Почему Никита Михалков объявил войну братьям Гусман

Так уж получилось, что сегодня уже никого не удивляет, когда какой-нибудь деятель искусств пускается в политические рассуждения. Свою точку зрения никому озвучивать не возбраняется. Но это только одна сторона вопроса. Переход через линию вседозволенности чреват довольно ощутимыми последствиями и, как правило, ведет в никуда.

А если застарелый творческий конфликт внезапно перерастает в жесткую идеологическую дуэль, это неизбежно привлекает всеобщее внимание.

В данном конкретном случае разговор пойдет о «бесогоне всея Руси» - авторе проекта с идентичным названием. Многолетнее противостояние Никиты Михалкова с режиссером Юлием Гусманом из-за влияния в киноиндустрии из передачи в передачу «освещалось» во всех подробностях. Теперь же оно переросло в принципиально новую фазу. В июле 2026 года вектор критики сместился на его брата - Михаила Гусмана, превратив обычный спор в громкий, но от этого не менее пафосный разговор о патриотизме и лояльности элит.

Очередной «шедевр» заделавшегося политиком режиссера был посвящен важному событию, происходившему в освобожденной Шуше на Глобальном медиафоруме. Там Михаил Гусман произнес фразу о том, что его «российская командировка длилась 39 лет», после чего он вернулся на родину. Образное выражение бывшего первого заместителя генерального директора Информационного агентства России «ТАСС», который просто хотел подчеркнуть свою неразрывную связь с родным Азербайджаном, в студии Михалкова мгновенно превратилось в «давнишний заговор» и «глубинное подполье».

Не знаю, что сильнее задело «бесогона» в этой простой констатации факта, но «яростная критика» не заставила себя долго ждать. И не нашлось ничего более оригинального, чем разглагольствования про «засланных казачков». И тут уже закрадываются смутные сомнения, что разговор идет не только о Гусмане, но и тысячах других деятелей, оказавшихся в такой ситуации.

В советские годы, по которым так ностальгируют представители старшего поколения, миллионы людей свободно переезжали «от Москвы до Ленинграда и обратно до Москвы», как пелось в популярной песне. Азербайджанцы учились и работали во многих российских городах. Русские приезжали трудиться в Баку, Сумгайыт, Гянджу, создавали семьи и оставались здесь, работали врачами, инженерами, журналистами в том числе - это была нормальная жизнь единого государства, в которой национальность никогда не отменяла профессионализм.

После распада Советского Союза многие из этих людей никуда не уехали. Они продолжили работать, не занимаясь политикой, а просто налаживали культурные связи. Тем самым удалось сохранить человеческое общение между народами, когда политика переживала далеко не лучшие времена.

Так что же вызвало такое подозрение «бесогона»? По его логике, сохранение связи со своей родиной - это уже компрометирующее обстоятельство. Но, спрашивается, с каких это пор слово «командировка» полностью обнуляет понятие искренней лояльности государству? Получается, что любые сентиментальные метафоры о том, что работа в Москве была лишь затянувшимся рабочим визитом, теперь автоматически считываются «бесогоном» как «работа на два фронта».

А ведь именно такие люди, как Михаил Гусман, а вместе с ним огромное количество представителей разных национальностей, на протяжении долгих десятилетий прилагали немало усилий для сохранения профессиональных, культурных и просто человеческих связей между уже самостоятельными государствами, возникшими на месте некогда одной страны. Только благодаря им эти контакты не исчезли даже тогда, когда политики яростно спорили. Они поддерживали сотрудничество, когда отношения переживали непростые периоды. Так зачем подвергать сомнению реальные заслуги людей, ставших живыми мостами между странами и людьми, в прямом смысле прорывавших информационную блокаду?

Автор «критической передачи» прекрасно понимает абсурдность логики, но упорно доказывает обратное - подобные заявления производят впечатление не серьезного анализа, а искусственно выстроенной публицистической «вавилонской башни», рассчитанной скорее на эмоциональный эффект, чем на здравый смысл.

Все поучительные рассуждения «заслуженного бесогона» - палка о двух концах, потому что «железная логика», применяемая сейчас конкретно к Гусману, может плавно переместиться на других, и тогда человек может стать подозрительным лишь потому, что сохранил уважение к своей родине.

Ведь если следовать правилам «барина», любой дипломатический жест, теплые слова о родных корнях или банальная культурная идентичность автоматически превращают человека в потенциального перебежчика. Создавая прецедент, в котором метафора приравнивается к предательству, программа Михалкова незаметно для самой себя ставит под удар всю систему, где уважение к своей малой родине всегда считалось достоинством, а не составом преступления.

Нельзя обойти вниманием и тот факт, что «мохнатый шмель» подвергает сомнению значение многочисленных государственных наград Михаила Гусмана. И это вызывает больше всего вопросов. Пытаясь представить многолетний шлейф государственных орденов журналиста как некое удобное прикрытие, автор «Бесогона» незаметно для себя заходит на опасную территорию. Ведь все эти знаки отличия вручались Михаилу Гусману высшим руководством России за вполне осязаемые заслуги на посту первого замглавы ТАСС. На что же намекает Михалков, фактически ставя под сомнение проницательность самой государственной системы, которая десятилетиями доверяла Гусману ключевые информационные рубежи. В своей бескомпромиссной охоте на «командировочных» главный «заклинатель бесов» страны заигрался в судейство настолько, что начал оспаривать решения тех самых властных институтов, на верность которым он так яростно присягает с последующим намеком на его якобы сомнительную роль.

Сегодня, когда отношения между странами переживают непростой период, особенно важно помнить простую истину: разрушить все можно за секунду, а вот восстанавливать и возрождать доверие приходится годами, да и то не всегда - остается неприятный осадок.

Люди, посвятившие свою жизнь налаживанию мостов, заслуживают уважения. И превращать их происхождение или верность своим корням в повод для подозрений - значит наносить удар не только по конкретным личностям, но и по самой идее взаимного уважения между народами, которые десятилетиями жили общей историей.

Атака на Михаила Гусмана - чистая политика, не терпящая полутонов и метафор. Пытаясь «изгнать бесов» из информационного поля, Никита Михалков незаметно для себя перешел опасную черту, где уважение к своим корням приравнивается к нелояльности. И если эта логика победит, то российским элитам придется привыкать к миру, где любая фраза может стать началом конца. А пока - шоу «бесогона» продолжается, и титры в этой картине сомнительного патриотизма ставить еще слишком рано.