Какой выбор стоит перед экономикой до 2030 года?

Азербайджан сохраняет крупнейшую экономику Южного Кавказа и располагает серьезными финансовыми, энергетическими и инфраструктурными ресурсами. Однако размер экономики сам по себе еще не гарантирует высоких темпов развития.

Почему ненефтяной сектор растет медленнее своих возможностей, какие преимущества уже есть у страны и какие реформы могут изменить ситуацию к 2030 году, в беседе с корреспондентом «Бакинского рабочего» делится экономист Асиман Гулиев.

- Если убрать нефтегазовый сектор, насколько велик экономический потенциал Азербайджана по сравнению с соседями?

- Когда мы оцениваем экономику без нефтегазовой составляющей, картина выглядит весьма интересно. Так, в позапрошлом году из произведенных в стране 126,3 млрд манатов ВВП на ненефтегазовый сектор пришлось 85,7 млрд манатов, а это около 68% всей экономики. По своему масштабу этот сегмент уже сопоставим с экономиками соседних стран в целом.

Многие считают, что главным преимуществом Азербайджана остаются нефть и газ. Однако даже без учета энергетического сектора страна располагает крупнейшей экономической базой на Южном Кавказе. По номинальному объему ненефтегазовый сектор республики оценивается примерно в $50 млрд, тогда как ВВП той же Грузии в прошлом году составил около $38,1 млрд.

Проблема заключается не в размере экономики. Вопрос в том, насколько эффективно существующие ресурсы превращаются в производительность, экспорт, современные технологии и высокооплачиваемые рабочие места.

- Если потенциал настолько велик, почему по темпам роста нас нередко опережают соседние страны?

- На самом деле здесь важно различать размер экономики и качество ее развития. Скажем, в прошлом году ненефтегазовый сектор Азербайджана вырос на 2,7%, тогда как экономика Грузии показала рост на 7,5%, а экономика Армении - около 7%.

Разумеется, небольшим экономикам проще демонстрировать высокие темпы роста за счет более низкой стартовой базы. Но этим объясняется далеко не все, поскольку причины находятся гораздо глубже.

Грузия сумела быстро развить экспорт услуг, туризм, транспортный сектор, финансовые сервисы. Армения активно использует потенциал информационных технологий, программного обеспечения и профессиональных услуг. Соседние страны достаточно гибко реагируют на изменения внешнего спроса и быстрее адаптируются к новым рыночным условиям.

У Азербайджана гораздо больше финансовых ресурсов, развитая инфраструктура и емкий внутренний рынок. Однако часть этих преимуществ пока не превращается в устойчивый рост несырьевого экспорта и продукции с высокой добавленной стоимостью, и здесь находится главный резерв дальнейшего развития.

- Какие сильные стороны дают нам возможность укрепить позиции в регионе к 2030 году?

- Прежде всего это внутренний рынок. Более крупное население, масштабные инфраструктурные проекты и высокий уровень государственных расходов создают условия для расширения производства. В отличие от соседей, отечественные компании могут развиваться, опираясь не только на внешние рынки.

Второе преимущество заключается в энергетической и транспортной инфраструктуре. Страна располагает современной сетью автомобильных и железных дорог, морским портом, международными аэропортами, промышленными зонами и стабильным энергоснабжением. Такие проекты, как Алятская свободная экономическая зона, Бакинский международный морской торговый порт, коридоры Восток - Запад и Север - Юг, усиливают роль республики в качестве логистического центра региона.

Наконец, третьим важным преимуществом остаются финансовые возможности государства. Значительные валютные резервы, сравнительно низкий государственный долг и доходы от энергетического сектора позволяют финансировать крупные долгосрочные проекты без критической зависимости от внешних кредиторов. Однако решающее значение имеет не объем доступных средств, а эффективность их использования и способность привлекать частные инвестиции.

- При таких ресурсах и возможностях что сегодня больше всего сдерживает развитие ненефтяного сектора?

- Главная проблема связана не столько с нехваткой ресурсов, сколько с качеством экономической среды. У страны есть капитал, инфраструктура, внутренний рынок и выгодное географическое положение. Однако потенциал экономики раскрывается не полностью.

Одним из основных ограничений остается уровень конкуренции. Когда доступ на рынок затруднен, а конкурентная среда недостаточно развита, компании получают меньше стимулов повышать производительность, внедрять новые технологии и искать новые рынки. В результате экономика растет медленнее своих возможностей.

Сохраняется и другая проблема: значительная роль государства в ряде секторов экономики. Там, где государственные структуры одновременно выполняют регулирующие и коммерческие функции, частному бизнесу сложнее расширять инвестиции и наращивать присутствие на рынке. Речь не идет о сокращении роли государства как таковой. Вопрос заключается в более четком разграничении государственных и коммерческих функций.

Серьезным ограничителем остается и финансовая система. Банки в основном кредитуют под существующий залог. Между тем инновационные проекты, стартапы, технологические компании и новые экспортные производства на начальном этапе зачастую не располагают достаточным объемом залогового имущества. В результате перспективные идеи испытывают сложности с финансированием. Помимо банковского кредитования необходимо активнее развивать рынок капитала, венчурные механизмы, экспортное финансирование и инструменты совместного инвестирования государства и бизнеса.

Отдельного внимания требует региональное развитие. Во многих районах реализуются схожие проекты, хотя каждая территория обладает собственными особенностями и конкурентными преимуществами. Экономическая специализация регионов и формирование производственных кластеров могли бы обеспечить гораздо более высокий эффект и повысить отдачу от вложенных средств.

- Насколько проблема кадров влияет на темпы роста экономики?

- Влияние очень существенное. При этом вопрос заключается не только в уровне образования как таковом. Основная трудность связана с разрывом между тем, чему обучают, и тем, что требуется современной экономике.

Количество дипломов само по себе еще не означает наличие квалифицированных специалистов. Экономике нужны конкретные навыки и компетенции, востребованные работодателями. Если выпускник не может найти работу по специальности, а предприятия испытывают дефицит кадров, значит между системой образования и рынком труда существует серьезный дисбаланс.

По этой причине важно оценивать эффективность образовательных учреждений не только по числу студентов и выпускников. Не менее важны показатели трудоустройства, уровень доходов выпускников, их работа по полученной специальности и удовлетворенность работодателей качеством подготовки кадров.

Особое значение приобретают цифровые навыки, инженерные специальности, управление современным производством, логистика, аграрные технологии и сфера информационных технологий. Перечисленные направления способны обеспечить качественный рост производительности и конкурентоспособности экономики в ближайшие годы.

Без инвестиций в человеческий капитал невозможно добиться устойчивого роста ни в промышленности, ни в сельском хозяйстве, ни в высокотехнологичных секторах. В конечном итоге любые реформы реализуются людьми, и именно качество человеческого капитала определяет долгосрочные результаты экономической политики.

- В одном из ваших исследований предлагается достаточно необычная идея - создание Национального совета по контролю производительности. Для чего нужен такой институт?

- Полагаю, одна из ключевых проблем заключается в том, что мы часто оцениваем экономическую политику по объемам затраченных средств, количеству реализованных проектов или числу зарегистрированных предприятий. Между тем гораздо важнее понимать, какой результат дают эти меры.

Национальный совет по контролю производительности мог бы стать независимым аналитическим институтом, который оценивал бы эффективность государственных программ и инвестиций с точки зрения конечного экономического результата.

Например, ежегодно можно анализировать производительность труда, отдачу на вложенный капитал, структуру ненефтяного экспорта, уровень технологичности продукции, ситуацию в регионах и соответствие системы образования потребностям рынка труда.

Особое внимание совет должен уделять развитию предпринимательства. Сегодня обычно сообщается, сколько новых предприятий зарегистрировано за год. Однако гораздо важнее знать, сколько из них реально начали работать, сколько продолжают деятельность через один, три и пять лет, сколько смогли вырасти из микро- в малые предприятия, из малых — в средние, а из средних - в крупные компании.

Для экономики принципиально важно не просто создавать новые фирмы, а формировать устойчивые компании, способные расти, внедрять технологии, выходить на экспортные рынки и создавать качественные рабочие места.

Словом, эффективность государственной поддержки следует оценивать не по количеству выданных льгот или кредитов, а по результату. Каждый манат государственной поддержки должен рассматриваться через призму того, сколько дополнительной стоимости, новых рабочих мест и экспортных доходов он создал. Такой подход позволил бы перейти от оценки процесса к оценке реального экономического эффекта.

- Модель развития, основанная на производительности… Что это означает на практике?

- Главный вопрос заключается не в том, насколько быстро растет ВВП, а в том, какую добавленную стоимость создает экономика. Можно увеличивать объемы производства, инвестиций и расходов, но, если производительность труда и капитала остается низкой, такой рост не обеспечит долгосрочного повышения благосостояния.

Потому в центре экономической политики должна находиться производительность. Необходимо оценивать, какую добавленную стоимость создает каждый работник, каждый гектар земли, каждый кубометр воды и каждый вложенный манат капитала.

Все это требует изменения подходов к распределению государственной поддержки. Инвестиции, субсидии, льготы и государственные заказы должны предоставляться не по факту существования предприятия, а исходя из конкретных результатов. Критериями могут стать рост производительности, экспорт, внедрение технологий, создание рабочих мест и увеличение местной добавленной стоимости.

И такой подход касается всех сфер. В сельском хозяйстве поддержку следует увязывать не только с площадью посевов или объемом производства, но и с урожайностью, качеством продукции и объемом продаж. В образовании необходимо учитывать не число студентов, а востребованность выпускников на рынке труда. В региональной политике акцент следует делать не на количестве реализованных проектов, а на том, какой экономический эффект они создают.

- Какие перспективы открываются перед ненефтяным сектором в ближайшую пятилетку?

- Многое здесь будет зависеть от качества экономической политики, темпов реформ, состояния мировой экономики, развития транспортных коридоров и общей геополитической ситуации.

Если экономика будет развиваться по инерции, среднегодовой рост ненефтегазового сектора может составлять порядка 2 - 3%. В этом случае Азербайджан сохранит лидерство в регионе по размеру экономики, однако преимущества будут постепенно сокращаться, а соседи смогут быстрее сокращать отставание по уровню доходов и производительности.

Сценарий реформ предполагает устойчивый рост на уровне 4 - 5% в год. Такой результат возможен при расширении частных инвестиций, росте экспорта, повышении производительности в сельском хозяйстве, развитии логистики, обрабатывающей промышленности и цифровых услуг. В этом случае страна сможет укрепить свои позиции в качестве ведущей экономики Южного Кавказа.

Есть и более амбициозный сценарий, предусматривающий рост на уровне 6% и выше. Для его реализации необходимы комплексные институциональные преобразования, развитие конкуренции, совершенствование финансовой системы, реформы в сфере образования, повышение эффективности государственных предприятий и ускоренная индустриализация экспортно ориентированных отраслей.

Существует и рискованный сценарий. Если реформы будут откладываться, инвестиционная активность снизится, а внутренний спрос ослабнет, рост может замедлиться до 0 - 2% в год. В таком случае Грузия и Армения смогут значительно быстрее сокращать разрыв по ключевым экономическим показателям.

- Если подытожить беседу, какой следует главный вывод?

- Основная наша проблема заключается не в нехватке потенциала. Страна располагает серьезными преимуществами: энергетическими ресурсами, финансовыми резервами, развитой инфраструктурой, крупным внутренним рынком и выгодным географическим положением.

Сам по себе ненефтегазовый сектор уже представляет собой крупную экономическую систему. В позапрошлом году его объем достиг уровня, сопоставимого с экономиками соседних государств и по ряду параметров превышает их масштабы.

Однако сравнение с Грузией и Арменией показывает важную закономерность. Более крупная экономика не всегда растет быстрее. Наличие ресурсов создает стартовые преимущества, но не гарантирует высокий результат. Решающее значение имеет способность превращать эти ресурсы в производительность, технологии, экспорт и качественные рабочие места.

Так что нашей ключевой задачей становится не просто увеличение масштабов ненефтяного сектора, а изменение его структуры с переходом от модели, основанной на внутреннем спросе и государственных расходах, к преобладающей роли производительности, конкуренции, экспорта, технологического развития и частной инициативы.

И если этот переход будет успешным, Азербайджан сможет стать не только крупнейшей экономикой Южного Кавказа по объему, но и ведущим региональным центром производства, логистики, энергетики и инноваций.