Каждый чувствовал,что над его действиями есть контроль

Гейдар Алиев-100
08 Апрель 2023
08:06
461
Каждый чувствовал,что над его действиями есть контроль

Беседа Эльмиры ханым Ахундовой со Светланой Касумовой, государственным и общественным деятелем советского и независимого Азербайджана (1938-2009 гг.).

Статья 9-я, часть 3-я 

 

Гости  из Сараево

Еще один пример хочу привести. Я работала в Бакгорисполкоме. Тогда Баку был побратимом с зарубежными городами, в том числе и с Сараево в Югославии. Приехала оттуда партийная делегация, и меня прикрепили к ней. Я их сопровождала по Баку, мы ездили на предприятия, в учреждения. В конце принимает нас Гейдар Алиевич, и первый секретарь горкома партии города Сараево говорит  Гейдар Алиевичу:

- Я знаю, что в Азербайджане будут обеспечены успех и развитие. Я вижу ваш секрет в том, что вы назначаете на руководящие должности людей, которых население знает. Куда бы мы ни пришли, всюду знали Светлану. Пришли на завод - там ее знают. Оказывается, когда она была секретарем горкома комсомола, отчитывалась здесь. Куда-то еще пришли, там она, будучи секретарем горкома партии, что-то решила. Этому мы должны учиться у вас, Гейдар Алиевич, вы подбираете людей, которые уже оставили след, работая на своих предыдущих должностях.

Почему я привела эти два примера? Много было разных разговоров. Но вот на моем примере - я приехала из Гянджи в Баку 16-летней девчонкой. Никаких родственных связей, никаких местнических связей у меня не было. Родители мои были простыми людьми: отец - инженер, мать - агроном. И достигла я всего благодаря Гейдару Алиевичу… Он назначает меня руководителем торговли. К слову, когда он был в Таганроге, где открывали памятник, зашел разговор о торговле и у него спросили:

- Гейдар Алиевич, как вы рискнули назначить министром торговли женщину?

Он ответил:

- У нас женщины очень хорошо относятся к работе. И женщины очень аккуратны, дело доводят до конца. Если ты хочешь, чтобы дело было сделано в срок и на высоком уровне, поручи его женщине.

Мне об этом рассказал, вернувшись из поездки,ныне  покойный министр культуры Закир Багиров. Он был свидетелем этого разговора и, приехав, тут же позвонил мне:

- Светлана, я тебе такую вещь расскажу, чтобы ты знала, какую высокую оценку дал тебе Гейдар Алиевич.

 

Стиль проведения Бюро ЦК.    

Ювелирный завод

Э.А.: - Вы помните, как проходили Бюро ЦК? Когда человека снимали, критиковали, это было обоснованно, то есть ему давали слово, чтобы он ответил, защитил свою позицию? Может, вспомните какой-то интересный эпизод.

С.К.: - Конечно, обоснованно. Гейдар Алиев любил, когда люди, чей вопрос обсуждался на Бюро, приводили в защиту своей позиции доводы, отстаивали свою правоту, предлагали конкретные пути решения проблемы. В таких случаях он мог поменять формулировки и резко изменить ход заседания Бюро.  

В те годы азербайджанская промышленность наращивала мощности, выпускала все больше товаров народного потребления. Правда, качество этих товаров оставляло желать лучшего. Поэтому главная задача заключалась в том, чтобы легкая промышленность работала не на склад, а на потребителя, на рынок. Много жалоб населения поступало на продукцию фабрики имени Володарского, Бакинского ювелирного завода, других предприятий.

Как министр торговли я очень критично анализировала качество выпускаемой продукции. Ежемесячно на заседании Совета Министров Азербайджана заслушивалась моя информация: что за прошедший месяц сделано в торговле,  в том числе какие товары народного потребления поставила промышленность Азербайджана.

Я анализировала очень скрупулезно, невзирая на лица, так как знала положение дел на предприятиях досконально, располагала фактами. Заседание Совета Министров начиналось с моей информации, как правило, критической. Это многим не нравилось. На самый верх пошли жалобы, дескать, промышленность перевыполняет план, а Министерство торговли отказывается реализовывать изделия промышленности. Больше всего жаловались руководители предприятий, например ювелирного завода.  

Мне сказали, что на Бюро ЦК готовится мой вопрос, и что мне, как минимум, дадут выговор или снимут с работы.

И вот на Бюро, после того как доложили, что торговля не берет ювелирные изделия на миллионы рублей, что склады забиты нереализованной продукцией, Гейдар Алиевич поднимает меня.

- Иди к трибуне.

Я стала рассказывать, как мы работаем. А потом говорю:

- Я конкретно скажу по предприятиям. Вот, например, ювелирный завод. Правильно, мы не берем их изделия, потому что в основном - это кольца, серьги из красного, не очень дорогого камня. У нас в Азербайджане покупательная способность выросла, наши женщины хотят иметь бриллиантовые серьги, колье и браслеты с изумрудом, жемчужные ожерелья, кольца с бирюзой. У нас женщина, когда выдает замуж дочку или женит сына, ничего с красным камнем не купит. Все хотят часы с бриллиантовыми камнями. Народ стал хорошо жить и не берет эти изделия. Люди хотят видеть на прилавках серебряные с позолотой ложки, вилки, вазочки. У завода в номенклатуре этого нет. Я неоднократно бывала на этом заводе, посещала склад готовой продукции. Вот здесь полный зал. Пусть скажут, чья-нибудь дочь или жена носит украшения с красными камнями? Никто не носит, и я не куплю. Как же мы можем навязывать это людям? Вы посмотрите на остатки в торговле. В ЦУМе, БУМе на миллионы рублей остатков, в торговле на миллиарды нереализованных товаров. Куда мне столько брать!

- А зачем они с красными камнями делают? -  спрашивает  Гейдар Алиев.

- Гейдар Алиевич, это пользуется спросом в Средней Азии. Но для внутреннего рынка не годится.

Он строго посмотрел на руководителей предприятий, на зампредов Совета Министров и давай их отчитывать:

- Куда вы смотрите? Ведь она правильно говорит. Почему вы не производите изделия с бирюзой? Почему не выпускаете колье, кольца с бриллиантом, с жемчугом?

Когда я вышла, Ефим Григорьевич Гурвич, депутат Верховного Совета, сказал:

- Светлана ханым, между прочим, вас собирались снимать.

А повернулось все наоборот. То есть Гейдар Алиевич, не разобравшись, решения не принимал. Он досконально изучал ситуацию. Причем у него была колоссальная информация, и он умел этой информацией пользоваться.  

 

Уровень и качество  производства товаров

Э.А.: - Что-то в республике изменилось в плане качества товаров народного потребления?

С.К.: - Конечно. Если раньше товары, производимые в Азербайджане, куда-то распределялись насильно, в плановом порядке, то к концу 70-х годов за многими товарами из Азербайджана на всесоюзной ярмарке стояла очередь. И я счастлива об этом сказать, потому что здесь была и доля моего труда.

За шекинским шелком стояла очередь на Всесоюзной ярмарке, просили, умоляли, через секретарей ЦК КПСС воздействовали на меня, чтобы помочь каким-то регионам получить шекинский шелк. До такой высоты поднялось качество производимых товаров.

Винодельческая продукция, плодовоовощная продукция, фарфор, фаянс, ситец. Ведь в Азербайджане была построена красильная фабрика. Ковровый комбинат был построен не только в Гяндже, но и в Нахчыване. Трикотажную фабрику построили в Нахчыване. В Сумгайыте множество фабрик построили. Женщин надо было занять. Химическая промышленность использовала в основном мужской труд, а вот за счет женского труда развивалась легкая промышленность. Строились швейные, текстильные, трикотажные фабрики. За многими нашими товарами выстраивалась очередь на Всесоюзной ярмарке. И наши производители ходили с высоко поднятыми головами. А ведь всего десять лет прошло…

 

Новогодний поход  по магазинам

Э.А.: - Вы с Гейдаром Алиевым по районам ездили?

С.К.: - Я ездила с ним в основном по Баку. И по Баку расскажу один эпизод, характеризующий его отношение к делу.

31 декабря до 11 часов вечера мы вместе с Гейдаром Алиевым ходили по магазинам. Я не видела ни одного руководителя, который 31 декабря до 11 вечера ходил бы по магазинам и смотрел, что народ покупает, достаточно ли масла, мяса, чтобы народ мог отоварить свои талоны и достойно встретить Новый год. Все это было, пока существовал дефицит. Он перед каждым праздником ходил по магазинам. Но мне особенно запомнился вот этот поход 31 декабря. Где-то в двенадцатом часу все магазины еще работали, чтобы люди отоваривали свои талоны.  

А 1 января в половине десятого утра я уже была на своем рабочем месте в Министерстве торговли. У меня селектор, я разговаривала со всей республикой.

Вдруг зазвонил правительственный телефон. Я беру, ну думаю, кто-то звонит, чтобы поздравить меня. А я тут разговариваю, выясняю, сколько машин куда отправили, есть ли молоко в Сумгайыте. Я взяла трубку, говорю:

- Минутку, - кладу трубку и продолжаю разговаривать по селектору. Закончив беседу, беру трубку и говорю:

- Слушаю вас.

А из трубки мне:

- Это Алиев говорит, - он звонил из дома.

Обычно звонил помощник: «С вами будет говорить Гейдар Алиевич». А тут вдруг 1 января половина десятого утра...

Я сначала не поняла:

- Какой Алиев?

- Это Алиев говорит, - повторил он.

Я поняла, что это Гейдар Алиев:

- Извините, Гейдар Алиевич, я не знала, я вас задержала.

Это же надо сказать ему, - «минутку». Но я чувствую, он улыбается. Ему было приятно, что женщина, с которой он вчера расстался в двенадцатом часу ночи, 1 января уже на работе, и он слышал, что я говорю с Сумгайытом, Али-Байрамлы, выясняю, где сколько мяса. Он это все услышал, и, поздравив меня с Новым годом, сказал:

- Я понял по разговору, что ты занята делом. Ну, продолжай...

(Продолжение следует)

(Продолжение.  Начало в №№58,59)