Годовщина как повод напомнить о себе

Как быстро летит время. Кажется, это было вчера, а минул год с того самого момента, когда президент США Дональд Трамп своим указом ликвидировал USAID - Агентство США по международному развитию, которое занималось оказанием помощи за пределами страны. Все полномочия с него были сняты, а программы заморожены.

И вот теперь, в знак вечной солидарности (читай благодарности), газета New York Times, «яркий» сторонник «безвинно пострадавшего» агентства, решила «громогласно» отметить первую годовщину этого печального для некоторых события и разразилась гневной передовицей, обвиняя администрацию Белого дома в геополитической близорукости, а заодно ностальгируя о былых успехах американской дипломатии.

При этом сразу бросилась в глаза одна деталь: разговор шел не о том, как тяжело живется после такого решения тем, кому предназначалась нужная позарез помощь, - их переживания как-то вообще не учитывались. Зато очень подробно были описаны «страдания» рядовых, казалось бы, сотрудников самого агентства.

На примере нескольких «потерпевших» с упоминанием их самих, членов их семей и, самое главное, их годовых доходов с тремя нулями прослеживается свершившаяся «несправедливость», в результате которой теперь «сокращенцы» буквально сводят концы с концами, выживая как последние бомжи на продовольственные талоны и другие программы помощи бедным. А ведь они «честью и правдой» служили организации более двух десятилетий. И получается, что все эти годы они жили себе припеваючи, тратя «зелененькие» направо-налево, и не помышляя о том, чтобы приберечь их на «черный день». Казалось, сытая жизнь будет вечно. Но это все мелочи жизни. Главный вопрос в другом: за какие такие «качества» зарплата рядовых сотрудников агентства превышала ее же у, к примеру, тех же конгрессменов и губернаторов, не говоря о федеральных судьях или профессорах того же Гарварда? И почему эти уникальные навыки и способности оказались не востребованы на рынке после их увольнения?

Если сопоставить зарплаты топ-менеджеров, руководителей партнерских НПО, разного рода субподрядчиков USAID с бюджетом этого агентства, о чем ни словом не обмолвились «защитники» на страницах газеты, то получается, что до целевых групп получателей американской помощи доходило в лучшем случае 17-18% средств. А все остальное оседало в карманах тех самых сотрудников USAID, руководителей партнерских НПО и т.д. Проще говоря, агентство выступало просто ширмой. За красивыми лозунгами о «борьбе с бедностью» скрывалась гигантская бюрократическая машина, а само USAID «обслуживало» узкий круг лиц.

Тут есть о чем подумать и в другом аспекте. Членов конгресса США, губернаторов, президента, вице-президента и т.д. избирают по достаточно прозрачной процедуре. Высших чиновников тоже назначают по прописанной в законе процедуре, с открытыми собеседованиями и под пристальным вниманием прессы и общественности. Имена же рядовых сотрудников USAID широкой общественности вообще до поры до времени не были известны, о них мы слышим только сейчас, когда им стало «невыносимо трудно» жить. Кто и как их назначал или выбирал в качестве партнеров - великая тайна. А это может означать только одно - кто-то сильно «постарался», причем не безвозмездно. Вот и выходит, что для того, чтобы получить такую сладкую должность в USAID и партнерских НПО, совершенно необязательно было публично отвечать на вопросы конгрессменов, представлять свою платформу и т.д. Надо было всего лишь иметь хороших друзей в структурах этого агентства - и дело в шляпе.

А дальше - как по накатанной. Это была система, где персональные связи решали все: гранты распределялись между «своими» НПО, а должности с шестизначными зарплатами передавались почти по наследству. Газета New York Times может сколько угодно называть это «экспертным сообществом», но по факту это были персонализированные каналы по перекачке государственных средств в карманы лояльных либеральных функционеров. Теперь, когда эта кормушка официально заколочена, их «слезливые очерки» больше напоминают жалобы вкладчиков лопнувшей финансовой пирамиды вместо искренней заботы и сострадания к людям.

Саманта Пауэлл - яркое доказательство всему сказанному и главное звено в этой прервавшейся цепи. Это она в свое время «заслужила» и приняла из рук кремлевского олигарха-провокатора Рубена Варданяна премию «Аврора» за «безоговорочную» поддержку мифа о «геноциде армян», а затем входила в жюри по присуждению этой премии. Ее, призванную служить защите интересов простых американцев и продвижению истинных ценностей во всем мире, абсолютно не волновало, что ее «спонсор», понесший самое справедливое наказание, рассуждал о необходимости развернуть кампанию террора против азербайджанских дипломатов, высшего руководства страны и членов их семей.

На посту главы USAID она довела систему «персонализированного покровительства» до абсолюта: пока Саманта раздавала пафосные интервью о гуманизме, бюджеты агентства утекали на поддержку сомнительных активистов и раздувание штатов лояльных бюрократов. Ее деятельность стала символом того самого «глубинного государства», которое путало государственный карман со своим собственным.

Что интересно: ликвидация USAID произошла только со вторым приходом Трампа, до этого ни у кого руки не доходили очистить «застойное болото», чья миссия провалилась везде - от эффективности программ до элементарной финансовой прозрачности.

Так что слезы на страницах New York Times - это не скорбь по демократии, а плач по утерянному комфорту. Их эпоха безвозвратно ушла. Трамп не просто ликвидировал агентство - он захлопнул крышку кормушки, оставив функционерам лишь воспоминания о шестизначных окладах и право писать мемуары о «золотом веке» вашингтонской бюрократии.