Венчурный рынок выходит из правового вакуума

У стартапа может быть сильная идея, перспективная технология и команда профессионалов, но без первого капитала даже самый интересный проект часто остается только на стадии разработки. Именно этот барьер многие годы был одной из главных проблем для развития инновационной экономики.

Теперь у нас формируется правовая база, призванная изменить подход к финансированию стартапов и технологических компаний. Милли Меджлис в первом чтении рассмотрел законопроект о внесении изменений в Трудовой и Гражданский кодексы, а также в законы «О валютном регулировании», «О банках», «Об инвестиционных фондах» и «О рынке ценных бумаг».

Документ вводит в законодательство такие понятия, как венчурный капитал, профессиональный и аккредитованный инвестор, венчурный фонд свободной отчетности и лицензируемый венчурный фонд. Таким образом практически создаются разные модели работы для фондов: от более гибких форм регистрации до лицензируемой деятельности.

Но главное значение изменений заключается в том, что закон формирует правила, давно привычные для венчурных рынков в развитых странах.

Одним из важных нововведений станет возможность использования конвертируемых финансовых инструментов. Вследствие этого инвестор сможет вложить средства в стартап не только через прямую покупку доли, но и предоставить финансирование с условием последующего превращения вложений в долю компании.

Для молодых технологических компаний это особенно важно. На ранней стадии зачастую сложно определить точную стоимость бизнеса: у проекта еще нет большой выручки, но есть идея, технология и потенциал роста. Конвертируемый заем позволяет привлечь капитал сейчас, а вопрос распределения долей решить на следующем этапе развития.

Еще один важный механизм - планы долевого и акционерного участия работников (ESOP). Благодаря этому стартапы смогут предлагать сотрудникам не только зарплату, но и возможность получить долю или акции компании в будущем.

Для технологического бизнеса, где квалифицированные специалисты являются одним из главных ресурсов, это весьма эффективный инструмент. Ведь человек становится заинтересован не только в текущем доходе, но и в успехе компании, поскольку рост стоимости бизнеса может увеличить и ценность его доли.

Изменения также предусматривают защиту прав инвесторов. В законодательстве закрепляются такие механизмы, как право совместной продажи, право принудительного выкупа, преимущественная покупка, ликвидационная привилегия и другие инструменты корпоративного управления.

Кроме того, упрощаются отдельные валютные и банковские операции для инновационных проектов, венчурных фондов, аккредитованных инвесторов и участников цифровой экономики, что призвано снизить административные барьеры при зарубежных платежах, привлечении инвестиций, работе с цифровыми сервисами и репатриации доходов.

Сегодня в Азербайджане уже действуют несколько венчурных фондов. Среди них Caucasus Ventures с капиталом около 11,3 млн манатов, ориентированный на ИКТ-проекты, которые уже имеют продукт и первые продажи; SABAH.fund с капиталом $25 млн, инвестирующий в проекты на самых ранних стадиях в сферах финтеха, образования и логистики; а также INMerge Ventures с капиталом $4 млн, созданный при участии крупного бизнеса для поддержки ИТ-проектов с выходом на международные рынки.

Однако до сих пор развитие этого направления сталкивалось с серьезными ограничениями. Как отмечает глава Азербайджанского интернет-форума и IT-эксперт Осман Гюндюз, создание такой законодательной базы ожидалось уже давно.

По его словам, различные варианты документа разрабатывались больше десяти лет, но процесс затягивался из-за разногласий между ведомствами и борьбы за полномочия. При этом важным шагом стало то, что инициативу по доведению законопроекта до парламента взял на себя Центральный банк.

«Главная проблема последних лет заключалась в отсутствии четких правил игры. Без понятной правовой базы полноценный венчурный рынок не мог сформироваться», - отмечает эксперт.

Он обращает внимание, что даже существующие фонды сталкивались с трудностями при работе. В качестве примера О. Гюндюз приводит Caucasus Ventures, при наличии капитала долго не имевший возможности развернуть полноценную деятельность. По словам эксперта, из-за несоответствия прежним нормам законодательства возникали проблемы даже с валютными операциями.

Новый закон, считает он, способен устранить многие из этих барьеров. Однако принятие документа только первый шаг. Не менее важно, как он будет применяться на практике.

Азербайджану, говорит специалист, необходимо сокращать отставание от стран региона в сфере венчурных инвестиций. По его оценкам, в соседних странах объемы вложений в стартапы уже достигали десятков и сотен миллионов долларов, тогда как в Азербайджане рынок развивался гораздо медленнее из-за правовых и административных ограничений.

А государственные структуры должны переходить от формального представления отчетов к более активному взаимодействию с участниками рынка.

С этой точки зрения, новая законодательная база создает возможность для более широкого привлечения частного капитала, появления новых фондов и развития стартап-экосистемы. Но главный результат будет зависеть от того, насколько быстро новые правила превратятся в реальные инвестиции, новые компании и технологические проекты.