Золотая поправка к торговой статистике

Внешнеторговая статистика за первое полугодие демонстрирует ощутимый рост: экспорт увеличился, а профицит торгового баланса достиг рекордных значений. Но статистические данные не отражают полноты происходящего: за макроэкономическими показателями прослеживаются структурные моменты, меняющие общую картину и требующую глубокого анализа.

Ключевое влияние на итоговые результаты оказали операции с золотом, а динамика традиционного экспорта и состояние стратегических резервов свидетельствуют о более сложных внутренних процессах, говорит доктор экономических наук, профессор Салех Мамедов.

О том, почему рекордный торговый профицит не означает автоматического укрепления экономики, и какие выводы позволяют сделать свежие данные статистики, ученый рассказывает в интервью «Бакинскому рабочему».

- Официальная статистика показывает впечатляющий рост экспорта и почти шестикратное увеличение торгового профицита. Насколько результаты шести месяцев отражают реальное состояние внешней торговли?

- Если внимательно посмотреть на структуру экспорта, можно увидеть, что главная причина этого вовсе не рост производства, а операции с золотом. Так, за январь - май Азербайджан экспортировал 23,8 т золота на $3 млрд 636,2 млн. По сравнению с тем же периодом прошлого года физический объем поставок увеличился в 13,6 раза, а стоимость выросла почти в три десятка раз.

Для сравнения, годом ранее экспорт золота составлял около 1,75 т стоимостью примерно $122 млн. Таким образом, прирост золотого экспорта достиг приблизительно $3,5 млрд. И это весьма показательно. Общий экспорт страны за первое полугодие увеличился на $3,442 млрд, т.е. практически весь рост обеспечили поставки драгметалла. И если исключить упомянутую позицию, то можно увидеть, что совокупный экспорт остальных товаров практически не вырос, а по отдельным направлениям даже понизился. В частности, по нефтегазовой сфере он оказался меньше прошлогоднего на $352 млн.

Потому утверждение о росте экспорта на 26,7% лишь формально соответствует статистике. Главный вклад внесли операции с золотом, а не расширение производства или увеличение поставок традиционной экспортной продукции.

- Получается, операции с золотом повлияли не только на экспорт, но и на всю картину внешней торговли?

- Чтобы ответить на вопрос, нужно смотреть на обе стороны торгового баланса. В первой половине прошлого года Азербайджан импортировал около 32,9 т золота на $3,158 млрд. Спустя год значительная часть этого объема была вывезена: за январь - май текущего года экспорт составил 23,8 т стоимостью $3,636 млрд.

Получилась своеобразная зеркальная ситуация. В одном случае крупные закупки золота увеличили импорт и снизили торговое сальдо, в другом - его экспорт резко повысил объем внешних поставок и одновременно улучшил показатели торгового баланса. Вследствие этого официальный профицит внешней торговли достиг почти $7,98 млрд, что почти вшестеро больше, чем годом ранее.

Но исключив из расчета экспорт золота, наш общий экспорт уменьшается до $12,684 млрд, а торговый профицит составляет уже около $4,34 млрд. Если аналогичным образом скорректировать и показатели прошлого года, окажется, что очищенный от крупных золотых операций торговый баланс практически не изменился по сравнению с прошлым годом и даже мог немного сократиться.

При этом важно заметить: пока нет официальной информации о характере самой операции. Таможенная статистика фиксирует экспорт золота, однако это необязательно означает окончательную продажу актива. Речь может идти также о перемещении золота в зарубежные хранилища, аффинаже, залоговых операциях, свопах или изменении формы хранения. Потому делать окончательные выводы о продаже государственных золотых резервов пока преждевременно.

- Привлекает внимание и резкое снижение импорта…

- В структуре импорта по целому ряду товарных позиций произошло снижение. Так, физический импорт легковых автомобилей сократился аж на 40%, а в стоимостном выражении - на 39,3%. Импорт железнодорожных вагонов уменьшился на 34,1%, стальной продукции - на 10,3%, труб из черных металлов - на 0,8%.

Снижение наблюдается и по ряду потребительских товаров. Импорт сливочного масла и других молочных жиров сократился на 1,5%, шоколада - на 15,6%, обуви - на 13%, бытовых кондиционеров - на 20%, риса - на 10%, чая - на 20,4%, картофеля - на 22,5%, полиэтилена - на 9,3%. Но делать вывод, что в стране резко упал спрос, неправильно. И потом, важно понимать структуру импорта.

Частный сектор, наоборот, увеличил закупки за рубежом на $595 млн, или на 9,3%. Основное сокращение произошло за счет государства. Государственный импорт снизился с $4 млрд 135 млн до $644 млн, т.е. уменьшился на $3 млрд 491 млн. И это даже больше, чем общее сокращение импорта, составившее $3 млрд 181 млн. Иными словами, нынешнюю динамику в этом сегменте определило прекращение масштабных государственных закупок золота.

- Впечатляет, что при рекордно возросшем торговом профиците существенно сократились стратегические резервы.

- Обычно солидный профицит внешней торговли ассоциируется с ростом международных резервов. Но сейчас мы наблюдаем другое. На начало года совокупные стратегические валютные резервы составляли около $90,7 млрд, а к концу июня снизились до $85,769 млрд. Таким образом, их объем уменьшился примерно на $4,93 млрд, или 5,4%.

При этом международные резервы Центрального банка увеличились за первое полугодие на $1,64 млрд, в том числе только в июне - на $445 млн.

Сопоставив эти показатели, можно предположить, что основное сокращение пришлось на активы Государственного нефтяного фонда и другие составляющие стратегических резервов. По расчетной оценке, их объем мог уменьшиться примерно на $6,57 млрд, из которых около $3,1 млрд приходится только на июнь. Однако это пока лишь расчет, а не подтвержденный факт.

При этом важно понимать, что торговый баланс и стратегические резервы - разные экономические показатели. Торговое сальдо отражает только экспорт и импорт товаров, тогда как на изменение резервов влияет весь платежный баланс: импорт услуг, выплаты процентов и дивидендов иностранным инвесторам, обслуживание внешнего долга, движение капитала, зарубежные инвестиции государства и бизнеса, трансферты Государственного нефтяного фонда в бюджет, а также изменение стоимости золота, акций, облигаций и валютная переоценка активов.

Потому между торговым профицитом почти $8 млрд и сокращением стратегических резервов почти на $5 млрд нет прямого противоречия. Вместе с тем существенное расхождение требует более глубокого анализа. Окончательные выводы можно будет сделать после публикации отчета Государственного нефтяного фонда за второй квартал и официального платежного баланса за первое полугодие.

- О чем говорит сопоставление внешней торговли с динамикой экономики?

- Оно позволяет понять, почему высокие показатели экспорта практически не отразились на темпах экономического роста. Судя по статистике, за первое полугодие наш ВВП увеличился всего на 0,8%. При этом нефтегазовый сектор сократился на 0,7%, ненефтегазовый вырос на 1,5%, а промышленность - лишь на 0,1%. Если бы экспорт действительно увеличился за счет расширения производства, приведенные макроэкономические показатели выглядели бы совершенно иначе.

Есть еще один немаловажный момент: за январь - май в стране добыли около 1,1 т золота, тогда как экспорт составил 23,8 т.

Получается, более 95% вывезенного золота произвели не в этом году. Следовательно, экспорт обеспечивался главным образом ранее накопленным либо ранее импортированным драгметаллом. Потому мы одновременно наблюдаем четыре, казалось бы, противоречивых показателя: экспорт вырос на 26,7%, торговый профицит приблизился к $8 млрд, ВВП увеличился всего на 0,8%, а стратегические резервы сократились почти на $5 млрд.

На самом деле противоречия здесь нет, и все эти цифры описывают разные экономические процессы.

- Какой вывод можно сделать из всей этой статистики?

- Начнем с того, что текущие внушительные показатели внешней торговли нельзя рассматривать в отрыве от их структуры.

В первом финансовом полугодии страна получила не столько качественно новый экспортный результат, сколько значительный статистический эффект, связанный с изменением направления движения золотых активов.

В минувшем году государство импортировало большие объемы золота, увеличивая импорт и уменьшая торговое сальдо. Теперь же значительную часть этого золота вывезли за рубеж, что одновременно увеличило экспорт и улучшило показатели внешней торговли. И если исключить непосредственно золото, наш торговый профицит, вероятнее всего, остался примерно на уровне прошлого года либо даже несколько снизился.

Что касается стратегических резервов, их сокращение при высоком торговом профиците показывает, что состояние внешней торговли еще не отражает реальное изменение финансовой позиции государства.

Вместе с тем причины уменьшения активов Государственного нефтяного фонда пока нельзя считать окончательно установленными. Версия о влиянии изменения стоимости золота и технологических акций остается рабочей гипотезой. Для окончательных выводов, как уже говорилось, нужен официальный отчет ГНФАР за второй квартал и данные платежного баланса за первое полугодие.