Каждый чувствовал, что над его действиями есть контроль

Гейдар Алиев-100
12 Апрель 2023
09:55
882
Каждый чувствовал, что над его действиями есть контроль

Беседа Эльмиры ханым Ахундовой со Светланой Касумовой, государственным и общественным деятелем советского и независимого Азербайджана (1938-2009 гг.)

Статья 9-я, часть 5-я  

Хочу рассказать о том, как  Гейдар Алиевич вел этот прием. Он сказал тосты в адрес всех народов Советского Союза, о каждой республике в отдельности. За Грузию, Беларусь, Узбекистан и т.д. Это были концентрированное выражение и оценка деятельности советского народа. Он говорил о таких вещах, о которых сами первые лица не знали. Это была еще одна демонстрация феноменальности этой личности, его эрудиции, интеллекта. Это надо было слышать! Чувство гордости переполняло каждого из нас оттого, что представитель твоего народа такой эрудированный, все обо всех народах знает и так преподносит свою мысль, свое отношение, так это все работает на общую обстановку. Это было невероятно! Поскольку все были с женами, я была прикреплена к ним, и мы работали по отдельной программе с покойной ныне Зарифой Азизовной.

Пользуясь случаем, хочу выразить свое отношение к памяти Зарифы ханым. Я впервые так близко общалась с ней, когда мы принимали гостей из союзных республик, и, хочешь не хочешь, в разговоре, в необычной обстановке мы сравнивали, что говорит Зарифа Азизовна и что говорит жена другого первого секретаря.

Зарифа Азизовна была уникальной личностью, высококультурной, эрудированной, грамотной и вместе с тем очень простой, человечной. Жены первых лиц из других республик выделяли Зарифу Азизовну, считали, что именно она объединяет, создает такую обстановку, чтобы каждая гостья почувствовала, что такое Азербайджан, азербайджанская женщина. Она являлась символом азербайджанской женщины.  

Зарифа ханым действительно создавала очень хороший климат вокруг себя, она это еще раз продемонстрировала на мероприятиях в связи с 60-летием республики. Каждая из жен очень высоко отзывалась о Гейдаре Алиевиче и его супруге.

 

Решение жилищной  проблемы в республике

С.К.: - В непростых условиях Гейдар Алиевич построил дворец «Республика», Аздраму, которая до 70-х годов размещалась в здании нынешнего Театра музкомедии, а Музкомедия размещалась во Дворце 26 бакинских комиссаров. Одно время из-за отсутствия капитальных вложений по всему Союзу нельзя было строить кинотеатры, дворцы культуры. В этих условиях Гейдар Алиевич добивался средств для строительства таких  объектов.

А решение жилищной проблемы! Вспоминаю, с какой придирчивостью знакомился Гейдар Алиев с планом застройки Баку. Что будет строиться, в какие сроки, какие коммуникации, какая  

инфраструктура - все рассматривалось при личном участии первого секретаря ЦК.

И поселок Мусабекова, и несколько микрорайонов, массивы «Гюнешли», «Ахмедлы», «8-й километр» - это все построено в 70-е годы. В то время, особенно в начале 70-х годов, очень остро стояли социально-бытовые проблемы. На этом фоне обогащаться, строить дома, виллы, работать на себя было аморальным. Эту атмосферу нетерпимости к незаконным делам, незаконному обогащению создал в республике  Гейдар Алиевич.  

К концу 70-х годов жилищная проблема в Баку потеряла свою остроту, коренные бакинцы, живущие в затопленных подвалах, переселились в благоустроенные квартиры. Помню, около 300 с лишним семей жили в невыносимых условиях напротив здания Кабинета Министров. Я изучила там каждую комнатку. Мы доложили в ЦК, и  Гейдар Алиевич решил эту проблему.  

Э.А.: - Вы часто слушали выступления Гейдара Алиева на пленумах, совещаниях. Какое впечатление они производили на слушателей?

С.К.: - Где бы он ни выступал, его оценивали как величайшего профессионала в этой области. Это было невероятно! Во-первых, эти выступления, за редким исключением, он не читал с бумажки, а говорил сам. То есть, он сам работал над своими выступления­ми. Он брал конкретные итоговые данные, анализировал их, давал им оценку.

Во-вторых, он прекрасно знал всю республику, он знал всех людей, знал каждое хозяйство, и поэтому ему было очень легко давать объективную оценку и профессионально выступать.

Я помню мероприятие во Дворце «Республика». Тема была связана с сельским хозяйством.  

Гейдар Алиевич два с половиной часа говорил о развитии сельского хозяйства. Он говорил много и квалифицированно, я видела реакцию людей в зале. Они были воодушевлены. И когда он сказал:

- Torpaq halallıq istəyir. Надо честно работать на земле, работать добросовестно, и тогда земля обязательно воздаст и вознаградит за труд, - я увидела реакцию этих людей, это было действительно торжество веры в руководителя. Верилось, что мы сможем добиться лучшей жизни для себя и для всего народа.

Э.А.: - Борьба с коррупцией воспринималась неоднозначно. В некоторых слоях общества считали, что Гейдар Алиев чересчур закручивал гайки, внедрял много карательных методов. Другие эти строгие меры поддерживали. А как у вас в министерстве?

С.К.: - Впервые при Гейдаре Алиевиче был поставлен вопрос о том, что одними наказаниями навести порядок в торговле невозможно. Был даже проведен специа­льный пленум ЦК об улучшении торгово-бытового обслуживания населения республики, и там прозвучало, что одними карательными мерами нельзя наводить порядок в республике. И тогда как мера борьбы с нарушениями правил торговли, борьбы с сокрытием товара, с обвесом и обмером впервые начали рассматривать проблемы необходимости фасовки товара, создания изобилия, улучшения ассортимента и повышения качества, внедрения новой технологии организации торговли. Вот это было воспринято как программа, как основные направления деятельности.

Э.А.: - Вы были министром торговли. У вас, наверное, госдача была. Вы имели возможность для себя, для сына приобрести мебель, машину. Но ведь тогда это запрещалось партийным работникам. То есть, то, что мы, писатели, могли приобрести вне очереди, для вас было большой проблемой. Гейдар Алиев запрещал защищать диссертации партийным работникам, книги выпускать.

С.К.: - Я сама не смогла защитить диссертацию, потому что была на руководящей работе.

Э.А.: - А было у вас такое желание?

С.К.: - Не то что бы желание. Я окончила аспирантуру, у меня работа была готова. Мне просто не разрешили защититься.

Э.А.: - А по какой теме была работа?

С.К.: - «Философские проблемы математики». У меня два образования: я - математик и политолог. Еще я окончила Академию общественных наук. Но я тогда работала в Бакгорисполкоме и мне не разрешили защититься.

Э.А.: - Это было официальное решение?

С.К.: - Да. Тогда были факты, что некоторые руководящие работники злоупотребляли служебным положением, вместо них кто-то писал научные работы и пр. Когда я была заместителем председателя Баксовета, я жила в однокомнатной квартире в 15 квад­ратных метров. Люди думали, что у меня пятикомнатная квартира. Потом выясняли, что я живу в поселке Мусабекова в однокомнатной квартире.

Потом, когда мне дали квартиру, я купила самую дешевую мебель. Я была министром торговли и имела самую дешевую мебель, которая до сих пор у меня. Я считаю, что, конечно, я немного перебарщивала. Я не купила машину своему сыну, я не купила ему квартиру, не построила дачу. Все это с колокольни сегодняшнего дня звучит не совсем нормально. Но если бы я все это сделала,  

после должности министра торговли меня бы никогда не выбрали секретарем ЦК. Я дважды кавалер ордена Трудового Красного Знамени. Один я получила, когда работала в Баксовете, а другой - когда была министром. В СССР это было уникальным явлением, чтобы министр торговли получил орден. Если в торговле кто-то получал какие-то награды, то, во-первых, не такие высокие, а во-вторых, это были рядовые работники.

Я была единственным министром торговли в СССР, которая была членом ЦК и депутатом Верховного Совета Азербайджана.  

Э.А.: - А вообще, какая была атмосфера в республике? Соглашались с этим люди или было недовольство среди партийных работников?

С.К.: - Во-первых, было понимание, что руководящий работник находится на виду у народа, что все его шаги и действия - и в личном, и в общественно-политическом плане оцениваются ежеминутно населением. Но, с другой стороны - там, где перебарщивали, там возникало какое-то свое, локальное отношение к этому вопросу.

Например, какой-то райком берет человека на работу инструктором. И на собеседовании спрашивали: машина есть, дача есть? Если дача и машина были, личное дело откладывали в сторону.

Это не исходило лично от  Гейдара Алиевича. Кто-то на местах перегибал палку. Но общее требование было таким - руководящий работник должен быть примером. Этого требовал   Гейдар Алиевич. И, конечно, он за этим четко следил. Если кто-то, какой-то министр что-то себе позволял здесь, в республике или за ее пределами, он все знал и принимал соответствующие меры. Это было. Каждый чувствовал, что над его действиями есть контроль. Это характеризовало моральный климат в республике в 70-е годы, с моей точки зрения.

Э.А.: - Большое вам спасибо, Светлана Чингизовна, за теплые и очень ценные воспоминания, которые помогают нынешнему поколению воссоздать атмосферу того времени.

 

(Окончание. Начало в №№58-61)