Баку последовательно укрепляет связи между различными региональными пространствами, превращая общность интересов в основу для сотрудничества

Историческая и культурная близость тюркских и мусульманских народов получает новое практическое содержание, а перед государствами открываются возможности для более тесного сотрудничества в экономике, безопасности, транспорте, энергетике, науке и гуманитарной сфере.  Азербайджан выступает одним из активных участников этого процесса

Встреча Президента Азербайджанской Республики Ильхама Алиева с делегацией в составе членов и наблюдателей Совета руководителей мусульманских религиозных управлений Организации тюркских государств, соорганизаторов Международной конференции, посвященной Яхье Бакуви, и членов Высшего религиозного совета народов Кавказа стала еще одним ярким свидетельством особой роли нашей страны в укреплении единства и взаимодействия тюркского и исламского миров.

Выступая перед участниками международных мероприятий, глава государства затронул широкий круг вопросов, включая двойные стандарты международных и европейских структур, последствия многолетней оккупации азербайджанских территорий Арменией, а также необходимость укрепления тюркской и исламской солидарности.

О том, насколько значимы эти процессы для Азербайджана, какую роль Баку уже играет в укреплении связей между тюркским, исламским и кавказским пространствами и какие возможности открывает предстоящий в 2027 году XVI Саммит Организации исламского сотрудничества (ОИС) в интервью «Бакинскому рабочему» рассказала депутат Милли Меджлиса Севиндж Фаталиева.

- В своем выступлении перед участниками международных конференций глава государства вновь поднял вопрос о двойных стандартах европейских структур, отметив, что в течение десятилетий Азербайджан добивался политической оценки армянской оккупации, но так и не получил ее. При этом Президент подчеркнул, что Совет Европы не применил санкции против Армении за оккупацию 20% территории Азербайджана, однако спустя 4 месяца после восстановления Азербайджаном территориальной целостности и ликвидации армянского сепаратизма в отношении Азербайджана были введены конкретные санкции. Чем, на ваш взгляд, обусловлен столь разный подход европейских структур к Армении и Азербайджану?

- Думаю, здесь необходимо разделять правовой и политический аспекты. На протяжении многих лет Азербайджан последовательно исходил из принципа территориальной целостности и требовал от международных институтов одинакового применения тех норм и принципов, которые они сами провозглашают универсальными. Президент Ильхам Алиев в своем выступлении на встрече с участниками международных конференций особо обратил внимание на это же противоречие: десятилетиями Баку добивался политической оценки ситуации, связанной с оккупацией азербайджанских территорий, тогда как после полного восстановления Азербайджаном своего суверенитета реакция ряда европейских структур последовала значительно быстрее. Это и сформировало устойчивое представление об избирательности европейских подходов.

Вместе с тем для объективного анализа необходимо учитывать и аргументы самих европейских институтов. Свои решения в отношении Азербайджана они объясняют вопросами демократии, верховенства закона, прав человека и взаимодействия с мониторинговыми механизмами. Азербайджанская сторона, в свою очередь, расценивает несопоставимость скорости и жесткости этих решений с той реакцией, которая на протяжении долгих лет следовала за оккупацией территорий страны, как проявление двойных стандартов. Поэтому спор идет уже не только вокруг отдельных резолюций. Речь идет о более принципиальном вопросе: насколько одинаково одни и те же нормы применяются в отношении различных государств.

Именно здесь проявляется более широкая проблема современных международных институтов. Если политические решения начинают восприниматься как результат геополитической конъюнктуры, влияния отдельных групп или избирательного применения норм, это неизбежно снижает доверие к самим институтам. Для Азербайджана подобный опыт стал еще одним аргументом в пользу проведения самостоятельной внешней политики: не отказываться от диалога с Европой, но одновременно не ставить защиту национальных интересов в зависимость исключительно от позиции одной группы международных структур.

- Президент Ильхам Алиев подчеркнул, что на протяжении 30 лет Армения получала военную, экономическую и политическую поддержку со стороны крупных держав, которые не стремились решить карабахский конфликт, а хотели затянуть его и фактически сделать армянскую оккупацию вечной. Более того, глава государства заявил, что отсутствие международных санкций в отношении Армении означало фактическое вознаграждение страны-оккупанта. Почему европейские структуры и другие влиятельные международные игроки на протяжении трех десятилетий закрывали глаза на оккупацию азербайджанских территорий, несмотря на соответствующие резолюции Совета Безопасности ООН, и кому в конечном итоге было выгодно сохранение такого положения?

- Карабахский конфликт долгие годы существовал в рамках крайне противоречивой международной конструкции. С одной стороны, имелись соответствующие резолюции Совета Безопасности ООН, подтверждавшие территориальную целостность Азербайджана и требовавшие вывода оккупационных сил с его территорий. С другой - эффективного механизма, способного обеспечить выполнение этих решений, создано не было. В результате между международно-правовой позицией и политической практикой возник глубокий разрыв, сохранявшийся десятилетиями.

На мой взгляд, одна из основных причин заключалась в том, что для многих внешних акторов сохранение управляемого статус-кво представлялось менее рискованным вариантом, чем попытка добиться реального урегулирования. Посредническая дипломатия постепенно превратилась в управление конфликтом: проводились встречи, обсуждались документы, принимались заявления, однако политическая цена сохранения существующей ситуации для посредников была значительно ниже возможных последствий серьезного давления на стороны. В итоге переговорный процесс во многом стал самовоспроизводящимся механизмом, который не устранял первопричину конфликта.

С геополитической точки зрения замороженный конфликт создавал и определенные рычаги влияния на Южном Кавказе. Государства региона оставались зависимыми от посреднических форматов, внешних гарантий и сложившегося баланса между крупными центрами силы. Поэтому главным результатом подобной ситуации была не столько выгода какого-либо одного государства, сколько сохранение самой архитектуры зависимости региона от внешнего посредничества. После 2020 года эта модель начала разрушаться, а после полного восстановления Азербайджаном своего суверенитета логика региональной политики изменилась фундаментально. Сегодня основной вопрос заключается уже не в управлении конфликтом, а в формировании устойчивого межгосударственного мира.

- Особое место в выступлении Президента заняла тема единства тюркского и исламского мира. Азербайджан одновременно является частью тюркского мира и Кавказа и именно поэтому играет особую объединяющую роль. В чем сегодня заключается практическое значение такого положения Азербайджана и какую роль Баку уже играет как одна из важнейших площадок взаимодействия между тюркским и исламским мирами?

- Уникальность позиции Азербайджана заключается в том, что принадлежность страны одновременно к нескольким политическим и культурным пространствам не противоречит друг другу, а, напротив, взаимно дополняется. Азербайджан является тюркским государством, мусульманской страной, государством Южного Кавказа и одновременно активно взаимодействует с европейскими и азиатскими институтами. Благодаря этому Баку служит связующим звеном между различными политическими и географическими пространствами. В условиях, когда международная система становится все более фрагментированной, способность государства одновременно вести диалог с несколькими центрами силы превращается в самостоятельный внешнеполитический ресурс.

Тюркское сотрудничество уже давно вышло далеко за рамки общей истории, языка и культуры. В рамках Организации тюркских государств развиваются связи в экономике, транспорте, энергетике, образовании, цифровизации, гуманитарной сфере и институциональном взаимодействии. То есть речь идет уже не только об общей идентичности, но и о постепенно формирующемся пространстве постоянной координации и конкретных совместных проектов.

Одновременно Азербайджан переносит этот опыт диалога и на более широкое исламское пространство. Баку регулярно принимает политические, религиозные, гуманитарные и межкультурные форумы, стремясь объединять различные региональные и цивилизационные пространства. Сочетание тюркской идентичности, принадлежности к исламскому миру и кавказской географии позволяет Азербайджану предлагать модель, основанную не на противостоянии, а на пересечении интересов. И сегодня одна из наиболее востребованных функций Баку заключается именно в создании площадок, на которых государства, несмотря на политические разногласия, способны находить точки соприкосновения.

- Президент заявил, что Азербайджан стремится укреплять исламскую солидарность конкретными шагами, а предстоящий в Баку саммит ОИС рассматривается как возможность способствовать единству мусульманского мира. Какие возможности открывает для Азербайджана проведение такого саммита и какую повестку Баку способен предложить исламскому миру?

- Проведение крупного саммита в Баку прежде всего дает Азербайджану возможность перевести идею исламской солидарности из плоскости деклараций в сферу практической дипломатии. Речь идет о том, чтобы воспринимать солидарность не только как символическое понятие, но и как механизм совместных действий. Это особенно важно в ситуации, когда внутри исламского мира существуют политические противоречия, различные подходы к вопросам безопасности и конкурирующие региональные интересы.

Одной из ключевых тем такой повестки могло бы стать укрепление политической субъектности мусульманских государств. Исламский мир располагает огромным демографическим, энергетическим и экономическим потенциалом, однако внутренние разногласия нередко ограничивают возможности согласованной защиты общих интересов. Поэтому Баку может предложить прагматичную повестку: расширение экономической взаимосвязанности, транспортных маршрутов и инвестиций, сотрудничество в сфере науки и технологий, образования, продовольственной и водной безопасности, а также усиление координации при реагировании на гуманитарные кризисы.

Другим важным направлением может стать формирование современной интеллектуальной повестки исламского мира. Сюда относится не только борьба с исламофобией и религиозной нетерпимостью, но и противодействие радикализму, межконфессиональным противоречиям и политизации религиозных различий. Азербайджан, обладающий собственным опытом сосуществования различных религиозных общин, может предложить площадку, объединяющую традицию и современность, межрелигиозный диалог и уважение к национальной идентичности.

- Президент Ильхам Алиев подчеркнул, что, когда тюркский мир, Кавказ и исламский мир действуют сообща, «никто не сможет нам навредить и никто не сможет совершать несправедливость в отношении отдельных государств». Как, на ваш взгляд, складывается такое единство на практике и какую особую роль в его укреплении играет Азербайджан?

- Это единство постепенно приобретает институциональный характер. В тюркском пространстве действует Организация тюркских государств и целая система отраслевых механизмов сотрудничества. В исламском мире существует разветвленная институциональная структура многостороннего взаимодействия, а на Кавказе сохраняются региональные форматы и двусторонние отношения. Сегодня основная задача заключается в том, чтобы эти пространства действовали не параллельно друг другу, а взаимно дополнялись.

Особая роль Азербайджана определяется и его географическим положением. Страна находится на пересечении маршрутов, связывающих Центральную Азию, Южный Кавказ, Турцию и далее Европу. Именно поэтому транспортные и энергетические проекты превращают идею политического единства в реальную материальную взаимозависимость. Чем теснее торговые связи между государствами, чем активнее развиваются транспортные коридоры, энергетическая инфраструктура, цифровые коммуникации и контакты между людьми, тем выше заинтересованность всех сторон в стабильности и согласованных действиях.

Наконец, Азербайджан стремится позиционировать себя как площадку, где не создаются новые разделительные линии, а соединяются различные региональные форматы. Практическое значение такого подхода заключается не в формировании закрытого блока, направленного против кого-либо, а в способности государств более скоординировано действовать там, где их интересы совпадают. Это касается обеспечения безопасности, развития торговли и коммуникаций, защиты культурного наследия, противодействия религиозной нетерпимости и урегулирования разногласий путем диалога. Именно такая - не декларативная, а наполненная конкретным содержанием солидарность - способна стать долгосрочным ресурсом как для Азербайджана, так и для более широкого региона.