Партнерство с большим потенциалом

Устойчивое экономическое партнерство не может строиться только на торговых потоках. Следующий уровень, который способен определить ее дальнейшую динамику, - инвестиции, промышленная кооперация, энергетика, цифровые технологии и транспортная связанность.

Сегодня вопрос уже не только в том, сколько Азербайджан и Узбекистан продают друг другу. Гораздо важнее, что они могут производить вместе, куда способны совместно экспортировать и как использовать преимущества двух стран для выхода на более широкие рынки. В этом контексте особое значение приобретают инвестиционная компания с капиталом в $500 млн, новые промышленные проекты, сотрудничество в энергетике и развитие Среднего коридора, связывающего Центральную Азию с Каспием, Кавказом и Европой.

Об этом и другом корреспондент «Бакинского рабочего»

продолжает беседу в доктором экономических наук, профессором Салехом Мамедовым.

- Азербайджано-узбекская инвестиционная компания располагает капиталом в $500 млн. Насколько этот ресурс может изменить масштаб экономического партнерства двух стран?

- На самом деле, $500 млн - это серьезная инвестиционная база, особенно если учитывать нынешний объем двусторонней торговли. Но сам размер капитала еще не говорит о результативности. Гораздо важнее, какие проекты будут профинансированы и какую экономическую отдачу они дадут.

Компания создана с участием двух стран: 75% приходится на азербайджанскую сторону, 25% - на узбекскую. Инвестиционный горизонт составляет 5 - 8 лет, целевая доходность заявлена на уровне около 12%. Приоритетными сферами названы промышленность, логистика, агробизнес, туризм, технологии и инфраструктура.

На мой взгляд, наиболее интересными были бы проекты, которые одновременно создают производство, рабочие места и экспорт. Например, предприятия, способные использовать узбекское сырье и производственные компетенции, а затем выходить через Азербайджан на рынки Турции и Европы.

Важно также привлекать частный капитал. Если каждый доллар средств инвестиционной компании будет становиться основой для значительно большего объема частных вложений, эффект окажется гораздо шире первоначального финансирования.

- Одним из наиболее заметных примеров промышленной кооперации стало автомобилестроение. В Гаджигабуле уже выпускаются автомобили Chevrolet и автобусы SamAuto, а стоимость нового предприятия полного цикла оценивается в $84,3 млн. Может ли этот проект стать моделью для других отраслей?

- Потенциально да, но здесь необходимо смотреть не только на объем производства. К июлю позапрошлого года в Гаджигабуле было произведено более 5,3 тыс. автомобилей Chevrolet. Следующий этап гораздо важнее: предприятие стоимостью $84,3 млн должно выйти на более глубокую локализацию.

Если в стране будут выполняться сварка, окраска, производство отдельных компонентов и другие технологические операции, проект начнет формировать собственную промышленную цепочку. Тогда мы получим не просто сборочное производство, а более устойчивую основу для развития машиностроения.

Накопленный опыт можно переносить на другие направления, включая производство комплектующих, электротехническое оборудование, химическую продукцию, строительные материалы. Но в каждом случае необходимо заранее определять долю местных компонентов, объем экспорта и количество создаваемых рабочих мест.

И здесь сотрудничество с Узбекистаном особенно интересно: одна страна получает доступ к производственным возможностям и рынку другой, а обе могут использовать свои преимущества уже не только во взаимной торговле, но и при выходе на третьи рынки.

- Еще одно перспективное направление энергетика. Что может дать двум странам сотрудничество в нефтегазовой сфере, в частности проект по освоению Устюрта?

- Проект имеет значение прежде всего потому, что объединяет возможности трех крупных участников - SOCAR, Uzbekneftegaz и BP. В июле прошлого года было подписано соглашение о разделе продукции, охватывающее шесть геологоразведочных блоков в Устюртском регионе. В нынешнем году BP вошла в проект с долей 40%, тогда как SOCAR и Uzbekneftegaz получили по 30%. Оператором остается SOCAR.

Для Азербайджана это возможность расширить международную деятельность SOCAR, получить опыт работы на новом рынке и использовать свои инженерные и технологические компетенции. Узбекистан получает доступ к опыту SOCAR и BP и возможность привлечь дополнительные технологии в нефтегазовый сектор.

Но здесь важно сохранять реалистичный взгляд. В июле завершились полевые сейсмические работы, однако проект пока находится на стадии разведки. До подтверждения коммерческих запасов говорить о будущих объемах добычи или доходах преждевременно.

Есть и более широкий энергетический проект - создание зеленого энергетического коридора Центральная Азия - Азербайджан - Европа. Если он будет реализован, Азербайджан сможет стать связующим звеном между растущими мощностями возобновляемой энергетики Центральной Азии и европейским рынком.

- А насколько далеко может зайти сотрудничество в новых сферах - цифровых технологиях, финтехе, программном обеспечении? Есть ли здесь уже реальные экономические результаты или пока речь идет главным образом о потенциале?

- Пока правильнее говорить о большом потенциале, чем о сформировавшемся крупном торговом потоке. В отличие от торговли товарами, двусторонние объемы цифровых услуг пока недостаточно отражаются в статистике. Это касается программного обеспечения, облачных сервисов, BPO, финтеха и других направлений.

При этом преимущества двух стран хорошо дополняют друг друга. Узбекистан располагает большим рынком и значительным числом сравнительно недорогих IT-специалистов. Азербайджан имеет опыт развития цифровых государственных услуг, банковских технологий и выхода на рынки Кавказа и Турции.

Здесь можно создавать совместные продукты, а не ограничиваться обменом услугами. Например, развивать финтех-платформы, цифровые решения для сельского хозяйства, системы управления энергетикой, а также совместные IT-компании, которые смогут работать сразу на нескольких рынках.

Если удастся наладить такую кооперацию, цифровая составляющая партнерства может расти гораздо быстрее традиционной торговли. И это особенно важно, поскольку речь идет о секторах с высокой добавленной стоимостью и меньшей зависимостью от физической логистики.

- Если говорить о ненефтяном секторе, какие товары и производства могут стать основой более сбалансированной торговли?

- Возможности в этой сфере достаточно широкие. Узбекистан уже имеет сильные позиции в автомобилестроении, текстильной промышленности, производстве продовольствия, меди и других промышленных товаров. В прошлом году поставки промышленных товаров из Узбекистана в Азербайджан составили $63,4 млн, машин и транспортного оборудования - $49,3 млн, продовольствия - $36,3 млн.

С азербайджанской стороны потенциал связан с химической и нефтехимической продукцией, алюминием, строительными материалами, электротехнической продукцией, продовольствием и промышленными услугами. В прошлом году пищевая продукция составляла $43,2 млн, или 54% экспорта Азербайджана в Узбекистан, промышленные товары - $17,4 млн.

Следующий шаг не просто наращивать эти поставки, а соединять производственные возможности двух стран. Узбекские комплектующие и рабочая сила могут сочетаться с азербайджанскими производственными площадками и логистическими возможностями. Аналогичная модель возможна в химической промышленности, агропереработке и выпуске строительных материалов.

- Насколько важен в этом контексте Средний коридор? Может ли он существенно изменить положение Узбекистана на внешних рынках?

- Безусловно. Узбекистан не имеет выхода к морю, и поэтому транспортная связь через Каспий и Азербайджан приобретает особое значение. Объем узбекских грузов, перевозимых по Среднему коридору, за пять лет удвоился и в минувшем году достиг 1,3 млн тонн. При этом доля грузов, следующих в страны ЕС и из них, выросла с 12% в 2021 году до 28% в прошлом.

Все это показывает, что маршрут уже становится частью внешнеторговой инфраструктуры Узбекистана. Но его конкурентоспособность будет зависеть не только от объема перевозок. На маршруте работают несколько железнодорожных, портовых и судоходных операторов, а тарифы пока недостаточно прозрачны.

Для бизнеса важны скорость и предсказуемость. Если груз несколько раз меняет оператора, перевозчику приходится заново оформлять документы, ждать паром и рассчитывать стоимость отдельных участков маршрута, преимущества коридора снижаются.

- Что необходимо изменить, чтобы этот маршрут стал быстрее и дешевле и одновременно помог расширению торговли между Азербайджаном и Узбекистаном?

- Прежде всего нужна единая логика всего маршрута. Перевозчик должен заранее знать полную стоимость доставки и срок, а груз - иметь единый номер отслеживания от отправителя до конечного получателя.

Большое значение имеет цифровизация документов: электронные накладные, сертификаты происхождения, фитосанитарные и ветеринарные документы должны признаваться всеми участниками маршрута. Не менее важно согласовать тарифы и обеспечить более четкое планирование паромных перевозок через Каспий.

Если эти вопросы будут решены, Средний коридор станет не просто альтернативным транспортным маршрутом. Он сможет поддержать новую модель торговли, при которой узбекская продукция получает более удобный выход через Азербайджан в Турцию и Европу, а азербайджанские товары и услуги - более широкий доступ к Центральной Азии.

- Вы затронули практически все основные направления экономического сотрудничества. Какую роль в их развитии может сыграть Организация тюркских государств?

- Потенциал здесь достаточно большой. Азербайджан и Узбекистан могут использовать площадку ОТГ не только для политического и культурного взаимодействия, но и для продвижения конкретных экономических проектов. Это касается упрощения торговли, цифровизации таможенных процедур, взаимного признания документов, развития транспортных связей и совместного выхода компаний на рынки третьих стран.

Особенно перспективна кооперация, в которой участвуют сразу несколько тюркских государств. Тогда производственные возможности Узбекистана, транспортная инфраструктура Азербайджана и выход через Турцию на европейские рынки могут складываться в единую цепочку. В таком случае ОТГ получает уже вполне практическое экономическое содержание.

- Говоря о сроках до 2030 года, какие показатели позволят понять, что партнерство действительно вышло на новый уровень, а не просто увеличило объем торговли?

- Я бы не ограничивался одной цифрой товарооборота. Да, $1 млрд достижимая цель, но одновременно нужно смотреть, из чего этот миллиард складывается. В качестве ориентиров можно поставить не менее $250 млн ненефтяного экспорта Азербайджана в Узбекистан, около $100 млн взаимной торговли цифровыми услугами и не менее 35% местной добавленной стоимости в совместном производстве.

Инвестиционная компания должна иметь не только заявленный капитал в $500 млн, но и фактически сформированный портфель проектов хотя бы на $400 млн. При этом желательно привлекать не менее $1,5 частного капитала на каждый доллар государственных средств.

Для Среднего коридора важен показатель доставки. Если удастся сократить средний срок перевозки до 7 - 10 дней и полностью перевести таможенные документы в цифровой формат, маршрут станет гораздо привлекательнее для бизнеса.

- И все же, если оставить цифры и конкретные проекты, каким вы видите азербайджано-узбекское экономическое партнерство через пять-десять лет?

- Вижу его как партнерство двух взаимодополняющих экономик. Узбекистан может стать важной производственной площадкой и одним из крупных рынков Центральной Азии, а Азербайджан - связующим звеном с Каспием, Турцией и европейскими рынками.

Но для этого необходимо перейти от модели «одна страна продает другой стране» к модели совместного производства и совместного выхода на внешние рынки. Если появятся устойчивые производственные цепочки, инвестиции, цифровые услуги и новые транспортные возможности, тогда политическое сближение действительно получит прочную экономическую основу.

В этом случае партнерство Баку и Ташкента будет измеряться уже не только объемом товарооборота, а количеством созданных производств, экспортом, технологиями, рабочими местами и присутствием совместных компаний на рынках третьих стран.

Окончание.