За правозащитной риторикой NED и HRW - борьба за влияние на суверенные государства

История противостояния Белого дома с Национальным фондом в поддержку демократии (National Endowment for Democracy - NED)  не привела к ликвидации известной некоммерческой структуры, но вынудила ее руководство пересмотреть тактику и оптимизировать привычные механизмы работы.

Действующий под эгидой Конгресса США институт официально позиционирует себя как проводник «демократии по всему миру». Несмотря на возникшие трудности, NED сохраняет активность, удерживая под пристальным наблюдением ряд стран и располагая инструментами влияния на внутриполитические процессы.

Сегодня институт реализует проекты в Азии и Африке, сопровождая развитие национальных политических систем. Особое место в его деятельности занимает мониторинг выборов, который не ограничивается наблюдением: в ход идут отработанные механизмы политического моделирования и опыт профессиональных технологов. Подобная активность продиктована отнюдь не одним лишь интересом к демократическим процессам. Заявленная цель - содействие демократии - на практике нередко предполагает продвижение западных политических моделей и недопущение усиления сил, не вписывающихся в представления внешних кураторов о допустимом политическом курсе. Именно такие силы западные политтехнологи зачастую причисляют к угрозам демократическим ценностям.

Сейчас NED сосредоточен на нескольких направлениях: в Гамбии приближаются президентские выборы, на Филиппинах продвигаются проекты поддержки женщин-парламентариев, а в Украине и Камбодже развернуты антикоррупционные инициативы. Однако за декларациями о поддержке демократии остается неудобный вопрос: в разных странах, включая постсоветское пространство, неоднократно возникали претензии к механизмам расходования американских налоговых средств, выделяемых на подобные программы.

Где-то удавалось заглаживать громкие скандалы, где-то на их почве разгорались нешуточные баталии за спасение репутации самой структуры. 

После жестких нападок Дональда Трампа на систему зарубежной поддержки демократии и прав человека начавшаяся оптимизация повлекла за собой ряд изменений: были заморожены отдельные программы, сокращены бюджеты и ужесточен финансовый контроль. Однако специфика деятельности USAID, NED и других аналогичных структур принципиально не изменилась.

Эти организации продолжают работать за пределами США, диверсифицируя источники финансирования и изыскивая новые ресурсы. Иными словами, интерес американского истеблишмента к внутриполитическим процессам в других странах никуда не исчез. Некоторые зарубежные офисы NED, в том числе в России, Азербайджане и Китае, закрылись, но прекращение работы отдельных представительств еще не означает исчезновения подобных механизмов влияния.

Такие организации, как Human Rights Watch (HRW), NED и ряд других институтов, продолжают внимательно отслеживать ситуацию в разных странах, периодически выступая с критическими оценками в адрес суверенных государств. В центре их внимания - вопросы прав человека, гражданского общества и политического развития.

Представляя собственную трактовку происходящего, эксперты этих организаций регулярно выпускают доклады и оперативные заявления. По мнению критиков подобных публикаций, многие из них содержат предвзятые оценки, а выводы нередко игнорируют национальную специфику и реальный контекст событий.

Речь идет не только о спорных интерпретациях. Односторонние оценки способны затрагивать национальные интересы суверенных государств, усиливать общественно-политическую напряженность и формировать негативный информационный фон. Под видом объективной критики в публичное пространство могут внедряться тезисы, обостряющие внутренние противоречия. Поэтому вопрос о целях и последствиях деятельности подобных структур остается предметом острых дискуссий.

В последнее время HRW активизировала критику по теме так называемых «транснациональных репрессий», сосредоточив внимание на предполагаемых преследованиях журналистов, правозащитников и общественных деятелей. При этом судебные решения в отношении отдельных лиц, обвиненных в попытках изменить конституционный строй и призывах к массовым беспорядкам, организация трактует как свидетельства неправомерных действий властей. Особое внимание вызывает то, что в некоторых случаях речь идет о лицах, находящихся за пределами Азербайджана.

В публикациях HRW азербайджанские власти также обвиняются в том, что они якобы «не предприняли достаточных практических шагов для обеспечения безопасного и достойного возвращения этнических армян», покинувших Карабах после антитеррористических мероприятий сентября 2023 года.

Подобные выводы вызывают вопросы относительно полноты представленного контекста и объективности оценок. Позиция критиков HRW сводится к тому, что ситуацию необходимо рассматривать с учетом всей совокупности обстоятельств, включая события, предшествовавшие сентябрю 2023 года, и право Азербайджана на восстановление своего суверенитета и конституционного порядка. Без всестороннего анализа этих факторов любые односторонние трактовки неизбежно оставляют за рамками существенную часть картины произошедшего.

Однако всезнающие наблюдатели из американского института вновь демонстрируют вопиющую ангажированность, выставляя напоказ собственную предвзятость. Иначе как объяснить, что они до сих пор оперируют термином «Нагорный Карабах», хотя в административно-территориальном делении Азербайджана такой единицы больше не существует?

Американские «правозащитники» добрались и до единой информационной системы цифровой аналитики MİRAS, утверждая, что она находится под контролем спецслужб Азербайджана. По их версии, это создает серьезные риски для конфиденциальности персональных данных граждан.

Между тем нет необходимости углубляться в особенности защиты данных в самих США, чтобы вспомнить громкие скандалы, связанные с масштабной слежкой за гражданами. Американские СМИ неоднократно сообщали о механизмах наблюдения, в которых задействованы различные спецслужбы - от ФБР до Агентства национальной безопасности (NSA). На этом фоне категоричные оценки американских экспертов в адрес других государств выглядят как минимум поводом для вопроса о последовательности применяемых ими критериев.

NED, финансируемый из государственного бюджета США, тем временем продолжает критиковать Азербайджан, затрагивая и вопросы внутреннего законодательства. Особое недовольство фонда вызывает регулирование деятельности неправительственных организаций, в том числе ограничения на прямое иностранное финансирование местных правозащитных и гражданских инициатив. Однако контроль за зарубежными источниками средств - распространенная практика, которую государства используют для защиты национальных интересов и предотвращения внешнего вмешательства. Почему же право на подобные меры ставится под сомнение, когда речь идет об Азербайджане?

NED продолжает поддерживать проекты, связанные не только с развитием гражданского общества, но и с политической повесткой и медиасферой. Под вывеской независимых расследований фонд продвигает направления, соответствующие приоритетам американского истеблишмента. В этом контексте неизбежно возникает вопрос: насколько подобная деятельность независима от интересов государства, которое ее финансирует?

В Азербайджане запланировано около 15 проектов общей стоимостью свыше миллиона долларов. Они охватывают вопросы прав человека, оказание гражданам юридической помощи, развитие независимой журналистики и вовлечение населения в политические процессы. Речь идет не о финансировании всей общественной инфраструктуры, а о поддержке отдельных направлений, способных влиять на формирование общественного мнения.

В рамках этих инициатив создаются информационные материалы и аналитические публикации, которые позиционируются как часть правозащитной деятельности. При этом их воздействие не ограничивается внутренней аудиторией: финансирование предусматривает и формирование представлений об Азербайджане за рубежом. Поэтому принципиальное значение имеют не только заявленные цели проектов, но и прозрачность их финансирования, содержание реализуемых инициатив и степень их зависимости от внешних политических интересов.

Если говорить по существу и опираться на накопленный опыт взаимодействия с этой структурой, то выделяемые ею средства, по оценке критиков NED, направляются преимущественно на поддержку оппозиционных сил и связанных с ними информационных ресурсов. При этом площадки не обязательно должны действовать внутри страны: важно, чтобы их использовали силы, ведущие антиазербайджанскую пропаганду из-за рубежа.

Заявленные цели этих проектов позволяют предположить системную работу по созданию информационных и экспертных площадок, ориентированных прежде всего на оппозиционную повестку и международные центры влияния.

Примечательно, что в проектной сетке NED предусмотрено финансирование публикаций о Карабахе и продвижения дискуссий о региональной безопасности. Таким образом, грантовая деятельность выходит за рамки абстрактного продвижения демократических процедур, затрагивая вопросы национальной идентичности, внешнеполитического курса и трактовки региональных конфликтов. Для азербайджанского общества вопрос принадлежности Карабаха решен восстановлением суверенитета страны, однако в дискуссиях некоторых внешних акторов эта тема по-прежнему остается предметом политических интерпретаций.

Было бы неверно утверждать, что любой иностранный грант заведомо вреден или непременно служит инструментом вмешательства во внутренние дела государства. При прозрачном финансировании и четко определенных целях такая поддержка может приносить пользу. Однако, если грантовые программы ориентированы на политическую мобилизацию и формирование общественного мнения в интересах внешних игроков, они способны превратиться в канал влияния. При этом подобная деятельность по-прежнему может преподноситься как содействие демократии и защите прав человека.

Международный опыт показывает, что иностранное финансирование обладает значительным потенциалом воздействия на общественно-политические процессы. При недостаточной прозрачности оно может использоваться не только для заявленных целей, но и как инструмент политического давления на государственные институты.

Азербайджан постоянно выступает против инициатив внешних институтов, которые под лозунгами поддержки демократии и защиты прав человека осуществляют политику мягкого вмешательства во внутренние дела страны. HRW, NED и другие структуры исключительно действуют в рамках двойных стандартов, реализуя политику геополитического давления Запада на национальный организм.