Азербайджан сегодня формирует повестку мира и взаимосвязанности в регионе

8 августа 2025 года по итогам трехсторонней встречи с президентом США Дональдом Трампом в Вашингтоне Президент Азербайджана Ильхам Алиев и премьер-министр Армении Никол Пашинян подписали совместную декларацию об обеспечении мира между Баку и Иреваном, а главы внешнеполитических ведомств Азербайджана и Армении парафировали текст «Соглашения об установлении мира и межгосударственных отношений»

Документ стал важным этапом после десятилетий конфликта и открыл возможность для развития новых транспортных и торговых связей. Для стран Центральной Азии главным результатом стало снижение рисков на западном направлении. Южный Кавказ постепенно становится более стабильным и предсказуемым пространством для развития связей между Азией и Европой.

Своим мнением по поводу нынешней ситуации в регионе в интервью газете «Бакинский рабочий» поделилась старший советник Центра анализа международных отношений и мультикультурализма Роза Байрамлы.

- Есть мнение, что мир между Азербайджаном и Арменией уже вышел за рамки двусторонней повестки. Вы согласны с подобным утверждением?

- Да, я бы согласилась с данным высказыванием. После достигнутых за последний год договоренностей мирная повестка между Баку и Иреваном действительно все в большей степени приобретает значение, выходящее за рамки исключительно двусторонних отношений. Договоренности, достигнутые двумя государствами 8 августа 2025 года в Вашингтоне, стали важным шагом на пути к миру. Они обозначили переход от многолетнего управления конфликтом к формированию новой региональной реальности, основанной на принципах суверенитета, территориальной целостности и взаимного признания. Сегодня значение мирного процесса можно рассматривать в контексте нескольких измерений.

В первую очередь - с точки зрения региональной стабильности. Так, устойчивый мир между Азербайджаном и Арменией фактически устраняет один из наиболее длительных источников нестабильности на Южном Кавказе и создает предпосылки для перехода региона от конфликтной логики к логике сотрудничества.

Второй аспект - это геоэкономическое измерение. Мир между сторонами открывает возможности для разблокирования коммуникаций, расширения торговли и формирования новых транспортных связей. В этом отношении Южный Кавказ становится связующим пространством между Центральной Азией, Каспием, Турцией и Европой. Поэтому реализация новых маршрутов, включая TRIPP, имеет значение не только для Баку и Иревана, но и для более широкой евразийской транспортной архитектуры. Азербайджанская сторона в свою очередь подчеркивает значение этого маршрута для диверсификации торговли и развития связанности всего региона.

Третий аспект - это геополитическое измерение. Сегодня мы наблюдаем растущий интерес к устойчивому миру со стороны США, Евросоюза и других международных партнеров. Причина заключается в том, что стабильный Южный Кавказ непосредственно связан с вопросами энергетической безопасности, транспортной взаимосвязанности и устойчивости маршрутов между Европой и Азией. Показательно, что в документах ЕС сотрудничество с Азербайджаном в сфере мира, транспорта и взаимосвязанности уже рассматривается в более широком контексте, включающем Черное море, Южный Кавказ и Центральную Азию.

Поэтому я бы сказала, что мир между Баку и Иреваном является важной частью более широкой трансформации Южного Кавказа. В этом контексте развитие транспортной и энергетической инфраструктуры Нахчывана показывает, что мирная повестка уже приобретает вполне конкретное геоэкономическое содержание. Открытие новых коммуникаций способно дополнить существующие маршруты и еще больше укрепить роль Азербайджана и Южного Кавказа в связях между Центральной Азией, Турцией и Европой.

- Справедливо ли утверждение о том, что Южный Кавказ постепенно становится более стабильным и предсказуемым пространством для развития связей между Азией и Европой?

- Я нахожу такое утверждение справедливым. Сегодня Южный Кавказ действительно становится более стабильным и предсказуемым регионом, и это напрямую связано с новой реальностью, сформировавшейся после победы нашей страны в 44-дневной Отечественной войне. Именно Баку после завершения конфликта выступил с мирной инициативой и предложил пять базовых принципов нормализации отношений с Иреваном. Последовательная политика Президента Ильхама Алиева привела к тому, что Армения была вынуждена принять сложившиеся реалии и двигаться в направлении мирного урегулирования. Договоренности, достигнутые 8 августа 2025 года в Вашингтоне, стали логическим результатом этого процесса. Таким образом, Азербайджан восстановил свою территориальную целостность и суверенитет, и при этом фактически стал инициатором новой мирной повестки на Южном Кавказе. Это принципиально важно, поскольку на протяжении десятилетий именно нерешенный конфликт был одним из главных факторов нестабильности и препятствовал полноценному раскрытию экономического и транзитного потенциала региона.

Более стабильный Южный Кавказ усиливает свое значение как связующее пространство между Центральной Азией, Каспийским регионом, Турцией и Европой. И в этом смысле Азербайджан сегодня выступает не только как страна, победившая в войне, но и как государство, которое формирует повестку мира, сотрудничества и взаимосвязанности в регионе.

- Есть мнение, что прошедший после вашингтонского саммита год показал, что мир на Южном Кавказе становится не только дипломатическим достижением, но и фактором экономической перестройки для Центральной Азии. Так ли это?

- Да, и здесь особенно важно посмотреть на происходящее с точки зрения Центральной Азии. Для государств региона устойчивый мир на Южном Кавказе означает прежде всего появление более надежного и предсказуемого западного направления для торговли, энергетики и выхода на европейские рынки. В последние годы мы наблюдаем ускоренное развитие Среднего коридора, расширение портовой и железнодорожной инфраструктуры по обе стороны Каспия, цифровизацию таможенных процедур и формирование новых энергетических связей между Центральной Азией и нашей страной. Одновременно Казахстан, Узбекистан и Азербайджан развивают проект «зеленого» энергетического коридора через Каспий, что создает совершенно новое измерение региональной взаимосвязанности. Вашингтонские договоренности придали этим процессам дополнительную перспективу. Возможное открытие новых коммуникаций через Южный Кавказ, в том числе сообщения между основной территорией Азербайджана и Нахчываном, способно дополнить уже существующую инфраструктуру Среднего коридора и расширить количество доступных маршрутов между Центральной Азией, Южным Кавказом и Турцией.

Таким образом, Центральная Азия получает возможность диверсифицировать свои внешнеторговые маршруты. Поэтому чем более предсказуемой становится ситуация на Южном Кавказе и чем больше открывается транспортных и энергетических связей, тем шире возможности Центральной Азии для интеграции в транскаспийские и европейские экономические цепочки.

- Какое значение имеет TRIPP для Центральной Азии?

- Для Центральной Азии TRIPP имеет значение прежде всего как дополнительный маршрут, расширяющий возможности выхода через Каспий, Азербайджан и Южный Кавказ в направлении Турции и Европы. Это соответствует общей стратегии государств Центральной Азии по диверсификации транспортных и торговых путей и снижению зависимости от отдельных маршрутов. При этом важно подчеркнуть, что TRIPP не является альтернативой Баку-Тбилиси-Карс и не снижает ее значения. Напротив, речь идет о формировании нескольких взаимодополняющих маршрутов. БТК остается ключевой железнодорожной артерией Среднего коридора, тогда как TRIPP может создать дополнительное направление через Нахчыван и тем самым повысить пропускную способность, гибкость и устойчивость всей транскаспийской транспортной системы. Для Центральной Азии наличие нескольких маршрутов на запад означает больше возможностей для торговли, более устойчивую логистику и дальнейшее укрепление Среднего коридора в целом.

- Можно ли, говоря в более широком смысле, считать, что мир на Южном Кавказе становится инфраструктурным активом для всего евразийского пространства?

- Да, в более широком смысле с этим можно согласиться. Мир на Южном Кавказе создает условия, при которых географическое положение региона может быть использовано значительно эффективнее. Снижение политических рисков, открытие новых коммуникаций и появление дополнительных маршрутов повышают надежность всей системы связей между Азией и Европой. При этом речь идет не о замене уже существующей инфраструктуры, а о ее дополнении. Средний коридор, Баку-Тбилиси-Карс, каспийские порты и новые маршруты через Нахчыван могут формировать единую взаимодополняющую сеть. Поэтому мир становится как политической ценностью, так и своего рода инфраструктурным активом. Он создает более благоприятную среду для транспорта, энергетики, торговли и инвестиций и тем самым повышает значение Южного Кавказа для всего евразийского пространства.