. Когда же внимание переключается на собственные промахи в виде заморских территорий, бравада сменяется нервной агрессией и попытками закрыть тему. Вместо открытого диалога, который Париж так настойчиво рекомендует другим, в ход идут проверенные инструменты жесткой цензуры и силового давления.

Когда маска «учителя демократии» спадает, обнажается классическая имперская реакция. Тут же начинается поиск внешнего врага. Вместо признания системных ошибок в Новой Каледонии или на Мартинике французские политики винят во всем «внешнее вмешательство» Баку.

Вместо хваленого компромисса в ход идет силовой ответ. На требования коренных народов о банальном экономическом равенстве Париж отвечает отправкой жандармов и введением комендантского часа.

И как «верх дипломатии» - Франция отзывает послов и переходит на язык ультиматумов, поскольку совсем не привыкла защищаться на поле международного права, где теперь ее саму предметно обвиняют в неоколониализме.

Главный и эффективный итог работы Бакинской инициативной группы состоит в том, что она не занимается поиском конфронтации и не выдвигает ультиматумов. Она делает гораздо более важную вещь - возвращает право голоса тем, кого слишком долго игнорировали и предпочитали не слышать. А в мире должен соблюдаться один из фундаментальных принципов международного права - право народов самостоятельно определять свое будущее.

Франция может продолжать вступать в конфронтацию с Баку, делать громкие заявления и обвинять Азербайджан в политизации неудобной ей темы деколонизации. Но заставить мир вновь молчать - нет. Слишком долго голоса канаков, жителей Французской Полинезии, Мартиники, Гваделупы, Французской Гвианы и других территорий оставались на периферии международной политики. Сегодня они звучат все громче. И во многом именно благодаря Азербайджану вопрос деколонизации перестал быть страницей из учебника истории, превратившись в одну из самых неудобных тем современной мировой политики.

Происходящее сегодня вокруг Франции - это не локальный дипломатический конфликт с Баку, как пытаются представить «образцовые политики», а тектонический сдвиг в международных отношениях. Времена, когда монополия на трактовку прав человека принадлежала исключительно западным столицам, остались в прошлом. Выведя тему современного колониализма на глобальный уровень, Баку наглядно продемонстрировал: суверенитет и международное право - это улица с двусторонним движением. И теперь Парижу придется либо менять свою имперскую ментальность, либо привыкать к роли подсудимого на тех самых трибунах, где он так долго привык проповедовать. Политической кармы никто не отменял.