Иреван все жестче пересматривает российское военное присутствие

102-я российская база в Гюмри из символа безопасности постепенно превращается для армянской власти в предмет расчета: сколько стоит ее содержание, сколько должна платить Москва и нужна ли она Иревану вообще

По всей видимости, вопрос о судьбе российской 102-й военной базы в Гюмри плотно вошел в повестку властей Армении, причем уже не в качестве отвлеченной темы, а как вполне конкретная проблема, которую в Иреване намерены обсуждать с Москвой.

Еще недавно само присутствие российских военных на армянской земле воспринималось как данность, почти не требующая объяснений. Теперь же представители армянской власти спокойно рассуждают о том, дорого ли обходится содержание базы, стоит ли ее сохранять, можно ли повысить плату за ее размещение и, наконец, что изменится после ее возможного ухода.

Дело в том, что в Иреване российскую базу в Гюмри все чаще воспринимают не только как иностранный военный объект, но и как весьма дорогостоящее удовольствие. Вице-спикер армянского парламента, депутат от правящей партии «Гражданский договор» Ваагн Алексанян заявил, что ее содержание обходится довольно дорого, отдельно упомянув расходы на электроэнергию. Российское военное присутствие в Армении, которое еще недавно преподносилось как едва ли не необходимое условие безопасности страны, сегодня в Иреване обсуждают уже с калькулятором в руках, сопоставляя расходы на содержание базы со стоимостью электроэнергии и российского газа и попутно выясняя, во что вообще обходится Москве и самой Армении ее многолетнее пребывание в Гюмри.

Алексанян, говоря о стоимости содержания базы, отдельно вспомнил компанию «Элсети», которая, по его словам, выписывала лишние деньги за электричество. Выходит, содержание базы и без того считается для Иревана слишком дорогим, а теперь к этим расходам добавляются еще и претензии к оплате электроэнергии. Все это, дескать, еще предстоит обсудить с Москвой.

Но дело, конечно, не только в счетах за электричество. Если армянские власти всерьез готовы обсуждать сохранение базы вместе с ее стоимостью, разговор быстро выходит на гораздо более неприятный для Москвы вопрос: сколько сегодня стоит российское военное присутствие в Армении и что Иреван хочет получить взамен. Должна ли плата за базу расти вслед за ценой российского газа? И если российское присутствие действительно является гарантией безопасности, почему теперь его значение предлагают оценивать прежде всего в деньгах?

Другой депутат от «Гражданского договора» Вилен Габриелян предложил повысить плату за размещение российской базы, если Москва решит увеличить цену на газ, а Алексанян назвал такую идею интересной. В Иреване, таким образом, уже не стесняются напрямую увязывать военное присутствие России с экономическими отношениями двух стран, причем речь идет не о каких-то абстрактных претензиях, а о вполне конкретном расчете: дороже газ - выше плата за базу.

Москва же, судя по всему, пока не собирается делать вид, что российское присутствие в Гюмри стало ненужным. Заместитель главы МИД РФ Михаил Галузин заявил, что Россия не получала от Армении обращений о выводе военной базы и продолжает считать ее важным элементом безопасности Армении и всего Южного Кавказа. Алексанян, в свою очередь, утверждает, что армянские государственные органы также не получали от российской стороны сообщений о подготовке к выводу базы.

То есть формально никто никого пока не выгоняет, и никто не объявляет о добровольном уходе, но разговор об этом уже идет. И это, пожалуй, важнее любых официальных слов.

Алексанян прямо говорит о том, что армянская сторона готова обсуждать с Россией оба варианта - и сохранение базы, и ее вывод. То есть речь идет уже не о том, нужна ли база России, а о том, нужна ли она самой Армении.

Еще жестче прозвучала позиция Алексаняна относительно утверждений, что уход российских военных якобы «развяжет руки» Турции. Он напомнил о событиях 2022 года, и заявил, что не помнит вмешательства российской базы. По его словам, граждане Армении тогда не почувствовали особой разницы между наличием и отсутствием базы, а подобные спекуляции он считает неуместными.

Вопрос, однако, заключается в том, что если в критический момент граждане действительно не почувствовали ожидаемой защиты, то что именно сегодня должно заставлять Армению считать российскую базу незаменимым щитом?

Россия, со своей стороны, дала понять, что готова вывести военных из Армении, если с такой просьбой обратится Иреван. Президент России Владимир Путин прямо заявил о такой возможности. Никол Пашинян позднее фактически подтвердил обратную сторону этой позиции, сказав, что Армения не станет возражать, если соответствующее решение примет сама Москва. В итоге возникла довольно необычная ситуация, когда каждая сторона как будто оставляет решение за другой.

Но решение все равно придется кому-то принимать. И если Армения действительно считает себя суверенным государством, ждать, пока Москва сама определит дальнейшую судьбу своей базы, было бы довольно странно.

Тем более, что вопрос российской военной базы в Гюмри приобрел совсем иной вес после встречи Владимира Путина и Никола Пашиняна на полях саммита ШОС в Бишкеке, по итогам которой тема российского военного присутствия была включена в повестку предстоящих российско-армянских переговоров в Москве. То есть если прежде о судьбе базы говорили преимущественно отдельные представители армянской власти, то теперь этот вопрос вышел непосредственно на уровень двух государств, которым предстоит решать, сохранится ли российский военный объект в Гюмри на прежних условиях или Иреван действительно намерен пересмотреть саму необходимость его присутствия.

К слову, 102-я российская военная база дислоцируется в Армении на основании договора между Москвой и Иреваном от 1995 года. В 2010 году Россия и Армения продлили срок его действия до 2044 года. То есть договоренности рассчитаны еще на многие годы, политически же срок может оказаться гораздо короче, если одна из сторон придет к выводу, что прежняя модель отношений больше ее не устраивает.

Разговор о российской базе происходит в момент, когда отношения Москвы и Иревана переживают, пожалуй, самый тяжелый период за последние годы. Армянские власти все чаще пересматривают прежние договоренности, открыто предъявляют Москве претензии и одновременно ищут новые внешние опоры. Потому вопрос о будущем российской базы в Гюмри уже давно не только о расходах на ее содержание. Речь идет о самом российском военном присутствии и о том, остается ли для нынешнего Иревана прежней ценность этого присутствия.

Коль Иреван действительно намерен идти путем самостоятельной политики, решение предстоит принять ему самому - оставаться форпостом российской военной системы или закрыть эту страницу отношений с Первопрестольной, приняв вместе с решением и ответственность за его последствия.