Вопрос уже не в том, выйдет ли Азербайджан из Совета Европы, а в том, что потеряет сама Европа от этого?

Жесткая оценка Президента Ильхама Алиева на Шушинском медиафоруме вновь поставила ребром вопрос о будущем отношений Баку с Советом Европы. После санкций ПАСЕ, предвзятых решений ЕСПЧ и многолетней политизации европейских институтов именно Страсбургу, возможно, придется считать собственные потери

Президент Азербайджана Ильхам Алиев, отвечая в ходе IV Шушинского Глобального медиафорума на вопрос сенатора Румынии, адвоката, члена Парламентской группы дружбы с Азербайджаном и Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) Кристиана Аугустина Николеску Тагалиса о нынешних непростых отношениях Баку с европейскими институтами, направил предельно жесткий политический сигнал тем, кто долгие годы пытался превратить международные европейские структуры в инструмент давления на суверенное Азербайджанское государство.

Президент подробно разделил отношения Азербайджана с Европейской комиссией и структурами Совета Европы, отметив, что с новой Еврокомиссией фактически началась перезагрузка сотрудничества, тогда как ПАСЕ продолжает идти по пути откровенной дискриминации. Особое внимание он уделил роли бывшего главы европейской дипломатии Жозепа Борреля, заявив, что тот фактически разрушил отношения между Брюсселем и Баку, а также напомнил о признании бывшего судьи Международного уголовного суда Луиса Морено Окампо относительно коррупционных связей, стоявших за антиазербайджанской кампанией.

Не менее жестко Президент высказался и о кризисе вокруг ПАСЕ. Он напомнил, что до восстановления полного суверенитета Азербайджана в сентябре 2023 года никаких санкций против Баку не существовало, однако сразу после освобождения оккупированных территорий Ассамблея решила наказать Азербайджан, поставив под сомнение полномочия национальной делегации и лишив ее права голоса. «Мы не сделали ничего плохого по отношению к ним. Следовательно, именно они совершили этот несправедливый шаг и именно им следует сделать шаг назад, найти в себе мужество и признать, что они допустили серьезную ошибку», - сказал глава государства.

Президент также напомнил, что Азербайджан не участвовал в избрании нынешних судей Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) и потому не признает решения этого суда.

Более того, он открыто сообщил, что руководство страны всерьез рассматривало возможность полного выхода из Совета Европы, остановив этот процесс лишь после обращения генерального секретаря организации Алена Берсе. Однако никаких реальных изменений с тех пор так и не произошло. Итог был сформулирован предельно ясно: «Если Азербайджан полностью выйдет из Совета Европы, в стране этого практически никто не заметит».

Возникает вполне резонный вопрос: если подобный шаг действительно произойдет, кто потеряет больше? Азербайджан, который давно перестал зависеть от благосклонности европейских институтов и некоторых их чиновников, или сама Европа, последовательно разрушающая остатки собственного авторитета двойными стандартами и политической ангажированностью?

Практические последствия для Азербайджана хорошо известны. Граждане страны лишатся возможности обращаться в ЕСПЧ, а государство окончательно выйдет из-под юрисдикции Европейской конвенции по правам человека. Однако сам Президент напомнил очевидный факт: нынешний состав судей ЕСПЧ формировался без участия Азербайджана. Более того, недавнее решение по делу «В.Т. и другие против Азербайджана», в котором Страсбург фактически проигнорировал многочисленные обстоятельства, связанные с армянской агрессией и событиями периода оккупации, окончательно похоронило в азербайджанском обществе веру в беспристрастность этой структуры. Для граждан Азербайджана этот вердикт стал ярким показателем того, насколько далеко европейские судебные структуры отошли от собственных принципов.

После возможного выхода Азербайджана из Совета Европы внутренние судебные инстанции станут окончательной ступенью рассмотрения дел, а страсбургский «мониторинг» полностью прекратится. При этом трудно поспорить с оценкой главы государства, который отметил, что внутри страны подобное решение практически никто не заметит, поскольку Совет Европы уже давно воспринимается не как партнер по развитию правовых институтов, а как еще одна политизированная площадка.

А вот для Европы последствия выхода Азербайджана из Совета Европы могут оказаться куда болезненнее. Прежде всего необходимо четко разделять Совет Европы и Европейский союз. Это разные структуры с разными функциями, и выход Азербайджана из Совета Европы автоматически не разрушает отношения с Брюсселем, но ударит по самолюбию и рычагам влияния.

ЕС оказывается в классической дилемме: как совместить идеологическое высокомерие с прагматичной нуждой в энергоносителях? С одной стороны продолжаются бесконечные заявления о «правах человека» и «европейских ценностях», с другой именно Азербайджан остается одним из важнейших стратегических партнеров ЕС на Южном Кавказе. Газ из Азербайджана уже поступает в 12 государств Евросоюза, реализуются масштабные проекты в сфере энергетики, «зеленой энергии» и развития Среднего коридора. Отказываться от этого сотрудничества Европа не станет, поскольку собственные энергетические потребности для нее куда важнее.

Переговоры о новом всеобъемлющем соглашении между Баку и Брюсселем продолжаются, но ратификация может застопориться из-за тех, кто требует «гуманитарных стандартов» - тех самых, которые в самой Европе применяют избирательно. Потеря «мягкой силы» и возможности тыкать пальцем в Баку станет для европейских бюрократов настоящим ударом. Они привыкли к послушным клиентам, а тут государство, которое говорит «нет» и имеет для этого все основания.

Старый свет продолжает использовать язык ультиматумов и политической обусловленности, пытаясь навязать суверенным государствам собственные идеологические установки. Однако в случае с Азербайджаном подобная тактика больше не работает. Европе необходимы азербайджанские энергоресурсы, транспортные маршруты и стабильность Южного Кавказа значительно больше, чем Азербайджану нужны очередные нравоучения из Страсбурга. Потому любые угрозы постепенно превращаются в плохо скрываемый блеф, который становится все менее убедительным даже для самих европейских чиновников.

Азербайджан сегодня уже не тот, каким был в 2001 году при вступлении в Совет Европы. После восстановления территориальной целостности, усиления роли страны как одного из важнейших транспортных и энергетических центров Евразии значение подобных международных организаций заметно снизилось. Многие функции, которые когда-то выполняло членство в Совете Европы, сегодня успешно компенсируются прямыми двусторонними отношениями с ведущими европейскими государствами и развивающимся партнерством с Европейским союзом.

Однако полностью сбрасывать со счетов символическую сторону вопроса тоже было бы ошибкой. Формальный выход Азербайджана из Совета Европы способен стать нежданным подарком для армянского лобби и многочисленных антиазербайджанских кругов, которые немедленно попытаются представить происходящее как якобы добровольное дистанцирование Баку от Европы. Кроме того, Совет Европы остается площадкой профессионального взаимодействия по многим техническим направлениям, а индивидуальные обращения граждан в ЕСПЧ продолжают существовать независимо от межгосударственных политических решений. Разрушать все существующие каналы имеет смысл лишь в том случае, если европейские институты окончательно откажутся соблюдать даже минимальные стандарты объективности.

Впрочем, сегодня выбор находится уже не столько перед Азербайджаном, сколько перед самим Советом Европы. Баку не просит особых условий и не требует привилегий, речь идет лишь о равноправии и уважении. Если европейские структуры по-прежнему будут использовать политические санкции как средство наказания за восстановление международно признанного суверенитета и территориальной целостности, они рискуют окончательно превратить себя в организацию, чьи решения перестанут восприниматься всерьез. Причем не только в Азербайджане…