Армянский премьер все еще хочет в ЕС, не теряя Россию

Никол Пашинян все активнее разворачивает Иреван к Брюсселю, рассчитывая при этом сохранить российский рынок и преимущества ЕАЭС. Европейская поддержка растет, отношения с Москвой ухудшаются, а впереди нелицеприятный разговор с Владимиром Путиным

Армения во главе с Николом Пашиняном мечется из угла в угол, пытаясь найти приемлемую для себя точку равновесия в отношениях с Россией и Западом. Сделать это с каждым разом становится все сложнее, потому как прежние связи с Москвой, как бы в Иреване этому ни сопротивлялись, еще слишком глубоки, чтобы от них можно было безболезненно отказаться, однако возвращаться к прежней модели отношений с Первопрестольной армянские власти, судя по всему, уже категорически не собираются.

В столь незавидном положении оказался армянский премьер в преддверии нового разговора с президентом России Владимиром Путиным, о котором стороны 1 сентября в Бишкеке договорились в рамках юбилейного саммита ШОС. В кыргызской столице Пашинян заявил о необходимости «переформатирования» отношений с РФ с учетом новых условий, после чего Москве и Иревану, по всей видимости, еще предстоит продолжить этот напряженный диалог уже в российской столице.

Слово «переформатирование» довольно точно отражает намерения армянского руководства, поскольку речь уже идет не о возвращении к прежнему формату отношений, который безвозвратно остался в прошлом, а о поиске новой модели взаимодействия, способной учитывать накопившиеся за последние годы политико-экономические разногласия и взаимные претензии между Москвой и Иреваном.

Разворот Иревана в сторону Запада, начавшийся сразу после поражения Армении во второй Карабахской войне, как раз и стал главной причиной нынешних трений с Москвой. А куда еще было ехать Пашиняну после Бишкека и перед очередной встречей с Путиным, как не в Париж, где Армения всегда находила особое понимание и сочувствие к своим проблемам?

9 сентября Пашинян посетил Париж для участия в первом Международном космическом саммите, ставшем для поездки вполне подходящим предлогом, а встреча с Эмманюэлем Макроном в Елисейском дворце дала ему возможность не только обсудить дальнейшее развитие стратегического партнерства, но и, что сейчас для Иревана особенно важно, понять, на какую поддержку Парижа он действительно может рассчитывать, если отношения с Москвой продолжат ухудшаться.

Официально Макрон и Пашинян говорили о развитии двусторонних отношений, сотрудничестве в космической сфере и экономике, но, пожалуй, куда важнее в нынешних обстоятельствах выглядит именно тема диверсификации армянской экономики. Для Иревана это уже не просто поиск новых инвесторов и рынков сбыта, а попытка уменьшить зависимость от российских экономических связей, которые еще недавно считались едва ли не безальтернативными. Разворот к европейским рынкам неизбежно будет менять и сам характер отношений с Москвой, поскольку невозможно одновременно сохранять прежнюю экономическую привязку к России и в полном объеме переориентировать торговлю, инвестиции и деловые связи на европейское направление.

Пока же зависимость от российского рынка остается для Иревана не только серьезной экономической проблемой, но и источником все новых разногласий с Москвой.

В последние месяцы РФ ввела масштабные ограничения на ввоз различных видов армянской продукции, прикрывая их санитарными и фитосанитарными нарушениями. Под запреты и ограничения попали овощи, фрукты, цветы, отдельные виды рыбной, алкогольной и молочной продукции, а в ряде случаев российские санкции затронули и транзит подкарантинных грузов через свою территорию. Для армянских производителей, давно привыкших считать российский рынок практически гарантированным сбытом, подобные решения чреваты вполне реальными потерями и заставляют Иреван искать другие направления для своего экспорта. При этом армянские власти не оставляют попыток добиться отмены введенных Москвой ограничений, понимая, что быстро найти равноценную замену российскому рынку все равно не получится.

Поэтому Иреван попытался оспорить российские меры уже на уровне ЕАЭС, заявив, что введенные ограничения не соответствуют действующим соглашениям союза и принципу свободного движения товаров. Для армянской стороны это, мягко говоря, очень чувствительный вопрос, поскольку страна остается участником объединения, рассчитывает на преимущества общего рынка, но одновременно сталкивается с ограничениями со стороны крупнейшего торгового партнера. Пашинян поднимал эту тему и в разговоре с Путиным, призывая найти оптимальное решение, однако пока Москва и Иреван так и не смогли снять возникшие противоречия.

Брюссель, судя по всему, намерен не просто подставить Иревану финансовое плечо из-за возникших торговых разногласий с Москвой, а воспользоваться ситуацией для окончательного перетягивания Армении на свою сторону. Чем болезненнее для армянских предпринимателей становятся российские ограничения, тем весомее выглядит европейская помощь, а значит, тем проще Иревану объяснять собственный разворот уже не только политическими соображениями, но и вполне конкретной экономической выгодой.

В июне Евросоюз выделил €34 млн на поддержку армянского частного сектора, пострадавшего от российских ограничений, а в начале сентября Совет ЕС договорился о временной либерализации торговли с Арменией, которая после вступления новых мер в силу должна охватить около 80% армянского экспорта в Евросоюз.

Для Иревана европейская поддержка стала весомым аргументом в пользу продолжения западного курса. Если раньше переориентация торговли на Запад могла восприниматься преимущественно как политический выбор Пашиняна, то теперь за ним стоят вполне осязаемые возможности, включая финансовую помощь, доступ к европейскому рынку и хотя бы частичную компенсацию потерь от сокращения поставок в Россию. Полноценной заменой российскому рынку Европа, конечно же, пока не стала, но зато у Иревана появляется то, чего раньше практически не было, реальная возможность сокращать зависимость от российского рынка, не оставаясь один на один с неизбежными экономическими потерями.

Москва, разумеется, смотрит на происходящее иначе. Российские власти неоднократно предупреждали Иреван, что движение к вступлению в Евросоюз несовместимо с нынешним участием Армении в ЕАЭС, и дают понять, что сохранить преимущества экономических связей с Россией, одновременно углубляя отношения с Брюсселем, практически невозможно. В Москве прекрасно понимают, что чем больше европейских денег и возможностей получает армянская экономика, тем меньше прежняя зависимость Иревана от РФ может влиять на его внешнеполитический выбор.

Сам Пашинян пока старается не делать окончательного выбора. Он утверждает, что Армения не собирается выходить из ЕАЭС, но одновременно выступает за официальное обращение с заявкой на вступление в Евросоюз. Более того, в конце августа премьер заявил, что отныне Россию уже нельзя называть стратегическим партнером Армении в прежнем понимании. То есть для Москвы проблема уже не в самой диверсификации армянской экономики, а в том, что вместе с ней Пашинян пересматривает и сами отношения с Россией.

С таким нелегким багажом Пашинян теперь и подходит к новому разговору с Путиным. В Париже ему, судя по всему, нужно было не столько в очередной раз подтвердить дружбу с Макроном, сколько выяснить, на что Франция и Евросоюз готовы пойти ради Иревана, если тот окончательно возьмет курс на отход от Москвы.

Теперь очередь за Путиным, которому предстоит понять, что конкретно Пашинян вкладывает в слово «переформатирование» и какую часть отношений с Россией армянский премьер еще намерен сохранить.

Похоже, Пашинян все еще рассчитывает усидеть на двух стульях, сохранив российский рынок, преимущества ЕАЭС и уровень экономического взаимодействия с Россией и одновременно открывая Армении дорогу в Евросоюз. Но чем дальше Иреван продвигается в сторону ЕС, тем труднее становится удерживать этот политический шпагат. А значит, выбор все равно неизбежен. Вопрос лишь в том, кто первым заставит Пашиняна его сделать и что именно он ответит на это в Москве.