Азербайджан и ЕС переходят от секторального сотрудничества к многоуровневому стратегическому партнерству

В рамках официального визита Президента Ильхама Алиева в Германию по завершению переговоров были подписаны германо-азербайджанские документы. В частности, Президент Азербайджанской Республики Ильхам Алиев и Федеральный канцлер Федеративной Республики Германия Фридрих Мерц подписали «Совместную декларацию о стратегической повестке двустороннего партнерства между Азербайджанской Республикой и Федеративной Республикой Германия». На мероприятии также была подписана Совместная декларация о создании и деятельности Азербайджано-германского делового совета.

Среди подписанных документов особо стоит выделить Совместную декларацию о стратегической повестке дня, поскольку данный документ закладывает основу качественно нового этапа в азербайджано-германских отношениях. Декларация выводит сотрудничество между двумя странами за рамки отношений по отдельным направлениям, придавая ему единую стратегическую основу, и объединяет политический диалог, экономику, энергетику, безопасность, науку, технологии, образование и гуманитарное сотрудничество вокруг долгосрочной концепции развития. Германия стала второй страной в Западной Европе после Италии, с которой Азербайджан подписал рамочный стратегический документ.

Свою оценку развитию сотрудничества Азербайджана с ЕС в целом и с Германией в частности в интервью газете «Бакинский рабочий» дала политический аналитик Эльмира Талыбзаде.

- Как известно, среди приоритетов внешней политики Азербайджана еще несколько лет назад было выделено сотрудничество с такими организациями, как ОТГ, ОИС и Движение неприсоединения. Какое место во внешней политике нашей страны отведено Евросоюзу?

- Я бы сказала, что Евросоюз занимает одно из центральных мест во внешнеэкономической и геоэкономической стратегии Азербайджана, но при этом Баку не строит отношения с ЕС по модели политической зависимости или односторонней ориентации. О каком-либо процессе, или намерении евроинтеграции в стране, как, например, у наших соседей Грузии и Армении, нет и речи - это принципиальный момент. Азербайджан одновременно развивает отношения с ОТГ, ОИС, Движением неприсоединения, Турцией, Китаем, США и европейскими государствами. Поэтому ЕС для Баку - это не альтернатива другим направлениям, а один из ключевых векторов внешней политики. При этом именно европейское направление обретают особую значимость. К примеру, в 2024 году на ЕС приходилось около 41,2% внешней торговли Азербайджана, а на европейский рынок - 63,3% азербайджанского экспорта. Более того, ЕС является одним из крупнейших торговых партнеров и главным инвестором нашей страны. Однако сегодня произошла заметная трансформация.

Если раньше отношения в значительной степени строились вокруг формулы «Азербайджан - поставщик нефти и газа, Европа - рынок», то сегодня эта формула существенно расширилась. Она охватывает традиционную и «зеленую» энергетику, транспорт, Средний коридор, цифровую взаимосвязанность, инвестиции, критически важное сырье, а также вопросы безопасности и региональной стабильности.

Тем не менее именно энергетический сектор остается наиболее показательным направлением сотрудничества. В 2022 году был подписан Меморандум о взаимопонимании по стратегическому энергетическому партнерству, а Южный газовый коридор стал одним из инструментов диверсификации европейских поставок. Европейский союз рассматривает Азербайджан как стратегического энергетического партнера, обеспечивающего около 5% потребления газа в ЕС, хотя в разные годы этот показатель менялся.

Соответственно, чем больше Европа нуждается в диверсификации энергетики, транспортных маршрутов и цепочек поставок, тем выше геоэкономическая ценность Азербайджана. А чем выше эта ценность, тем более институционализированными становятся отношения Баку и Брюсселя. Поэтому сегодня можно с полной уверенностью говорить о формировании стратегического партнерства, основанного на взаимной заинтересованности.

- Уже около 10 лет между Баку и Брюсселем идут переговоры по проекту нового всеобъемлющего соглашения и несмотря на многочисленные оптимистичные заявления относительно его скорого завершения, данное соглашение все еще не подписано. Что служит препятствием для заключения договора?

- Здесь важно внести уточнение: переговоры о новом рамочном соглашении действительно ведутся с 2017 года - мандат был утвержден в 2016 году, а переговоры стартовали в феврале 2017-го. При этом сегодня стороны уже публично говорят о необходимости скорейшего завершения переговоров. Однако, главная проблема заключается не в отсутствии стратегического интереса друг к другу. Наоборот, интерес сегодня очень высок. На мой взгляд, проблема заключается в том, что у Баку и Брюсселя разное понимание содержания и политической архитектуры будущего соглашения. Дело в том, что для Азербайджана принципиально важны суверенитет, территориальная целостность, равноправие сторон и отказ от политической обусловленности экономического сотрудничества. Для ЕС же традиционно важны вопросы, которые в восприятиях и подходах различны. Здесь не обойтись без участия и влияния определенной группы интересантов, в некоторой степени настроенных антиазербайджански с целью помешать, или замедлить процесс формирования того самого стратегического партнерства, или подписания всеобъемлющего соглашения.

Есть и второй фактор - изменение самого геополитического контекста. Переговоры начинались в одной международной реальности, а сегодня Европа живет в совершенно другой: российско-украинская война, энергетическая перестройка, незатухающие кризисы на Ближнем Востоке, необходимость диверсификации логистики и усиление значения Центральной Азии. Не говоря уже о новой геополитической реальности на Южном Кавказе, созданной Баку. Поэтому, я бы не сказала, что соглашение «заблокировано». Скорее, оно долго адаптируется к новой международной конъюнктуре. И парадокс заключается в том, что именно те обстоятельства, которые раньше усложняли политический диалог, сегодня одновременно создают стимул для его завершения. ЕС нуждается в Азербайджане как в энергетическом и транспортном партнере, а нам нужен предсказуемый и институциональный формат взаимодействия с крупнейшим торговым партнером. В этом контексте, 2026 год я считаю потенциально переломным.

- Можно ли утверждать, что в связи с активизацией деятельности ЕС на Южном Кавказе, в частности вокруг Зангезурского коридора и восстановления железной дороги в Нахчыване, переговорный процесс между Баку и Брюсселем ускорится и договор скоро будет подписан?

- Да, вероятность ускорения процесса объективно повышается, но я бы не связывала эти два события напрямую. То есть, нельзя утверждать, что Брюссель поддерживает конкретные инфраструктурные проекты исключительно ради подписания соглашения. Здесь более глубокая логика.

Например, в январе 2026 года ЕС и Азербайджан договорились активизировать сотрудничество в рамках «Global Gateway» и «Cross-Regional Connectivity Agenda». Совместно с ЕБРР была запущена работа над технико-экономическим обоснованием проекта железной дороги в Нахчыване. ЕС прямо рассматривает транспортную связанность с нашей страной как элемент более широкой стратегии соединения Европы, Южного Кавказа и Центральной Азии.

Еще более важен мартовский саммит 2026 года. В совместном заявлении Антониу Кошта и Ильхам Алиев подчеркнули ключевую роль Азербайджана в региональной связанности, включая Средний коридор, и подтвердили сотрудничество по модернизации ж/д инфраструктуры в Нахчыване наряду с усилиями по реализации TRIPP. Кстати, тогда еще лидеры заявили о приверженности скорейшему завершению переговоров по новому всеобъемлющему соглашению. Я бы провела здесь такую аналитическую цепочку: мирный процесс между Азербайджаном и Арменией - открытие коммуникаций - усиление транспортной связанности - рост значения Среднего коридора - новые экономические интересы ЕС - необходимость более прочной правовой базы отношений Брюсселя и Баку. Поэтому я категорически рассматриваю региональную связанность в качестве важного фактора, ускоряющего переговоры и напрямую на них влияющего. Но, конечно же, не единственного.

Есть еще один важный момент - для Евросоюза Средний коридор - это не только дорога из Китая в Европу. Это часть более широкой стратегии снижения чрезмерной зависимости от отдельных транзитных направлений и формирования устойчивых цепочек поставок. Азербайджан в этой архитектуре находится в исключительно важной географической точке. Вот почему Баку и Брюссель сегодня заинтересованы не просто в том, чтобы «подписать соглашение», а в том, чтобы создать правовую основу для гораздо более масштабного экономического взаимодействия в перспективе.

- Какие страны-члены ЕС могут на сегодня похвастаться наиболее интенсивными отношениями с Азербайджаном?

- Я бы выделила Италию, Германию, Венгрию и, с точки зрения европейской институциональной политики, Бельгию как площадку ЕС. Но интенсивность этих отношений у каждой страны разная и основана на разных интересах.

Италия, к примеру, остается одним из важнейших партнеров Азербайджана прежде всего благодаря энергетике и торговле. Это наш главный покупатель посредством ключевого направления поставок через TAP. Т.е. связи с Италией - это прежде всего энергетика + промышленность.

Сегодня актуальным направлением сотрудничества для нашей страны в европейской среде является Германия. ФРГ представляет особый интерес для Азербайджана, поскольку здесь есть переход от преимущественно энергетического взаимодействия к более комплексному партнерству (инвестиции, промышленность, логистика, транспорт, «зеленая» энергетика и технологии). И именно 21 июля 2026 года этот процесс получил институциональное оформление: Ильхам Алиев и Фридрих Мерц подписали Совместную декларацию о стратегической повестке двустороннего партнерства, а также была подписана декларация о создании Азербайджано-германского делового совета. И эта дата действительно может стать началом новой страницы в отношениях Баку и Берлина. Особенно важно, что сотрудничество выходит за рамки традиционного и охватывает региональные и международные вопросы безопасности, и, в самой декларации зафиксированы направления сотрудничества в сфере культуры, образования, науки, технологий и инноваций. Что тоже важно.

Что касается Венгрии, то она важна для Азербайджана как один из наиболее последовательных партнеров внутри ЕС, в первую очередь - в политическом плане. Транспортное и энергетическое измерения также имеют важное стратегическое значение. Кроме этого, не будем забывать о роли и статусе Венгрии в качестве государства-наблюдателя в Организации тюркских государств, культурная интеграция и т.д.

И, наконец, Бельгия важна прежде всего потому, что именно здесь находятся ключевые институты ЕС. Поэтому отношения с Брюсселем - это отдельное направление, не сводимое к двусторонним отношениям с Бельгией.

- Какую роль во взаимоотношениях между Баку и Брюсселем играет Берлин?

- Роль Германии сегодня существенно выше, чем просто роль одного из 27 государств ЕС. ФРГ может выступать своеобразным мостом между национальным и общеевропейским уровнями политики. Как это долгое время делала Венгрия и Италия. Причин тому несколько. Во-первых, Германия - крупнейшая экономика ЕС и его промышленный локомотив. Во-вторых, ее энергетическая политика оказывает влияние на общеевропейскую стратегию в сегодняшнем ЕС. В-третьих, Берлин имеет значительный политический вес в формировании внешнеполитических приоритетов ЕС. Поэтому углубление германо-азербайджанских отношений автоматически создает дополнительный позитивный контекст для отношений Баку с Брюсселем. И в этом особое роль призвана сыграть упомянутая Совместная декларация о стратегической повестке двустороннего партнерства.

Тем не менее, я бы не стала утверждать, что Германия «решит» в корне вопрос нового соглашения между ЕС и Азербайджаном. Это было бы преувеличением. Но Берлин вполне может создать более благоприятную политическую (!) и экономическую среду, в которой такое соглашение станет проще заключить. Особенно важно, что 11 марта 2026 года Брюссель и Баку уже подтвердили приверженность скорейшему завершению переговоров, в январе ЕС и Азербайджан усилили взаимодействие в рамках «Global Gateway», а в мае состоялся уже 7-й диалог по безопасности. То есть отношения действительно движутся к более структурированной модели и переходят от секторального сотрудничества к многоуровневому стратегическому партнерству. А поскольку Германия, как я уже отметила, является одним из главных политических и экономических центров ЕС, это потенциально усиливает и европейское измерение Азербайджана.