Дорожная карта развития всего тюркского мира

15 июня исполнилось пять лет со дня подписания Шушинской декларации между Азербайджаном и Турцией. Этот документ не только вывел двусторонние отношения на уровень союзничества, но и имел далеко идущие последствия, оказав заметное влияние на региональную политику и укрепив международные позиции Организации тюркских государств (ОТГ).

Свою оценку этому документу спустя пять лет после его подписания в интервью газете «Бакинский рабочий» дал депутат Милли Меджлиса Эльчин Мирзабейли.

- Как вы оцениваете этот документ спустя пять лет? Смог ли он выполнить поставленные задачи?

- Было бы неправильно рассматривать Шушинскую декларацию исключительно как документ, укрепивший правовую основу азербайджано-турецких отношений. На мой взгляд, это один из важнейших политических актов геополитической интеграции тюркского мира в XXI веке. Не случайно декларация была подписана именно в Шуше. Она стала подтверждением восстановления территориальной целостности Азербайджана, закрепила новые региональные реалии и отразила политическую позицию Турции в процессе их формирования.

Фактически Шушинская декларация превратилась в стратегическую дорожную карту, определившую ключевые направления развития не только Азербайджана и Турции, но и всего тюркского мира. Прошедшие пять лет убедительно доказали, что это не декларативный, а действенный и функциональный документ.

За этот период значительно укрепилась координация между Азербайджаном и Турцией в сфере обороны и безопасности, сотрудничество в области оборонной промышленности вышло на качественно новый уровень, расширилась совместная работа по реализации региональных транспортно-логистических проектов, заметно ускорились интеграционные процессы в рамках Организации тюркских государств. Наряду с этим Баку и Анкара стали еще более последовательно и эффективно поддерживать позиции друг друга на международных площадках.

Одним из важнейших результатов Шушинской декларации стало изменение геополитического статус-кво, сохранявшегося на Южном Кавказе на протяжении многих лет, а также ее влияние на формирование нового регионального баланса сил. Сегодня архитектуру безопасности, энергетические маршруты и коммуникационные проекты Южного Кавказа уже невозможно представить без учета стратегической оси Баку-Анкара.

С этой точки зрения можно с уверенностью говорить о том, что Шушинская декларация успешно выполняет возложенную на нее миссию. Более того, она сохраняет значение ключевого политического и стратегического фундамента азербайджано-турецких отношений и, безусловно, будет определять их развитие на десятилетия вперед.

- Спустя пять лет после подписания Шушинской декларации можно ли говорить о том, что отношения Азербайджана и Турции вышли за рамки стратегического партнерства и фактически приобрели характер полноценного военно-политического союза?

- Представлять азербайджано-турецкие отношения лишь как стратегическое партнерство сегодня уже недостаточно. В действительности речь идет о полноценном военно-политическом союзе. Безусловно, этот союз не является классической моделью военного блока. Здесь нет жестких институциональных механизмов, характерных, например, для НАТО. Однако по своей сути Азербайджан и Турция выступают как два союзных государства, совместно защищающие безопасность, суверенитет и стратегические интересы друг друга.

Об этом свидетельствуют высокая интенсивность совместных военных учений, последовательная гармонизация вооруженных сил, реализация совместных проектов в оборонной промышленности, программы военного образования и постоянная координация по вопросам безопасности.

Не менее важно и то, что азербайджано-турецкое сотрудничество не направлено против какого-либо третьего государства. Его основная цель заключается в поддержании стабильности в регионе, предотвращении угроз и укреплении архитектуры безопасности тюркского мира.

- Обязывает ли Шушинская декларация Турцию в случае внешней агрессии против Азербайджана оказать ему военную помощь, включая возможное применение собственных вооруженных сил?

- К этому вопросу следует подходить как с правовой, так и с политической точки зрения. С правовой точки зрения Шушинская декларация не предусматривает автоматического механизма военного вмешательства, аналогичного статье 5 Североатлантического договора, закрепляющей принцип коллективной обороны. Вместе с тем документ предусматривает проведение скоординированных действий в случае возникновения угроз безопасности одной из сторон, что само по себе имеет большое значение.

С политической точки зрения ситуация выглядит иначе. Отношения между Азербайджаном и Турцией давно вышли за рамки исключительно юридических обязательств. Они опираются на общую историю, национальную идентичность, совпадающие геополитические интересы и высокий уровень взаимного доверия.

На мой взгляд, любая внешняя агрессия против Азербайджана будет восприниматься не только как угроза нашей стране, но и как вызов интересам безопасности Турции. Южный Кавказ занимает важное место в системе стратегических приоритетов Анкары и является одним из значимых элементов ее концепции национальной безопасности.

Поэтому как политические, так и стратегические гарантии того, что Турция окажет Азербайджану всестороннюю поддержку в случае серьезной угрозы, представляются достаточно прочными и убедительными.

- Является ли Турция «средней державой», как и Азербайджан?

- Характеризовать Турцию как «среднюю державу» в современной системе международных отношений не вполне корректно. Сегодня Турция представляет собой влиятельную военно-политическую державу, оказывающую воздействие на процессы на огромном пространстве - от Балкан и Черноморского региона до Ближнего Востока, Африки, Восточного Средиземноморья и Центральной Азии. Во многих случаях Анкара способна не только влиять на развитие региональных событий, но и играть определяющую роль в их формировании.

Турция является членом НАТО, входит в число крупнейших экономик мира в рамках G20, располагает динамично развивающимся оборонно-промышленным комплексом и активно участвует в урегулировании региональных кризисов, выступая посредником на различных международных площадках.

Азербайджан, в свою очередь, утвердился в качестве ведущего государства Южного Кавказа. После Победы в Отечественной войне 2020 года региональный и международный вес нашей страны существенно возрос. Сегодня Азербайджан играет важную роль в вопросах энергетической безопасности, развитии транспортно-логистических маршрутов и углублении интеграции тюркского мира. По ряду направлений его влияние выходит за рамки классического понимания «средней державы».

В целом азербайджано-турецкое сотрудничество строится на принципах взаимного уважения, стратегического партнерства и совпадения долгосрочных национальных интересов.

- Как сопрягаются сферы влияния наших стран в региональной политике?

- На мой взгляд, в данном случае корректнее говорить не о разделении сфер влияния, а о синхронизации геополитических интересов. Исторически концепция сфер влияния была характерна для великих держав, стремившихся разделить между собой регионы и зоны ответственности. Азербайджан и Турция предлагают принципиально иную модель взаимодействия, основанную на сотрудничестве, взаимной выгоде и уважении государственного суверенитета.

Азербайджан занимает ключевое геостратегическое положение на пересечении Южного Кавказа, Каспийского бассейна и Центральной Азии. Турция же выступает важнейшим геополитическим мостом между Европой и Азией. В результате интересы двух стран не конкурируют, а органично дополняют друг друга.

Об этом свидетельствуют развитие Среднего коридора, перспективы открытия Зангезурского коридора, реализация энергетических и транспортно-логистических проектов, а также углубление интеграции в рамках Организации тюркских государств. Все эти процессы формируют единую стратегическую повестку.

Сегодня ось Баку-Анкара становится одним из ключевых факторов не только двустороннего сотрудничества, но и формирования новой геополитической конфигурации Евразии.

- Несмотря на близкие, фактически братские отношения между Азербайджаном и Турцией, в определенной части турецкого общества периодически возникают критические оценки в адрес политики официального Баку. Чем это можно объяснить?

- Братские отношения вовсе не означают полного совпадения взглядов по всем вопросам. Это естественно даже для самых близких союзников. Отдельные решения Азербайджана во внешней политике, в том числе отношения с Израилем, основаны исключительно на национальных интересах нашей страны и выстраиваются в соответствии с нормами и принципами международного права. Такой же прагматичный подход Баку применяет и к другим региональным и глобальным процессам.

Однако некоторые заинтересованные круги в Турции, а порой и группы, находящиеся под внешним влиянием, пытаются перевести подобные вопросы из рациональной плоскости в эмоциональную, используя чувствительные темы в спекулятивных целях. Для Азербайджана подобные технологии не являются чем-то новым. Поэтому азербайджанское общество, как правило, реагирует на подобные дискуссии спокойно и взвешенно, хорошо понимая их истинную природу.

Абсолютное большинство граждан Азербайджана осознает, что государственная политика строится не на эмоциях, а на национальных интересах. Кроме того, Азербайджан является суверенным государством, самостоятельно определяющим свою внешнюю политику. Баку не выступает придатком какого-либо геополитического центра и выстраивает отношения со всеми партнерами исходя из собственных национальных приоритетов.

Самое важное заключается в том, что по всем принципиальным вопросам Баку и Анкара сохраняют единство позиций, демонстрируют политическую волю и способность защищать общие стратегические интересы. Межгосударственные отношения, высокий уровень взаимного доверия, политическая солидарность и взаимная поддержка остаются неизменными.

Сегодня азербайджано-турецкие отношения находятся на самом высоком уровне за всю историю их развития. Их фундаментом являются общая история, культурная близость, совпадающие интересы в сфере безопасности и общее видение будущего.