От культурной общности к стратегическому центру силы

Современный мир вступает в эпоху глубокого исторического перелома. Прежние центры силы постепенно теряют монополию на формирование международной повестки, новые торгово-транспортные маршруты меняют географию влияния, а гуманитарные вопросы все чаще становятся частью большой политики.

В этой формирующейся мировой архитектуре особое место занимает тюркский мир - пространство общей исторической памяти, стратегических интересов, культурной близости и усиливающейся политической субъектности.

О том, почему XXI век может стать веком тюркского мира, как Победа в Карабахской войне изменила политическую ситуацию в регионе, о роли гражданского общества в формировании устойчивой городской среды на фоне проходящего в Баку WUF13 мы беседуем с президентом Фонда дружбы, сотрудничества и солидарности Турции и Азербайджана, профессором Айгюн Аттар.

- Сегодня все чаще звучит мысль о том, что тюркский мир вступает в новый исторический этап. Что, на ваш взгляд, действительно изменилось в последние годы?

- Главное изменение заключается в том, что тюркский мир постепенно выходит за рамки исключительно культурно-эмоциональной общности и переходит к институциональной, политической и стратегической координации. Долгое время тюркская идентичность воспринималась прежде всего через язык, историю, традиции, литературу и духовную память. Все это по-прежнему имеет колоссальное значение. Однако XXI век требует гораздо большего - общей повестки, согласованных действий, экономической взаимосвязанности, информационной устойчивости и способности совместно отвечать на глобальные вызовы.

Организация тюркских государств (ОТГ) стала одним из ключевых инструментов этого перехода. Сегодня она формирует уже не символическую, а практическую основу единства. Речь идет о взаимодействии в сферах транспорта, энергетики, образования, культуры, цифрового развития, молодежной политики и гуманитарной дипломатии. Особое значение в этом контексте приобретает документ «Видение тюркского мира-2040», поскольку он переводит историческое родство в плоскость долгосрочного стратегического планирования.

Сегодня сила государства измеряется не только армиями и объемом экономики. Она определяется способностью формировать смыслы, защищать правду, воспитывать новое поколение, выстраивать транспортные маршруты, контролировать коммуникации и предлагать миру справедливую и устойчивую модель сотрудничества. И у тюркского мира для этого есть уникальные исторические, географические и человеческие ресурсы.

- В Баку недавно прошел II Форум сотрудничества НПО стран - членов Организации тюркских государств. Какова роль гражданского общества в тюркской интеграции?

- Роль гражданского общества в тюркской интеграции является ключевой, поскольку государства прокладывают стратегические маршруты, а общества наполняют их живым содержанием. Дипломатия формирует рамки взаимодействия, подписывает соглашения и определяет направления сотрудничества. Однако подлинное доверие между народами, устойчивые связи между молодежью, экспертным сообществом, журналистами, культурными организациями и учеными формируются именно через гражданское общество.

В современном мире НПО выполняют гораздо более глубокую миссию, чем принято считать. Они работают с исторической памятью, идентичностью, социальной мобилизацией, гуманитарной повесткой и международной коммуникацией. В условиях информационных войн и гибридных угроз гражданское общество фактически становится передовой линией общественной устойчивости.

Для тюркского мира это имеет особое значение. Речь идет о пространстве, которое десятилетиями сталкивалось с внешними интерпретациями, чужими политическими схемами и историческими искажениями. Именно поэтому НПО должны стать носителями интеллектуального сопротивления, гуманитарной солидарности и новой культуры совместного действия.

Форум в Баку наглядно продемонстрировал, что тюркская солидарность постепенно перестает быть лишь политическим лозунгом. Сегодня она все больше превращается в реальную систему контактов, совместных проектов, институционального взаимодействия и общей ответственности. И это уже не символический, а по-настоящему значимый исторический сдвиг.

- В ваших выступлениях часто звучит мысль о Карабахской Победе как о событии, изменившем не только Азербайджан, но и весь регион. В чем заключается ее более широкий смысл?

- Карабахская Победа стала моментом истины: восстановления исторической справедливости, территориальной целостности и государственного достоинства Азербайджана. Но ее значение действительно шире. Она изменила психологию региона, разрушив представление о том, что несправедливость может быть заморожена на десятилетия и затем выдана за «статус-кво».

Азербайджан показал, что международное право должно работать не на бумаге, а в реальной политике. Государство, обладающее политической волей, сильным лидером, единством народа, современной Армией и ясным пониманием своих целей, способно менять ход истории.

После Победы начался новый этап - Великое возвращение. Это уже не военная, а цивилизационная стадия. Люди возвращаются на освобожденные земли, строятся города и села, восстанавливаются дороги, школы, культурные объекты, формируется новая инфраструктура жизни. Карабах становится пространством созидания.

Для тюркского мира это также важный урок: историческая память должна соединяться с государственной мощью, а справедливость - со стратегией. Одних эмоций недостаточно. Необходимы институты, кадры, технологии, дипломатия, международная работа и сильная информационная позиция.

- Одной из актуальных тем последних лет стал Средний коридор. Каково его значение для геополитического будущего тюркского мира?

- Средний коридор - это артерия новой Евразии. Его нельзя рассматривать лишь как транспортный маршрут между Китаем и Европой. За логистикой, торговлей и скоростью доставки стоит более масштабная геополитическая логика.

Кто контролирует маршруты, тот влияет на формирование будущего. В XXI веке дороги - это политика. Железные дороги, порты, энергетические линии и цифровые каналы становятся инструментами влияния.

Средний коридор усиливает стратегическое значение Азербайджана, стран Центральной Азии и всего тюркского мира. Азербайджан в этом процессе занимает особое место: его география стала политическим капиталом, а развитие транспортных направлений открывает новые возможности региональной связности.

Для тюркского мира Средний коридор - это также путь внутреннего сближения, соединяющий экономики, рынки, людей, университеты и культурные инициативы.

- На WUF13 в Баку активно обсуждалась роль гражданского общества в устойчивом градостроительстве. Как вы оцениваете значение этой темы?

- Тема городов сегодня стала частью глобальной безопасности. Город - это не только инфраструктура, но и качество жизни, социальная справедливость, экология, участие граждан и идентичность.

В этом смысле обсуждения на WUF13 имеют особое значение. Азербайджан уже обладает уникальным опытом восстановления освобожденных территорий. В Карабахе и Восточном Зангезуре под руководством Президента Ильхама Алиева формируются новые города и села, где соединяются современные технологии, принципы «умного города», экологический подход и историческая память.

Гражданское общество играет здесь важную роль, помогая в диалоге с населением, социальной адаптации, сохранении культурной среды и развитии местных сообществ. Государство создает инфраструктуру, а общественные институты наполняют ее жизнью.

- Какие главные вызовы стоят перед тюркским миром и его гражданским обществом?

- Первый вызов - информационная безопасность. Войны сегодня ведутся в медиапространстве, социальных сетях, алгоритмах, академических публикациях и цифровых архивах. Если ты сам не формируешь свою историю, ее сформируют за тебя.

Второй вызов - молодежь. Тюркский мир должен воспитать поколение, свободно владеющее языками, знающее историю, понимающее технологии и сохраняющее связь с корнями.

Третий вызов - искусственный интеллект и цифровая эпоха. Необходимо обеспечить присутствие тюркских языков в цифровой среде, развивать архивы, терминологию и научные базы.

Четвертый вызов - координация. Потенциал есть, но он требует системного взаимодействия НПО, университетов, медиа и экспертных структур.

Я убеждена, что тюркский мир находится на пороге исторического шанса. Но этот шанс всегда является и испытанием зрелости. Необходимо превратить солидарность в систему, память - в стратегию, культуру - в силу, а будущее - в общий проект. Только тогда XXI век действительно может стать временем тюркского возрождения.